Шрифт:
Евгений выключил магнитофон.
– Теперь уже не только можно, но и нужно, чтобы об этом узнало как можно больше людей, - торжественно сказал Женя.
– Так что же произошло?
– оживленно спросил профессор. И Евгений, увидав эту заинтересованность, всего на миг подумал, а, может быть, все-таки поможет...
– Эта ужасная операция состоялась?
– закончил профессор. И Евгений укорил себя за поспешность суждений.
– Да. Более того - операция удалась! Мой друг исчез, как только начал приходить в себя. Чуть ли не с операционного стола. Просто растворился в воздухе. Вы понимаете, он же перенесся в другие измерения, в параллельный мир! Он вырвался из этой трехмерной ловушки иллюзорного мира...
– Вы это сами видели?
– чуть охладил энтузиазм Евгения профессор.
– Что?
– Как он исчез.
– Нет, но мне это рассказал хирург.
– Кстати, кто он, откуда, как его зовут?
Женя замялся:
– Дело в том, что он не назвался. Вы же понимаете, что операция была проведена незаконно и тайно, он опасался последствий. А потом он вообще куда-то уехал... Но он очень хороший хирург...
– Ну что ж, я думаю, что милиция сможет его отыскать.
– Почему же милиция...
– Женя ошарашено хлопал глазами.
– Вы что, мне не верите?
– Причем здесь вы - вы, по-видимому, ни в чем не виноваты. А вот этот ваш, так называемый, хирург - явно аферист. Вы не знаете, он случайно не брал с вашего друга денег? Или он просто маньяк, такие тоже бывают... В любом случае этим должны заниматься не ученые, а правоохранительные органы.
– Вы не верите...
– удрученно повторил Женя.
– А почему собственно я должен кому-то верить? Друга вашего нет, хирурга тоже нет, не осталось даже свидетельств их существования, кроме этой кассеты с юношеским бредом и ваших рассказов... Ничего этого нет, а мир - заметьте, нормальный, трехмерный - есть. Вот он, можете потрогать. Вы - романтик; наверное, стихи любите, может быть, поете под гитару... Фантастику, небось, читаете... Но только то, что красиво звучит в литературе, очень часто бывает пагубно для науки. Хотите расширять сознание - так занимайтесь йогой. Или каким-нибудь буддизмом. И, Бога ради, не верьте на слово. Вас ведь просто обманули, говорю вам это точно, как специалист по этому самому вестибулярному аппарату... Кстати, ничего в нем нет таинственного - это всего-навсего орган позволяющий сохранять равновесие...
– Но ведь все органы чувств связаны воедино...
– попытался поспорить Евгений.
– Вы меня будите учить?
– беззлобно оборвал его профессор.
– Науке по этому поводу ничего не известно. И точка...
Однако в рассказе точка еще не поставлена.
Женя ушел, а Сергей Филиппович, закрыв за ним дверь, устало опустился в любимое кресло. Он вспомнил те древние времена, когда он был таким же молодым и смелым, и его глаза были такими же голубыми и так же горели огнем... Ах-ах-ах, вестибулярный аппарат, как же, как же... Хорошо им теперь - нашел хирурга, незаконная операция... А в те времена умели отбивать охотку. Какие, к черту, параллельные миры! Стране нужен металл! Потом - кукуруза... Чуть из комсомола не выперли, а ведь он был сыном полка. Пришлось публично покаяться, рукопись сжечь, и все забыть, как страшный сон. А ведь все доводы были - слово в слово...
А теперь все - нет больше пороха в пороховницах. Хорошо им сейчас...
Сергей Филиппович злорадно усмехнулся, поудобнее завернулся в плед и задремал.
Точка? Нет, все равно еще не точка.
Женя зря переживал. Ведь в параллельном мире, в трех других измерениях был такой же Сергей Филиппович и такой же филолог Женя. И был такой же разговор...
Такой же, да не совсем.
Женя ушел, а Сергей Филиппович, закрыв за ним дверь, бодрым шагов вышел на середину комнаты и прошептал: "Непорядок. Беда с ними. Надо помочь парню..." Прошептал и... растворился в воздухе. Много лет назад ему сделали такую же операцию, и он свободно перемещался из одних измерений в другие. Он нашел Германа и, как опытный учитель, помог ему справиться с новыми ощущениями.
Миров было бесконечно много. Они были похожими и разными.
Еще в одном параллельном мире не было ни Сергея Филипповича, ни Германа, ни даже филолога Жени. И это открытие так никогда и не было сделано...
А в другом все люди с рождения могли перемещаться по разным измерениям, и в других мирах их считали домовыми и прочей нечистью.
И одном из этих бесконечных миров за столом сидел я - Андрей Щербак-Жуков - и, закончив в конце концов рассказ, поставил-таки точку.
Точка. Все.
Москва, 1995 г.