Шрифт:
Жены Ивана Грозного
В июле 1571 г. после страшного московского пожара и татарского погрома, через пепелища и смрад гниющих тел тысяч погибших москвичей, царь Иван двинулся в Александровскую слободу, чтобы устроить там смотр 2000 девушек – после смерти царицы Марии он вновь задумал жениться. Из них он сначала отобрал 24 кандидатки – все они в знак расположения царя получили от него платки с жемчугами. Потом из них он выделил 12 девушек. Им тотчас устроили медицинский осмотр: доктор-иностранец и повивальные бабки искали скрытые недостатки и удостоверялись в их девственности. И уже из этих кандидаток царь и выбрал в невесты русскую красавицу – Марфу Собакину. Он женился на ней 28 октября, а через 2 недели молодая царица внезапно и таинственно скончалась. Возможно, царь убил ее. Марфу похоронили в Вознесенском монастыре в Кремле, рядом с царицами Анастасией и Марией. Когда в 1929 г. большевики сносили эту древнейшую усыпальницу русских цариц и вскрывали их склепы, то захоронение Марфы Собакиной всех потрясло: в гробу лежала сказочная спящая красавица. Это было истинное чудо – несмотря на три с половиной века, смерть и тление оказались бессильны перед ее необыкновенной юной красотой…
Церковный закон был неумолим – больше трех раз христианин жениться не мог. Вопреки этому после смерти трех жен, Анастасии, Марии и Марфы, Иван опять затеял жениться. Желая добиться своего, царь устроил настоящую комедию с пролитием крокодиловых слез. Он заявил, что так страдает телом и душой, что «в разбойники впадает мысленно и чувственно», и, чтобы избежать соблазнов, хочет постричься в монахи, оставить государство, тем более и так его все подданные не любят. Тут, «видя царево моление и смирение», пишет летописец, архиепископы и епископы «много слез испустили и на милосердие единогласно преклонились… постановили собором: простить и разрешить царю четвертый брак ради теплого умиления и покаяния. И положить ему заповедь не входить в церковь до Пасхи» – не самое суровое наказание для такого грешника, каким оставался Иван.
Пока действовал запрет, царь не терял времени понапрасну, а отправился в Новгород, где устроил очередные всероссийские смотрины царской невесты. В мае 1572 г., едва дотерпев до Пасхи, Иван женился на выбранной им дворянской девице Анне Колтовской. Через 3 года царь отверг ее и заточил в Тихвинский монастырь, где она и умерла. Следующей, пятой жертвой сластолюбца стала Анна Васильчикова, которая продержалась в царицах всего лишь год и умерла, как и Колтовская, в монастыре. На правах шестой жены (согласно легенде) какое-то время жила в Александровской слободе вдова Василиса Мелентьева. Седьмой женой только на одни сутки стала княжна Мария Черкасская. Сразу же заподозренную в неверности, ее жестоко казнили. Несчастную посадили в карету, распалили и разогнали лошадей, которые после бешеной скачки вместе с каретой рухнули с кручи в глубокий омут реки Серья (Серая), протекавшей под Александровской слободой.
Наконец, в сентябре 1580 г. Иван женился в последний, восьмой раз. Его женой стала Мария Нагая, дочь боярина. Она-то и родила царевича Дмитрия. Но и на этом многоженец не успокоился.
В 1582 г. он послал в Англию посольство с намерением просить руки племянницы Елизаветы I (к королеве он безуспешно сватался раньше), Марии Гастингс, но получил отказ.
Завоевание Сибири
Завоевание Сибирского ханства произошло после того, как в 1571 г. хан Кучум порвал вассальные отношения с Москвой, установленные в 1555 г. на волне русских успехов в Поволжье. Богатые купцы Строгановы, освоившие Пермские земли, торговавшие солью и пушниной, не без содействия и одобрения власти создали базу для наступления на Сибирь. Царь разрешил им строить крепости, иметь пушки, войско, принимать в него всех желающих. И таких любителей риска находилось немало. Строгановы наняли лихого волжского атамана Ермака Тимофеева, который в 1581 г. со своей ватагой начал завоевательный поход в Сибирь. Предприятие, несмотря на трудности похода по диким рекам и тайге, оказалось успешным. Ермак и его молодцы были отважны и бесшабашны, да к тому же вооружены неведомым татарам огнестрельным оружием. Ермак быстро захватил город Кашлык – столицу Сибирского ханства, а накануне в бою на берегу Иртыша разбил войско хана Кучума, который после этого откочевал на юг.
Сподвижник Ермака атаман Иван Кольцо привез царю грамоту о завоевании Сибири. Иван Грозный, огорченный поражениями в Ливонской войне, радостно встретил это известие и щедро наградил казаков и Строгановых. Между тем прогнать хана в степи оказалось легче, чем удержать под своей властью огромную Сибирь. Ермак стал терпеть поражения. В 1584 г. он, согласно легенде, утонул в Иртыше во время ночного боя с Кучумом. На дно реки его якобы утянули тяжелые доспехи, подаренные царем. Но дело его не пропало: слухи о сказочной стране, где вдоволь мягкого золота – пушнины, разошлись по всей стране. В Сибирь двинулись новые казачьи отряды. В 1586—1587 гг. была основана русская столица Сибири – город Тобольск, а потом Тюмень. Тогда же казаки захватили в плен последнего сибирского хана Сеид Ахмата. Началось великое освоение и заселение Сибири русскими людьми. Один за другим вырастали здесь русские города: Сургут, Нарым, Томск и др.
17 марта 1584 – Смерть царя Ивана Грозного
«Тело изнемогло, болезнует дух, – писал Иван в завещании, – струпы душевные и телесные умножились, и нет врача, который бы меня исцелил». Не было такого греха, которого бы не совершил царь. В ноябре 1581 г. в приступе ярости он убил своего старшего сына и наследника царевича Ивана, впрочем, тоже убийцу и тирана, под стать отцу. Согласно легенде, царь избил посохом третью жену сына (двух предыдущих он отнял у сына насильно и отправил в монастырь), беременную Елену, которую, войдя в палату, он застал неодетой. Царевич якобы стал заступаться за нечаянно провинившуюся жену, и тогда Иван ударил сына железным посохом в висок. На следующий день раненый Иван Иванович, не вынеся потрясения от вести, что у Елены родился мертвый ребенок, умер.
До конца жизни царь не оставил своих привычек мучить и убивать людей. Отдых от этого Иван IV находил в том, что часами перебирал драгоценные камни, которые он великолепно знал и любил. Долгие, со слезами на глазах, молитвы в церкви сопровождались весьма своеобразным раскаянием: царь заявлял, что прощает всех своих бесчисленных жертв, и, не помня имен тысяч несчастных убитых, полагался на Бога: «А имена их, Господи, ты сам знаешь!» Молитвы и пост сменялись пирами и развратом. Как писал англичанин Дж. Горсей, к концу жизни «у царя стали страшно распухать половые органы – признак того, что он грешил беспрерывно в течение пятидесяти лет; он сам хвастался тем, что растлил тысячу дев, и тем, что тысячи его (незаконных) детей были лишены им жизни». Объятый какой-то страшной болезнью, в последние месяцы жизни он гнил заживо, издавая невероятное зловоние.
День его смерти (17 марта 1584 г.) царю предсказали астрологи и прорицательницы. Утром этого дня Иван чувствовал себя хорошо и послал сказать астрологам, что сегодня же казнит их за ложное пророчество. Те просили подождать – ведь день кончится с заходом солнца. Помывшись в бане, умиротворенный Иван в легкой одежде и халате сел сыграть партию в шахматы со своим постоянным партнером Родионом Биркиным. Вокруг доски столпились приближенные. Но царь не успел сделать и первого хода: внезапно он упал и умер. Не исключено, что во время этого приступа царю «помогли» умереть его ближайшие сподвижники, которые оставались с ним в тот час в палате. Возможно, историки никогда не смогут однозначно перевести самое важное место из записок Горсея – единственного нашего источника сведений о последнем часе Грозного. Горсей написал о внезапно упавшем наземь царе так: «He was strangled». При этом неясно, что имел в виду англичанин: либо царь «был удушен», либо царя «охватил приступ удушья»… Но зато бесспорно, что Бог не допустил, чтобы Грозный избежал ада: постричь его в монахи перед смертью не успели. Иноческий убор возложили уже на коченеющий труп тирана… Преемником Ивана Грозного стал его сын Федор.