Шрифт:
Такой странной музыки я не слышала нигде и никогда. Это был такой ритм, в котором начинала пульсировать твоя кровь, биться сердце и дышать легкие!
Это был восторг на грани безумия.
Я тоже что-то пила. Какие-то коктейли. Мартин купил мне нитку бус, уверяя, что они мне к лицу. Я в ответ купила ему фенечку на запястье. Он встретил приятелей и даже представил мне их, но я не потрудилась запомнить имена. Ребята курили травку. В воздухе витал сладковатый запах… Я не знаю, что это было. Один прицепился ко мне, предлагая затянуться. Я едва отбилась. У меня и без наркотиков башню сорвало напрочь.
Мы танцевали раздельно и по парам. Когда в медленном танце Мартин меня обнял, у меня закружилась голова. «Это все сказка, мираж, сон, – думала я. – Мне часто это снилось перед отъездом: я бегу по берегу океана, а за мной бежит невероятный, нереальный мужчина. Это такая игра. Любовная игра».
Я побежала. Вырвалась из его объятий и рванула прочь. В голове билось только одно желание. Чтобы он меня догнал, чтобы не дал убежать. И он его исполнил.
Мы долго целовались, стоя на влажном песке, слушая рокот волн и ритм инопланетной музыки.
– Пойдем, – сказал Мартин.
И акцент в его речи стал более заметен.
Я пошла за ним как на привязи. Он взял меня за руку. И через пять минут мы поднимались по ступенькам в пляжную хижину, построенную из банановых листьев. Их было несколько, мы вошли в саму крайнюю.
– Что это за домик? – спросила я.
– Это гостиница. Я снял это бунгало для нас. Ты не против?
Господи, к чему он спрашивает?
Прямо на полу лежали тюфяки. За стеной слышался ровный шум прибоя. И конечно, музыка.
– Здесь чистое белье, не бойся, – сказал он.
И снова принялся меня целовать. А я отвечала ему со всей пылкостью, на которую только была способна. У него были идеальное тело, гладкая кожа, а под ней перекатывались тугие мускулы.
– Ты восхитительная, – шептал он. – Ты сводишь меня с ума!
И я таяла от этих слов, от его рук, порхающих по моему телу.
В эту ночь у меня приключился самый настоящий курортный роман с самым красивым мужиком, о котором можно только мечтать. И мне было плевать, что это нарушало все мои правила и моральные принципы, шло вразрез с моим воспитанием и характерам. Я ТАК ХОТЕЛА. И впервые в жизни я делала то, что хотела, без оглядки на условности.
Мы не спали до самого рассвета. Солнце начало свой восход на небосводе Гоа, когда Мартин, устало откинувшись на подушки, закрыл глаза. Я, пристроившись с боку, гладила его лицо, такое красивое и совершенное.
«Наверное, у меня никогда больше в жизни не будет такой ночи. Не будет этого мужчины, – думала я. – И какое счастье, что у меня хватило смелости на все это!»
Оставшиеся два дня мы провели вместе. Мартин показал мне Панаджи, оказавшись куда лучшим гидом, чем тот, который сопровождал меня в Маргао. Мы посетили несколько самых красивых соборов и церквей, в том числе и церковь Непорочного Зачатия. Я сфотографировалась у статуи аббата Фариа, который буквально стал символом этого города. Оказалось, что этот известный гипнотизер, прославившийся благодаря роману Александра Дюма «Граф Монте-Кристо», родился в Кандолиме, в юности эмигрировал во Францию, где стал профессором Марсельского университета. А закончил свои дни в замке Иф.
Мы бродили по старому жилому кварталу Фонтанахас, в котором узкие, мощенные булыжником улицы петляют среди близко стоящих домов с черепичными крышами, балконами и резными колоннами.
– Такие дома можно увидеть в любом провинциальном городе Португалии или Испании, – уверял Мартин.
– А ты бывал в Европе?
– В юности я ее облазил вдоль и поперек, путешествуя автостопом, – пояснил он.
Петляющие улочки, в которых эхом разносится треск мотоциклов и скутеров, проходят среди рядов небольших магазинчиков и многочисленных кафе. Жители никогда не испытывают недостатка времени для выпивки и бесед. В часы сиесты магазины закрываются, и весь город погружается в дремоту.
В первый же день после нашей ночевки в бунгало на берегу моря Мартин привез меня к себе домой, чтобы я могла привести себя в порядок. Он снимал небольшой, но очень уютный дом недалеко от побережья. У него были слуги. Во всяком случае, я насчитала трех человек.
– А что, гиды в туристических бюро зарабатывают столько денег, чтобы содержать свой дом со слугами и кататься на «альфа-ромео»? – спросила я.
– Не все, – засмеялся Мартин.
– Не все? – подняла я бровь.
– Нет, только те, кто еще является по совместительству владельцем этого самого бюро, – развел руками он. – Олег работает в моей туристической компании, но мы с ним сдружились за последний год, поэтому я согласился помочь ему.
– Да, мне бы такого лояльного шефа, – сказала я.
– И как видишь, добрые дела не остаются без награды! – притянул он меня к себе. – Я согласился помочь другу, а нашел тебя!
В общем, принять ванну я смогла лишь через час. А ведь у нас еще было в планах осмотреть город! Впрочем, даже если бы мы так и не покинули его дома, я бы не расстроилась. Самая яркая достопримечательность столицы Гоа – это был Мартин. И я готова была ее осматривать, вплоть до самого отлета в Россию!