Шрифт:
«Д-р Рампа, — пишут мне в письме, — вы написали уже четырнадцать книг. Собираетесь ли вы продолжать свое творчество? Мне кажется, вы должны писать, писать до самого конца».
Да, мадам, у меня четырнадцать книг. Почти готова и пятнадцатая — «Сумерки». Почему бы мне не последовать вашему совету и не написать еще что-то? В конце концов, я вполне мог бы назвать ее «Полночь». Кто знает? Все зависит от требований публики, издатели не берутся за публикацию книги, пока не получат заказа от читателей и гарантий от автора. Автор похож на слепца, которому нужна поддержка. Если вы хотите продолжения моих книг, почему бы вам не написать издателю и не сказать ему об этом. Если вам не нравится выгоревшая желтая бумага, используемая для издания моих книг, напишите издателю. Не стоит обращаться с претензиями ко мне, уверяю вас, ни в одной из своих книг я не имел никакого отношения к обложкам, иллюстрациям, типу бумаги, размеру шрифта. Обращайтесь к издателю, я ничего не могу с этим поделать.
Многие пишут мисс Кю'эй и миссис Фифи Серые Усики. К сожалению, эти две леди покинули эту Землю, кошачий век недолог. Они живут примерно в семь раз быстрее человека, поэтому год нашего времени равен семи годам кошачьего времени. Мисс Клеопатре, например, сейчас около шестидесяти лет кошачьего времени.
Мисс Клеопатра Рампа — сиамская кошка. Со всей ответственностью могу сказать, что она самое умное создание из всех, которых я встречал, включая и людей. Мисс Клеопатра очень симпатична и интеллигентна, я ее очень люблю. Она ухаживает за мной.
Как вы уже знаете, я очень болен, недавно мне было очень плохо, и врачи совсем запретили мне двигаться. Мисс Клеопатра взяла заботы по уходу за мной на себя и просидела рядом всю ночь. Она взобралась на прикроватный столик и всю ночь не сомкнула глаз. Если я позволял себе двигаться больше, чем было разрешено, мисс Клеопатра забиралась на меня и давала несколько увесистых пощечин. Я чувствовал себя непослушным ребенком, которого пытаются приучить к дисциплине.
Она дежурила точно как больничная сестра. Если Клеопатра была свободна от «смены», то в течение ночи она несколько раз приходила ко мне, мягко запрыгивала на кровать, осторожно подкрадывалась поближе и пристально вглядывалась мне в лицо, пытаясь определить нормально ли я дышу. Если все было в порядке, она тихо уходила прочь. Если что-то было не так, она начинала суетиться, привлекая внимание других людей.
Все время, как мы знакомы, я не замечал в Клеопатре злобы и раздражительности, она всегда выдержанна и рассудительна. Если кому-то не нравится то, что делает Клеопатра, ему стоит лишь спокойно сказать об этом, и она сразу прекратит. Лютику, например, не нравится, когда Маленькие Люди сидят на ее шляпках. Без всякой злобы и раздражения она может высказать Клео свое здравое, с женской точки зрения, замечание, и та сразу же выполнит то, о чем ее просят.
Живет с нами и Толстушка Тэдди. Эта голубая сиамская кошка гораздо тяжелее Клео и менее умна в материальном, физическом смысле, однако, по сравнению с многими другими кошками, Тэдди смогла бы продемонстрировать чудеса интеллекта. Ее невероятный талант относится к области телепатии. Ни у одного создания я никогда не встречал подобных способностей. Передаваемые ею сигналы настолько громки, что напоминают рев уличного репродуктора. Клео постоянно приглядывает за Тэдди и следит за ее поведением. Однако Клео — мой особый хранитель. Тэдди больше интересуется охраной еды!
Среди всех писем, адресуемых мне, можно найти множество разнообразных и странных вопросов. Есть среди них и личные. Некоторые спрашивают, сколько мне лет, однако это никого не касается. Некоторые спрашивают, получаю ли я пенсию по старости. Должен сказать, что мне не дают пенсии, находя для этого весьма странные оправдания. Дело в том, что некоторое время я прожил в Южной Америке, и мне не назначили пенсии потому, что я не возвращался в Канаду в течение десяти лет. Многих «граждан преклонного возраста» наверное заинтересует, что по канадским законам, для назначения пенсии, необходимо прожить в Канаде десять лет, никуда не выезжая. В 1975 году исполнится десять лет, как я вернулся в Канаду, если я буду еще жив, то подпишу доверенность на получение мой пенсии другим человеком, так как сам делать это не в состоянии.
Кроме того, меня часто спрашивают, живет ли со мной еще миссис Рампа. Наверное, мне бы следовало сказать: «Конечно, живет», однако в наше время, время внезапных и быстрых разводов, такой ответ не мог бы показаться очевидным, не так ли? Поэтому отвечаю более развернуто: «Да, миссис Рампа продолжает жить с нами». Это же касается и Лютика, и миссис С. М. Роуз, которая является членом нашей семьи, причем очень важным ее членом.
Несколько раз я получал оскорбительные письма из Австралии. Одно из них пришло от мужчины по имени Самюэль. В очень грубом стиле он пишет, что я никогда ни словом не обмолвился о миссис Рампе, и если она существует, то почему бы ей самой не заявить о себе? Она уже делала это, причем, много-много раз. Однако я решил позволить миссис Рампе самой начать следующую главу. Пусть она скажет то, что придет ей в голову, без моих подсказок и наставлений. Итак, мистер Издатель, дайте мягкую музыку, пригасите свет в зрительном зале, где собрались Читатели, и приготовьтесь зажечь прожектор, потому что следующую главу начинает миссис Рампа.
Глава 11
Позвольте мне представить миссис С. М. Рампу. Я предоставил ей возможность сказать то, что она захочет. А вот и она:
«Мне предложили внести какой-нибудь вклад в пятнадцатую книгу, например, написать главу. Поначалу эта мысль шокировала меня.
Нет! Я не собираюсь писать целую главу. Однако, с разрешения Автора, буду счастлива сделать несколько комментариев.
Этим вечером я закончила читать рукопись девятой главы, которая только что была напечатана. Полагаю, что уже готова и десятая глава, хотя я ее еще не читала. Я чувствую, что если не поспешу, то не успею прочесть всю книгу.
Все время, пока я занималась своими вечерними обязанностями, поливала растения, готовила ужин и водила гулять Клеопатру и Тадалинку, мои мысли были поглощены информацией, почерпнутой на страницах «Сумерек».
Прежде всего хотелось бы сказать, что когда Лобсанг Рампа ссылается на «жену» и «миссис Рампу», он имеет в виду того же человека, которого называл «Ма» в «Жизни с ламой», «миссис Старушка» в «За пределами одной десятой» и «Ра'аб» в «Огонь свечи». Вы, вполне справедливо, могли заключить, что Лобсанг Рампа очень мягкий и нежный человек, не в его привычках часто менять партнера. Надеюсь, то же относится и ко мне.