Мужчина из термички крикнул:

— Скорее! Что же вы?

Картазаев перехватил чемодан поудобнее и пошел. Внутри термички находилось двое. Тот, что звал Картазаева, был помоложе и постройнее. На нем был темно-зеленый комбинезон.

Второй — лысоватый и полный, одетый в просторный светлый болоньевый плащ, сидел у стены на деревянном ящике.

— Что ж вы стоите? — возмутился молодой. — Я его зову, а он стоит. Хотите, чтобы они опять появились?

— Кто? — спросил Картазаев.

— Кони в пальто! — хохотнул толстяк.

— Вам еще повезло, вы четвертый на сегодня, — продолжал молодой. — Трое не дошли.

— Три-счастливое число, — опять засмеялся толстяк, его смешки начали Картазаева раздражать.

— Чего ты все время ржешь? — спросил он.

Голос прозвучал гортанно и неуверенно, словно он не разговаривал год.

— Хватит ругаться, товарищи, — остановил начинающуюся ссору молодой. — Надо двигать отсюда. На Зяби задерживаться нельзя.

— Почему? — спросил Картазаев.

Молодой замялся:

— Так говорят. Потом долго не живут после этого.

Молодой нацепил на спину куцый рюкзачок и споро двинулся к противоположной стороне термички, где имели место вторые ворота. Толстячок засеменил за ним. Картазаев направился следом.

За термичкой оказалась заброшенная стройплощадка, покрытая рытвинами и ухабами. Кое-где валялись бесхозные бетонные плиты. И плиты и ухабы густо поросли бурьяном ржавого цвета.

— Ложись! — громко шикнул молодой, и они попадали, где кто стоял.

Трава оказалась жесткой и сухой. Где-то вдали раздался высокий механический вой. Некоторое время казалось, что он приближается. Потом разом стих.

— Кажись, пронесло, — с облегчением вздохнул молодой.

— Тебя пронесло? — бодро хохотнул толстяк.

— Ты во сне не смеешься? — неприязненно уточнил Картазаев.

Настала пора опять идти. Вскоре они выбрались со стройплощадки на обширную пустошь. Вдали возвышался проволочный забор.

— Перелезем через него и все, считай, Зябь нас выпустила, — с надеждой проговорил молодой.

Идти по пустоши не составляло никакого труда. Трава была словно недавно подстрижена, а сам газон тщательно выровнен.

— Кажись, выбрались, — облегченно выдохнул молодой. — У забора они никогда не нападают.

— Кто? — спросил Картазаев.

— Кони в пальто, — повторился толстячок.

Картазаев даже не успел врезать ему как следует, как хотел, потому что в стороне оставленной стройплощадки раздалось уханье тракторного двигателя.

— Строители что ли вернулись? — прикинул Картазаев, и сам удивился несуразности посетившей его в столь гиблых местах мысли.

Подмяв кусты, на пустошь выбрался устрашающе заляпанный грязью по самую кабину экскаватор и устремился по их следу. Двигался он невообразимо быстро, так как на нем были установлены эластичные резиновые гусеницы.

Молодой и толстяк закричали от ужаса и бросились к забору. Причем проделали это бестолково, толкаясь и лягаясь, словно было мало места.

Картазаев взял чуть вбок и, оставив между ними и собой достаточно промежутка, тоже припустил к спасительному забору. Опять дали знать о себе чемодан и возраст. Картазаев быстро задохнулся, но, пользуясь особой манерой дыхания, быстро восстановил баланс и темп не снизил.

Недалеко от забора в уши ввинтился новый вой, и что-то прыснуло прямо под ноги. Годы тренировок сыграли свою роль, заставив среагировать организм без команды.

Картазаев подскочил, пропуская под собой сверкающий нимб. Газонокосилка!

Машинка проскочила дальше, где была ловко остановлена человеком в уже знакомой Картазаеву робе и капюшоне, надвинутом до середины лица. Неизвестный прибавил оборотов косилке, а потом словно дискобол швырнул ее вслед Картазаеву.

Расстояние было небольшое, но все равно ему почти удалось увернуться, но почти не считается, и машинка подцепила Картазаева рычагом управления.

Потеряв равновесие, он, однако, движения вперед не прекратил. Причем, некоторое время бежал на четвереньках словно обезьяна, зачерпывая чемоданом грязь и мусор.

Сделав последнюю пару шагов по газону, Картазаев впрыгнул на забор. В гонках с косилкой он совсем забыл об экскаваторе, и это едва не стоило ему жизни.

Оглянувшись, он увидел стремительно летящий ему в голову ковш. Отпустив руки, он подпрыгнул и перевалил через забор. Упал он неловко, больно ударив плечо и голову.

Ковш обрушился на то место, где Картазаев был мгновение назад, прорвал несколько рядов проволоки, и запутался в ней. Экскаватор взревел и рванулся назад.

Огромный клубок намотался на ковш, не давая ему двинуться. Экскаватор надрывно взревел изо всех сил. Дернулся — и сразу заглох. Из двигателя повалил жирный дым. Отъездился, сволота.