– Пей, я наполнила свою слюну маной, извини, другой жидкости не нашлось, - извинялась краснеющая богиня.

Знаете, я раньше смеялся над всякими извращенцами, что покупали баночки с водой из ванны красавиц. Теперь же жизнь предлагает выпить целый пузырек слюней одной из них. Мое лицо скривилось от осознания иронии момента, но выбор был невелик. Кажется, Фрея заметила мое лицо и, больно пихнув меня в бок, выхватив пузырек, влила содержимое мне в рот. Жидкость наполнила желудок, и тепло магии разлилось по всему телу, усиливая регенерацию в десятки раз.

– У тебя пять минут, - прошептала богиня и отпрыгнула в сторону.

– Ну надо же, сделать зелье из своей слюны! Гениально!
– Восклицал Генадий, создавая ворох различных заклинаний.

Я не разделял его энтузиазма, а потому приближался с максимальной осторожностью, считая секунды в голове. Первый ветряной клинок резанул по плечу, рассекая кожу. Брызнувшая из раны кровь, моментально вспенившись, залечила рану. Пара камней ударили по ногам, но и тут синяки моментально исчезли, слегка нагрев места ударов. Огненный шар вновь столкнулся с мечом, обжигая руки и оставляя на них волдыри. Спустя секунду волдыри сдулись, и омертвевшая кожа отвалилась сама собой. Тень сомнений промелькнула на лице мага, и я понял, что вот он, мой шанс.

Я ускорил шаг, не замечая ран, которые появлялись на моём теле под градом заклинаний. Поднявшаяся из глубины ярость заглушила инстинкт самосохранения. С рёвом я ринулся в атаку и обрушил свой меч на мага. Из ниоткуда взявшийся посох заблокировал мой выпад, и воздушный удар огромной силы отбросил меня на пару метров.

– Ой как страшно-то, аха-ха-ха, - издевался Генадий, отступая.

Потеряв пару секунд на то, чтобы прийти в себя, я вновь ринулся в нападение. Но снова атака не достигла мага и была заблокирована, а воздушный удар, выбивая воздух, отправил меня в полет. У меня оставалась последняя надежда запустить талант последнего шанса, но постоянное лечение мешало этому. Я понимал, что без него мое тело уже давно походило бы на кусок поджаренного фарша. Безвыходность ситуации причиняла боль на физическом и ментальном уровнях, добавляя неприятных ощущений к бесконечным воздушным ударам. В бессильной ярости я наращивал скорость своих ударов. Я не знал, что произойдет раньше: ошибка мага или мое тело, не выдержав такого количества ран, взорвется в последней атаке. Так что просто продолжал вставать и бросаться в безнадежную атаку.

Выступивший на лбу мага пот говорил о том, что ему тоже нелегко реагировать на шквал моих атак. Все же маги не очень любили физическую силу. Было заметно, что Генадий держался на равных против воина только за счет огромного опыта и высоких статов. Неожиданно он пропустил удар, и мой меч оставил крошечный порез на его руке. Генадию пришлось отвернуться для того, чтобы заблокировать огромную сосульку, которая, потрескивая от жары, неслась в его сторону. Оказывается, пока я бесконечно атаковал Генадия, Фрее удалось зайти ему за спину и, собрав достаточно маны, сотворить сильное заклинание. Старого, по-видимому, спасло его чувство маны, которое, затрубив тревогу, отвлекло его от схватки со мной.

– Хитро, но медленно, - огрызнулся, морщась от боли, волшебник.

Несколько каменных пуль сорвались с его посоха и поразили разные части тела Фреии, заставив ее закричать и сжаться от боли. Вид страдающей Фреии переполнил меня яростью, и я в отчаянном порыве бросился на Генадия. Маг вовремя повернулся ко мне и, вновь с легкостью заблокировав мой выпад, пинком отправил туда, где корчилась от боли богиня.

– Надоело, - зло процедил сквозь зубы Генадий.

Видимо, пропущенная рана, которая никак не хотела затягиваться, не на шутку разозлила мага. Он воздел руки к небу и начал зачитывать новое заклинание, которое, по-видимому, положит конец нашим жизням. У меня оставался последний вариант - понадеяться на навык последнего шанса, но с Фреей за спиной его активация невозможна. Я поднял маленькое тело Фреи, которое корчилось в позе эмбриона, в свои руки и с ревом, напрягая все оставшиеся силы, выкинул за пределы огненного кольца. Огонь чуть опалил ей задницу, но я думаю, что с этим, учитывая ее способности, можно жить. Учитывая визг, что раздался после глухого удара с той стороны. Генадий, вытаращив глаза, прервал чтение заклятия.

– Ты что сделал, сволочь?!
– Заорал во все горло Генадий, и жилки на его лбу вздулись так, что их было заметно с десятка метров.

Кажется, план удался, сделал я вывод по огромной сосульке, которая пролетела в миллиметре от моей промежности. Я был просто счастлив от так вовремя ухудшавшейся точности мага. Я не стал ждать последующей атаки и рванул с места что было сил. Генадий, которого полностью захватила радость, от качества перешел к количеству. Сотни мелких заклятий летели в мою сторону, и хотя некоторые достигали своей цели, все же подавляющая часть пролетала мимо, что приводило мага в еще большее бешенство. Несясь сломя голову по кругу, с каждым витком я становился все ближе. Как только расстояние между нами уменьшилось на достаточное для стремительного рывка, я прыгнул в его сторону.

Вновь возникший из ниоткуда посох заблокировал мою атаку. Я ждал этого момента, и когда воздушный кулак уже почти достиг моего тела, я отпустил меч и схватился за посох. Кажется, я вновь услышал звук хруста костей в момент удара, и в глазах привычно потемнело. Моя хватка оказалась сильнее, и в этот раз я не отлетел, а рухнул к ногам Генадия, разжав пальцы от боли после удара.

– Ц, все еще не сдох, - процедил, цокая, волшебник.

Когда зрение восстановилось, первым, что я увидел, была подошва мага, опускающаяся на мое лицо. Генадий с силой пинал меня, вымещая свои эмоции. Время бесконечно растянулось, перемешавшись с бесконечной болью ударов, что вместо секундной стрелки двигали его вперед. Мое тело то подлетало в воздух, то отлетало на пару метров. Бесконечное избиение продолжалось без конца, но навык, на который я надеялся, все не активировался. После очередного удара я осознал один факт. От Генадия не исходило даже малейшей жажды крови. Он просто не считал меня за мало-мальски серьезного противника. Я был всего лишь мелким муравьем, которого давят без каких-либо сожалений. Тело просто не чувствовало угрозу смерти от этого человека. После очередного удара я был уже на пределе и отчаянье. Левая рука была сломана и не слушалась, из правой ноги торчала белая кость, только жгучая ненависть к врагу не давала отключиться.

– Бьешь, как... Бьешь, как... Баба, - собрав остатки сил, бросил я ему в лицо, улыбаясь бессильной ярости.

– Смешно, да? Ты думаешь, я не знаю, кто ты? Надеешься на папочку?
– цедил сквозь зубы волшебник, присев рядом.
– А, потерянный сынок, что, удивлен?
– Генадий заметил признаки недоумения на моем опухшем от ударов лице.
– Твой ублюдочный папаша посмел прикончить моего дорогого наставника! А ты явился ко мне, да еще и с его кольцом, в котором были его последние слова! И эта сучка с гагинским камнем вместо сердца, что за монстра ты откопал, пока все думали, что ты мертвый? Как тебе, пустышке, вообще удалось заключить контракт с дриадой?