Шрифт:
– Спасибо вам, Лионелла Валериановна, - улыбнулся Игорь.
– Теперь шансов найти убийцу вашего сына стало неизмеримо больше.
– А папу правда убили?
– глядя на него своими ясными голубыми глазками спросил мальчик.
Игорь смутился от такого заданного напрямую вопроса.
Вдова подошла к внуку и приобняла его за узкие плечики.
– Иди к себе, Васенька, иди... Ложись пораньше спать, а завтра мы с тобой поедем в зоопарк, я же тебе обещала...
– А где мама?
– продолжал расспросы мальчик Вася. И снова Игорь не нашел, что ответить ребенку.
– Мама приедет, скоро приедет, она в командировке. Заграничной, добавила со слезами на глазах бабушка.
– А она привезет мне компьютер?
– спросил мальчик.
– А то у всех ребят есть, а у меня нет, а мне тоже хочется...
Бабушка увела внука и снова вернулась в комнату.
– Мне идет восьмидесятый год, - с горечью произнесла она.
– Помру, что будет с ребенком? Я от этих мыслей просто с ума схожу...
– А от неё никаких известий не поступало?
– Никаких... Иногда, правда, раздаются какие-то звонки, но в трубке молчание и тяжелое прерывистое дыхание. И мне кажется, что это она...
– А не припомните, звонки эти городские или междугородние?
– По-моему, междугородние... Гудки очень частые...
– Я вас попрошу, Лионелла Валериановна, если какие-нибудь сведения, немедленно позвоните по этому телефону, или вот по этим...
– Он дал телефонные номера Яшина и Порошина.
– А уж если вы будете совсем любезны, если будет такой странный звонок, постарайтесь пройти к соседям, позвоните на телефонную станцию и узнайте, откуда был звонок...
– Вы меня в какой-то детектив впутываете, - недовольным тоном, почти басом произнесла вдова.
– Я же старая, куда я побегу? Впрочем, ладно, если смогу, буду содействовать. Вы же хотите найти убийц Пети. А скажите, произнесла она напоследок.
– Неужели она причастна к гибели моего сына?
– Полагаю, что причастна, - твердо ответил Игорь и откланялся.
... Только через два дня он сумел выехать в Ярославль...
В квартире матери Самарцевой, находящейся на окраине Ярославля в блочном пятиэтажном доме Игорь окунулся в совершенно иной мир, чем тот, в котором побывал два дня назад...
– Чего надо?
– скрипучим голосом спросила неряшливая тощая старуха, вытирая засаленные руки о неимоверной грязноты передник.
– Из милиции опять, что ли? Шляются, шляются, спрашивают все, я отвечаю одно - понятия не имею, где Алка. Больше мне вам ответить нечего...
– Да я не совсем о том, - улыбнулся Дьяконов, поняв, что с этой старухой надо действовать совершенно иными методами. И они скоро нашлись...
Пройдя в крохотную грязную квартирку, он обнаружил на пеналообразной кухоньке батарею водочных бутылок. Он понял, что бабка действительно далеко не дура выпить, о чем предупреждал следователь Яшин.
– Выпить хотите?
– спросил он без предисловий.
– Почему бы и нет, коли угостишь, добрый человек, - улыбнулась беззубым ртом старуха и сплюнула прямо на грязный пол.
– Это дело завсегда доброе... Тоска, - виновато улыбнувшись, добавила она.
– А выпьешь, вроде, не так тоскливо...
Учитывая полученную от Яшина информацию, Игорь ещё три дня назад предусмотрительно купил бутылку "Смирновской" и бутылку"Фанты" на закуску. Он спустился вниз и принес угощение...
– Дело доброе, - лыбилась бабка.
– Иди сюда, мил человек. Тут стол имеется...
... В единственной, донельзя грязной и заплеванной комнате стояло некое подобие стола, на котором лежали хребет от воблы и горсточка лузги. Бабка рукавом смахнула остатки пиршества на пол.
– Садись вот на этот стул, - предложила она.
– Он у меня единственный целый. А с того ты точно грабанешься, парень ты здоровущий. А я знаю, как на ем сидеть, вот с уголка примощусь... Ща за хужерами сгоняю...
Она принесла два залапанных стакана и поставила на стол.
– Хлеб где-то был, плесневелый только, да, помнится, огурцы имелись в распоряжении. Да вот они...
Поставила на стол огромную банку, где в мутном зловонном рассоле плавал один столь же колоссальных размеров огурец.
– Ну что? Поехали?
– спросила бабка.
– Вздрогнем?
– Я не буду, бабуля, и за рулем, и при работе, - чтобы ещё больше войти в доверие, попытался говорить на её языке Игорь.
– А то бы с превеликим нашим удовольствием.
– И правильно - нельзя, не пей, - не стала возражать старуха. Работа она работа и есть... Это я на пенсии, мне можно, один хрен подыхать скоро!
Налила себе полный стакан водки, залпом вмазала, вытащила грязными пальцами из банки огурец и попыталась надкусить его беззубым ртом. Из огурца брызнула жижа, попав прямо на чистую салатового цвета рубашку Игоря. Бабка не обратила на это никакого внимания, утерла рот подолом передника и крякнула:
– Хорошо пошла, откуда водочка-то? А ведь не нашенского разлива, не тот скус, я разумею...