Шрифт:
– Анна Кротовски. Она жила в квартире Г-11.
– Ах вот как...
– проговорил мужчина.
– Кажется, я понимаю, почему никто из соседей не захотел говорить с вами об Ане. Видите ли, ее здесь очень любили...
– Любили?
– Да. Но потом она уехала.
– Куда?!
– Как вас зовут, дружище?
– Лоренс.
– Так вот, Лоренс: Аня уехала.Надеюсь, мне не нужно объяснять, что это значит? Такие вещи, как правило, случаются глубокой ночью. Никто, разумеется, ничего не слышал, да и камера наружного наблюдения, как назло, вышла из строя. Во всяком случае, на следующий день на диске не было никаких записей - ни единого кадра.
– Может быть, она убежала, скрылась?
Мужчина покачал головой.
– Нет. На ее адрес сразу же перестали доставлять рекламные листовки и проспекты, а насколько мне известно, в нашем мире только одна организация способна противостоять персонализированному маркетингу 2 ...
– Ее забрала СБ?
– догадался Лоренс.
– Так мы все подумали. В квартире, где жила Аня, ничего не осталось - ни щепки от мебели, ни ворсинки от ковра. Ну и понятно - мы стараемся поменьше это обсуждать. Учитывая обстоятельства, излишнее любопытство может быть чревато...
2
Персонализированный маркетинг - интерактивная маркетинговая деятельность, которая создает и использует прямые связи между продавцом и потребителем (действительным или потенциальным): зачастую продавцы или агенты продавца контактируют с потребителями путем личных встреч, обращений по телефону, по почте и т. д.
– Как давно это случилось?
– Года два назад, - ответил мужчина. Еще двое жильцов прошли мимо; оба старательно делали вид, будто не замечают ничего вокруг.
– Послушайте, Лоренс, - добавил он, - по большому счету я вовсе не против монастырей. Это просто замечательно, что разные... словом, те, кто не сумел найти свое место в реальном мире, могут обратиться в Орден. С другой стороны... Откровенно говоря, мне не очень нравится, каквы зарабатываете средства на собственное содержание. Я даже говорил об этом с сестрой, когда она в последний раз приезжала меня навестить, но она здорово рассердилась. Ей безразлично, сама она следит за собой или это делает кто-то другой. Вы понимаете?
Лоренс глубокомысленно кивнул.
– Да, разумеется. Так и есть. Мы не проводим резкой границы между наблюдением за собой и за другими. Каждый член Ордена регулярно знакомится с личной статистикой остальных братьев и сестер. Это помогает нам быть честными.
– Это прекрасно, но только когда у тебя есть выбор: быть субъектом или объектом наблюдения. Если выбора нет...
– мужчина не договорил и отвел взгляд, а Лоренс вдруг подумал о том, что они стоят чуть не посреди улицы, где ходят люди и работают многочисленные камеры наблюдения. Вдруг кто-то из прохожих - шпик или осведомитель? Полицейские, с которыми он столкнулся при выходе из ворот кампуса, собирались упрятать его на месяц только за то, что ему пришло в голову записать их изображения. СБ могла наблюдать за ним сколько угодно, но у него такого права не было.
– Я понимаю.
– Лоренс вздохнул. Он начал замерзать. Вокруг давно стемнело, а у него до сих пор не было ни места для ночлега, ни малейшего представления о том, где ему искать Анну Кротовски, не говоря уже о ее брате. Зато теперь ему стало понятно, почему исследование Аномалий всегда считалось таким трудным делом.
За этот день Лоренс прошел 18 453 шага - чуть не втрое больше, чем обычно в кампусе. Пульс его несколько раз учащался, но не от физических усилий. Это был стресс. Лоренс чувствовал, как натянулись, закаменели все мускулы. Чтобы справиться с ситуацией, ему необходимо было применить методику биологической обратной связи 3 , успокоиться, а потом проверить регистратор и проанализировать, как реагировал его организм на встречи с незнакомыми людьми.
3
Биологическая обратная связь - безмедикаментозная методика, позволяющая пациенту усилием воли контролировать частоту дыхания, пульс и некоторые другие физиологические параметры. В процессе использования этой методики контролируемые функции организма часто выводятся на экран компьютера в виде графиков или гистограмм, чтобы пациент мог наглядно отслеживать результаты своих усилий.
Увы, его регистратор превратился в обломки уже много часов назад. Что касалось биологической обратной связи, то Лоренс с трудом выдержал только первые двадцать две секунды сосредоточенной работы над своими реакциями и рефлексами. Остальные 200 секунд дались ему с куда большим трудом и, кажется, не принесли желаемого результата.
Все это Лоренс проделывал уже в отеле. Номер, в который его поместили, когда-то был офисом, а еще раньше - половиной полноценной комнаты. На поцарапанном линолеуме виднелись следы от колесиков офисных кресел, а перегородка, делившая комнату пополам, была такой тонкой, что Лоренс отчетливо слышал каждый шорох, доносящийся с другой стороны. Дверь в его половину прорубили прямо из коридора, и сквозь щели между стеной и дверной коробкой просачивался слабый свет.
«Нью-Йоркер» был старым отелем; когда-то он знавал лучшие дни, зато цены в нем оказались сравнительно невысокими - Лоренсу как раз по карману. Кроме того, отель находился недалеко от центра, и он отчетливо слышал пульс ночного города за окном (ему досталась как раз та половина комнаты, где окно было). Этот шум Лоренс хорошо помнил - звук одиноких шагов и шум моторов в ночи, а когда он подошел к окну, чтобы взглянуть на перемигивающиеся внизу огни, то снова, как когда-то, испытал легкое головокружение и ощущение полета.
Клерк за стойкой регистрации сделал его цифровую фотографию, подробно записал все биометрические данные и только потом вручил ключ-поводок, к которому личный компьютер Лоренса отнесся с изрядной долей подозрения. Через каждые несколько шагов ключ начинал передавать во все стороны личные данные постояльца, к тому же без него было невозможно вызвать лифт. Кажется, вмонтированный в ключ передатчик даже сообщал гостиничной системе, в какой половинке бывшей комнаты остановился гость, и Лоренс невольно задумался, что именно будет делать администрация отеля со всей этой информацией?