А как же на самом деле – действительно ли такую серьезную угрозу представляют собой юноши и девушки, нелегально подключающиеся к чужим компьютерам? Нам хочется, чтобы, ознакомившись с этой книгой, читатель понял, насколько трудно дать однозначный ответ на этот вопрос. Все три главных героя нашей книги занимались тем, что в обществе считалось незаконным, однако ни один из них не считал себя преступником. Они считали себя исследователями волшебного мира компьютерных чудес, где жестких законов и правил еще нет. Вполне возможно, что когда компьютерные сети станут такими же привычными, как шоссейные дороги, люди будут относиться к ним так же, как сейчас относятся к автострадам. Появятся «правила движения» по компьютерным сетям, и люди научатся соблюдать их ради своей собственной безопасности и общего блага.

Мы надеемся, что истории Кевина Митника, Пенго и Роберта Морриса покажут, что в компьютерных сетях таится не только опасность, но и притягательная сила.

Группа держалась если не на вполне дружеских, то на партнерских отношениях. Каждый из ее членов обладал определенными знаниями и способностями, необходимыми для общего дела. Роско был великолепным программистом и прирожденным лидером. Сьюзен Сандер гордилась своими познаниями в вычислительной технике, использовавшейся в армии, а также своим удивительным умением воздействовать на людей, особенно на мужчин. Стивен Роудс был силен в телефонном оборудовании. А у самого Кевина Митника помимо упорства и настойчивости был дар заговаривать людям зубы и тем самым добиваться своего. В первые месяцы ее существования в 1980 году с группой не мог бы справиться никто.

Сьюзен была страстно влюблена в Роско, а на его постоянного спутника Кевина Митника почти не обращала внимания. В свою очередь, и Кевин только здоровался с ней при встречах. Они терпели друг друга лишь из-за Роско. Но, несмотря на взаимную неприязнь, у обоих было одно увлечение: телефоны и телефонные сети. Пожалуй, оно и было самым главным в их жизни. Все четверо были так называемыми «телефонными фриками». Как они сами считали, это словечко обозначало людей, которые не были профессионалами, но разбирались в телефонных сетях получше, чем сотрудники фирмы Bell.

Особый привкус опасности придавало их увлечению то, что исследовать все входы и выходы в телефонных сетях считалось в общем-то незаконным делом. В то время механические компоненты телефонных коммутаторов быстро заменялись электронными, сигналы вызова стали переключаться компьютерами, и это открывало перед телефонными искателями приключений новые заманчивые возможности. В 1980 году эти ребята из Лос-Анджелеса уже не были обычными фриками, которые умели разве что организовать бесплатный звонок и остаться незамеченными. Кевин и Роско перенесли свое увлечение телефонами на новую почву – в мир компьютеров. И к тому времени, когда они научились манипулировать компьютерами, управляющими телефонной сетью, они стали называть себя хакерами.

Из всех членов группы один лишь Кевин пошел дальше: юношеское увлечение превратилось у него в навязчивую страсть. Остальным – Сьюзен, Роско и Стивену – нравилось просто забавляться с техникой, да время от времени находить в газетных заметках отклики на свои выходки. Но лет через десять не их, а именно Кевина – того, кто скрывался от репортеров и старательно держался в тени, – молва стала связывать с жутковатым образом всепроникающего хакера, от которого не защищен ни один компьютер.

Сьюзен родилась в 1959 году в городе Олтон, штат Иллинойс, и была еще ребенком, когда ее родители, страдавшие от неудавшейся семейной жизни, переехали в Калифорнию и поселились неподалеку от известного райского местечка – долины Сан-Фернандо. Но даже перемена климата не освежила их чувства, и семья разваливалась. Сьюзен росла неуклюжей, замкнутой девочкой, остро переживая свою ненужность. Ей было лет восемь, когда она нашла утешение в телефонных разговорах: именно там от посторонних неизвестных людей можно было услышать одно-два теплых слова. Она познакомилась с телефонистками на коммутаторе и стала обзванивать все городские телефоны, наугад набирая номера из телефонной книги и затевая разговоры с каждым, кто снимал трубку. Иногда она дозванивалась до диск-жокеев, работавших на радио.

Когда родители в конце концов развелись, Сьюзен бросила школу и стала целыми днями пропадать на улицах Голливуда. Тогда же она взяла себе псевдоним «Сандер» («гром»). Друзей у нее было немного, но зарабатывать на жизнь она научилась сама: прохаживалась по бульвару Сансет и старалась привлечь внимание мужчин в автомобилях, которые были бы не прочь заплатить за то, чтобы позаниматься с ней любовью. И манерами, и походкой, и взглядом она старалась походить на самых заметных женщин, которые встречались на улице. Тут ей помогла природа: едва выйдя из подросткового возраста, Сьюзен уже была высокого – чуть ли не метр восемьдесят – роста…

Те часы, когда она не ходила по улицам, она проводила в богемном мирке театралов и любителей музыки, приправленном алкоголем, и марихуаной, а точнее сказать, просто терлась вокруг актеров и рок-музыкантов. Ущербная девочка превращалась в ущербную женщину. Скоро она уже не могла обходиться без наркотиков: без них реальная. повседневная жизнь была уж слишком невыносима. В конце концов мать поместила ее в лечебно-реабилитационный центр на девять месяцев, но Сьюзен выгнали оттуда задолго до истечения этого срока. Она вообще не могла нигде долго удержаться: слишком расплывчата была граница между реальностью и вымыслом, а именно на этой границе и протекала ее жизнь. Как она сама позднее признавалась, ее преклонение перед силой и властью, развившееся в ней в юные годы, когда она терлась около знаменитостей, было настолько велико, что она выделила среди сотрудников лечебно-реабилитационного центра самого сильного мужчину и соблазнила его. Ее недруги среди телефонных фриков рассказывали о ней и другое: как, например, ее однажды видели в мужском туалете, где она обслуживала какого-то случайного клиента.

Через некоторое время Сьюзен сняла себе квартирку и вновь погрузилась в прежнее занятие – стала звонить по телефону кому попало, наслаждаясь тем, что снова могла странствовать по миру своих вымыслов. Ей понравилось звонить по линиям конференц-связи, которые в конце 70-х стали охватывать весь Лос-Анджелес. Набрав номер канала конференц-связи, она оказывалась в гуще общего разговора, в котором и сама могла поучаствовать. Среди тех, кто пользовался конференц-связью, были и подростки, звонившие от нечего делать после уроков, и домохозяйки, почти целыми днями болтавшие по телефону. Когда наступал вечер, по этим линиям переговаривались любители «телефонного секса», и нередко дело у них доходило до конкретных предложений встретиться и поупражняться не на словах.