Когда все ушли, он набрал длинный номер телефона и долго ждал, когда с той стороны снимут трубку.

— Слушаю, — без приветствия ответил абонент на той стороне.

— Босс, ничего не выйдет, у меня сейчас нет людей, все свалились, да и я сам, — проговорил, морщась, лысый.

— Что случилось?

— Рыжая с*ка нас прокляла, почти вся ватага свалилась с хворью, лекарь ничего не может поделать и говорит, что никто в городе не поможет. Боюсь, никто не сможет выполнить ваше задание, да и жить нам осталось пару дней, — прорычал босс местной банды.

— Кто это сделал? — строго спросил абонент.

— Не знаю, там их трое было. Некто Авров и два его вассала.

— Дворяне?

— Варнаки, может, бывшие, но не наследные. Они счёт в банке открыли, крупный, на двадцать кристаллов, вот мы и захотели их под свою крышу взять, а они, вона, что наделали. Все свалились с животами. Помогите, босс, если не поможете, сдохнем все на толчках, — с жалобой в голосе попросил лысый.

— Хорошо, будешь должен. Где их найти?

— Банк Потёмкинский, что-то оформляют там, может, рядом в соседнем кафе или ресторане. Только осторожнее смотрите, чтобы и вас не прокляли, там сильный маг, только кто, непонятно.

— А что сами не пытались договориться? — ухмыльнувшись, спросил абонент.

— Так, все были свидетелями, а идти на поклон значит поставить крест на нашей группировке. Соседи сразу узнают и быстро нас уберут, только вы можете помочь нам, босс, — громко испортив воздух, проговорил главарь бандитов.

— Хорошо, о долге потом поговорим, мне нужно, чтобы к завтрашнему дню вы были в состоянии выполнить вашу задачу, мы готовились полгода, и похерить всё на финише нам это не простят, — сказал абонент, бросив трубку.

— Ну, всё, хана тебе, Авров, — улыбнувшись сквозь слёзы, прошипел Лысый.

Авров.

Человеку, стоявшему при входе, указали на наш столик, и я подобрался, понимая, что это не визит вежливости.

Когда пара мужчин подошла, я понял, что один из них аристократ, причём очень богатый, а второй или телохранитель, или глава гвардии.

— Ты — Авров? — спросил аристократ, подойдя к столику и презрительно нас осмотрев.

— Да, я Авров, — ответил я, не вставая.

— Как ты смеешь разговаривать со мной сидя, варнак? — воскликнул он, сдерживая ярость.

— А ты кто такой, чтобы перед тобой вставать? Приличные люди вначале представляются, тем более дворяне, но ты, похоже, шут ряженный, а не дворянин.

— Да, как ты смеешь, щенок, так со мной разговаривать, — выходя из себя, прокричал мужик, чем привлёк внимание всех в ресторане.

— Сударь, вы или представьтесь, или выйдете вон! — вмешался Сергей, которому надоел этот цирк.

— Ты вообще молчи, отброс, — выкрикнул потерявший над собой контроль мужик с перстнем аристократа.

— Ты только что оскорбил графа Орлова, если сейчас же не принесёшь извинения, я буду вынужден вызвать тебя на дуэль, — не выдержав, встал Сергей.

— Граф? В обществе каторжника, не смеши, и где твой родовой перстень? — ухмыльнувшись, спросил аристократ.

Сергей молча сложил руки на груди, так, чтобы его родовой перстень было видно.

— Прошу простить, граф, я не думал, что вы можете быть в обществе такого… Такого… Варнака, одним словом, — выпалил внезапно извинившийся аристократ, который, собравшись с мыслями, добавил, — барон Шишкин.

— Барон, и что вы хотите от моего друга господина Аврова? — спросил граф.

— Друга, значит? Это многое меняет. Ваш друг, варнак Авров, напал на моих людей и использовал на них проклятье, в результате чего они не могут выполнять свои функции, и я несу от этого убытки. Я готов забыть об инциденте, если он принесёт свои извинения, снимет проклятье с моих людей и заплатит сто кристаллов в качестве компенсации, — пафосно заявил барон.

— Вы хотите сказать, что ваши люди не пытались меня ограбить? Так это по вашему указу они действовали, пытаясь требовать с меня тысячу кристаллов? — спросил я, специально завысив сумму, чтобы внести разлад в ряды этой шайки.

— Тысячу кристаллов? Мне сказали о десяти кристаллах, которые вы должны заплатить за свою защиту и в общий котёл для помощи семьям варнаков и каторжников, лишившихся кормильца.

— Во-первых, я уже давно не варнак и полностью амнистирован, во-вторых, в защите я точно не нуждаюсь, а если подобная и потребуется, то обращусь к своим друзьям, — сказал я, указав на графа, — Ну а, в-третьих, если у меня появится желание помочь семьям каторжников и варнаков, то сделаю это без участия третьих лиц, — ответил я, так и не встав, что сильно бесило моего собеседника, но я сидел в присутствии графа, поэтому мог себе это позволить, хотя так и не принято.