Шрифт:
Значит, он, как и Адам, считал ее второсортной.
– Я не беременна!
– Как ты можешь быть уверена? – горько усмехнулся Лукас. – Ты очень бледна и даже не притронулась к своему вину.
– Пожалуйста… уходи…
Зажмурившись, она прислушалась к звуку удаляющихся шагов. Через некоторое время внизу хлопнула дверь подъезда.
Джози не двигалась с места до тех пор, пока не начала дрожать. Когда ее пустой желудок сдавил спазм, она открыла глаза и уставилась на открытую входную дверь.
Стуча зубами от холода, девушка пересекла комнату и закрыла ее, а затем прислонилась к ней спиной.
Беременна? Ну уж нет!
Твердо решив что-нибудь съесть, Джози прошла на кухню и открыла дверцу холодильника. Ей ничего не хотелось. Кроме шоколада и… пива. Она всю свою жизнь ненавидела пиво! Тогда почему ей его внезапно захотелось? О боже… нет… нет…
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
– Два месяца! Ты была у врача?
Темные глаза Брайаны расширились, когда она увидела полоску теста на беременность Джози.
– Нет. Мадам Пикар порекомендовала мне одного, и я записалась к нему на прием.
– Ему ты тоже ничего не говорила?
– Мы предохранялись… Возможно, это утренний свет делает полоску розовато-лиловой. – С бешено колотящимся сердцем Джози поднесла тест ближе к окну.
– Перестань лгать себе самой! Полоска твоего теста того же цвета, что и контрольная, и ты прекрасно это знаешь.
Джози выкинула тест в мусорное ведро. Опустившись на крышку унитаза, она закрыла лицо руками.
– Я пыталась убедить себя, что это вирус, но затем, когда запахи пищи начали вызывать у меня тошноту, сомнения отпали. В Интернете я прочитала симптомы первого триместра. Все сходится. Тошнота, странные пищевые предпочтения, набухшая грудь.
– Ты должна сказать Адаму! Сделай это, когда он позвонит в следующий раз.
– Зачем? – вяло произнесла Джози.
– Тебе придется забыть о своей гордости и сказать ему. Он имеет право знать. Ты говорила, он пытался извиниться.
– То, что он сделал, просто унизительно, но ужас нее всего то, что мне пришлось самой обо всем рас сказать Лукасу. Я никогда не забуду боль в его глазах! Имей я такого мужа, как Жак, возможно, я тоже была бы безнадежным романтиком.
Кстати, о прекрасных принцах. По возвращении из медового месяца Жак сделал Брайане сюрприз, подарив ей особняк восемнадцатого века, оцененный в тридцать миллионов долларов.
Брайана поднималась на вершину в мире искусства, о чем всегда мечтала. Для полного счастья на ее жизненном пути, словно сказочный принц, появился Жак.
– Дорогая, – Брайана взяла ее руки в свои, – возможно, это произошло с тобой не случайно. Я уверена, все образуется, но сначала ты должна сказать ему.
– Он приехал в Париж, чтобы избавиться от меня, поскольку считал, что я недостойна стать членом его семьи.
– Я понимаю, что тебя так задевает, но он ведь совсем не знал тебя.
Положив ладонь на плоский живот Джози, Брайана закрыла глаза.
– Почему бы нам с тобой не пойти в часовню и не помолиться?
Несмотря на тошноту и головокружение, Джози позволила Брайане вывести ее на улицу, где уже зажглись фонари. Они шли под голыми ветвями деревьев, взявшись за руки.
– Я тебе завидую. Мы с Жаком очень хотим завести ребенка, но пока у нас ничего не получается.
– Это непременно произойдет.
– А я верю в то, что ребенок станет для тебя началом новой жизни. С Адамом или без него.
Без Адама. Тошнота усилилась. Борясь с ней, Джози вошла в часовню дворца правосудия. Брайана помогла ей опуститься на колени, чтобы она смогла помолиться.
Когда несколько минут спустя они покинули часовню, у Джози полегчало на душе. Впервые в жизни она спросила себя, что чувствовала ее мать, когда была беременна. Должно быть, она ужасно мучилась, когда ей пришлось отдать новорожденную девочку.
По крайней мере, я могу сохранить ребенка, даже если мне придется растить его одной.
Этим вечером ей позвонил ее старший брат Арманд и сообщил, что вопрос с Бернардо улажен.
– В пятницу мы прилетаем в Париж и собираемся пригласить тебя на ужин в «Георг Пятый», чтобы отметить победу. В выходные мы все вместе вернемся домой.
Как всегда, Арманд ждал от нее полного подчинения.
– Ты же знаешь, что «Георг Пятый» меня пугает.
Арманд рассмеялся, очевидно не понимая ее.
– Я уже говорила тебе, что в подобных местах, похожих на дворцы, я вновь ощущаю себя неуклюжей замарашкой с болота.