— Перестань. Тебе даже не было любопытно? Ты даже не попытался ее вернуть?

— Я знал, что происходит. Это было ее решение, и как только она его приняла… — Кид пожал плечами. — Она вышла из моей лиги, так сказать. Я оказался в Мэриленде, и дело в том, что она и без меня отлично жила. Что касается других членов Команды, то они во мне вроде как нуждаются. По самым разным причинам: чтобы я помогал им чем-то заниматься, чтобы помогал им от чего-то избавляться, чтобы они чувствовали себя в безопасности… Но Цель — тут было по-другому. Она думала, что я ей нужен, но поняла, что нет, и поэтому мне не обязательно было спрашивать.

— Рим — не единственная цель на свете, знаешь?

— Ну… — медленно выговорил Кид. — Я не думаю, что у меня так много шансов смотаться в Париж, Лондон или Вену. Так всегда бывает с Черточками. Мы обычно знаем, куда нам хочется попасть, но никаким образом не можем там оказаться.

Джек закончил комплекс и без сил упал на спину, тяжело дыша, а Кид сказал:

— Они все живут на краю пропасти. Как ты думаешь, что это говорит обо мне?

— Извини, — выдохнул Джек. — Я отвлекся. Я весь отдался упражнениям, и меня чуть не стошнило. Мы сейчас о ком разговариваем?

— О Команде. Как ты думаешь, что может означать то, что все они немного… — Он проследил за тем, как Джек принял сидячее положение и начал новую серию качаний. — Немного чокнутые?

— Это означает, что у тебя извращенный вкус в отношении женщин.

— Нет. Они все потрясающие. Правда. Они все интересные, необычные и внешне классные. Но все как бы… с изъяном. Они все… — Он задумался, пытаясь подобрать верное слово. И подобрал. — Опасны. Они все опасны.

— Опасны? Как это? — Кид сразу не ответил, и Джек задал другой вопрос: — О каких изъянах ты говоришь?

— Мне трудно это объяснить… Скажем, Силачка — человек легкий, просто она немножко чокнутая. Наркотики употребляет. Многовато пьет. То в паранойю впадет, то просто взбесится. Я с ней познакомился в клубе, в одном ночном заведении. Она там работала и сейчас работает, и я с ней заговорил, а она мне вдруг: «Можно тебе вопрос задать?» Я говорю: «Конечно», и она говорит: «Я тут с подружкой поспорила на сто баксов. Я говорю, что гора Рашмор [19] от природы такая, а она говорит — нет, там скульптуры». Ну, я и давай ей объяснять, что там не чисто природное образование, что Эйб [20] и все прочие парни на скале вытесаны во всех подробностях, а она слушает меня и не верит. Сначала вообще разозлилась и решила, что я вру. Потом заподозрила, что я с ее подружкой сговорился выигрыш поделить. Под конец мне пришлось убеждать ее в том, что я знать не знаю ни ее подружку, ни ее саму и что я говорю чистую правду. И что она делает? Она спрашивает, не одолжу ли я ей сто баксов, чтобы она оплатила проигранное пари.

— Кид, мне бы не хотелось принижать достоинства твоих подружек, но скажи, что тебя может восхищать в девице, которая считает, что гора Рашмор такая от природы?

— Ты бы ее увидел, Джек.

— Значит, это что-то чисто физическое?

— Чисто? — Кид медленно покачал головой. — Нет. Этого и в помине нет. То есть физического тут очень даже много, с Силачкой даже слишком много физического, но эти женщины — все они — почти совершенны. Почти совершенны с физической точки зрения. И все время стараются достичь еще большего совершенства.

— Все бы ничего, лишь бы только эти старания не были поверхностными.

— Ты уж мне поверь. Все не совсем поверхностно. Дело не только в том, как они выглядят. Они чувственны. Они алчны. Они многого хотят — я просто не знаю, как еще это описать… и в своих желаниях они одержимы. По крайней мере, для меня это выглядит именно так. — Кид рассмеялся. Видно было, что ему хочется избавиться от неожиданной серьезности. — Вот в чем еще различие между нашими мирами, Джек. Ты живешь в рациональном мире, где главное — логическое мышление, ответственность и работа. А я окружен людьми, которые готовы на все, лишь бы сделать себя красивыми, или разбогатеть, или…

— Или просто получить то, что хочется. — Когда Кид согласно кивнул, Джек сказал: — Думаю, с одним из таких людей я повстречался. В Шарлотсвилле.

— Да, — отозвался Кид, — Пожалуй, так.

Джек закончил третью серию качаний и улегся на спину. Довольно долго у него даже на разговор не было сил. Кид спросил:

— Четвертый разок не хочешь попробовать? Мог бы рекорд поставить.

Джек отмахнулся. Видимо, Кид что-то прочел в его взгляде, потому что второй раз предлагать не стал. Он отошел от тренажера и дал Джеку возможность прийти в себя.

Через несколько секунд Джек заставил себя сесть. Потирая сведенные спазмом мышцы живота, он повернул голову к Киду и проговорил:

— Эти люди… эти твои… Черточки… твоя Команда… которые делают все, чтобы раздобыть то, чего им хочется… это и делает их опасными?

Кид немного подумал.

— Нет, — ответил он наконец. — Члены Команды опасны тогда, когда не получают того, что хотят.