Шрифт:
– Беги! – закричал Серж.
– Беги! – подхватил Коулмэн.
И Перси побежал.
Игрок с третьей базы пытался ударить по мячу, но Перси успел добраться до первой базы.
– Сэйв! – объявил судья.
Рекорд Джейсона лопнул.
«Рапторские» трибуны разочарованно зашумели. На поле полетел всякий мусор: хот-доги, батарейки, кубики льда. Тренер Терьер сорвался со скамьи, повернул кепку козырьком назад и набросился на судью. Он орал на судью. Он забрасывал судейские ботинки землей. Он издевательски изображал слепого с тросточкой. С трибун бросали попкорн и кричали:
– Дерь-мо, дерь-мо!..
Серж и Коулмэн невозмутимо стояли в будке на первой базе.
– Гражданский дух, но как он жалок! – заметил Серж.
Стойкий судья приказал Терьеру вернуться на скамью или покинуть поле. Джейсон расплакался.
Следующим бэттером был Мелвин Дэйвенпорт. Тренер Терьер яростно засигналил Джейсону: «Бей по нему!»
Джейсон кивнул.
Серж увидел, что происходит, однако слишком поздно. Джейсон ударил по бэттеру без замаха. Мелвин успел чуть пригнуться, и мяч рикошетом отскочил от его слишком большого шлема.
Мелвин как ни в чем не бывало бросился на первую базу. Серж выскочил на поле, встал на колени в оранжево-бурую грязь и схватил Мелвина за плечи:
– Ты цел, сынок?
– Даже не почувствовал, Серж! – сказал Мелвин. – Дай пять!
Мелвин подставил Сержу пятерню, Серж ударил по ней, но без энтузиазма. Его мысли были заняты другим. На противоположной стороне поля тренер Терьер показывал сыну большой палец.
Серж вернулся в тренерскую будку. Лицо его окаменело, как у статуи, мир сузился до размеров темного туннеля. Серж видел только скамью соперников.
– Ой-ей, – сказал Коулмэн. – Этот взгляд мне знаком.
25
Два часа ночи. В доме 887 по улице Спинорога зазвонил дверной звонок.
Пит Терьер спустился по лестнице, протирая глаза.
– Кого там несет среди ночи?
Пит выглянул из окна – никого. Он уже собирался закрыть штору, как вдруг заметил вспышку.
– Что за черт?
Он быстро открыл дверь и принялся затаптывать пылающий бумажный пакет, каким-то образом оказавшийся на коврике. Погасив пламя, Пит поднял ногу и посмотрел на подошву тапка.
– Суки!
Треснула ветка. Пит огляделся.
– Что за…
И увидел звезды.
Когда Пит Терьер очнулся, он сидел на стуле посреди круга питчера. Кто-то прочно привязал его к стулу и заклеил скотчем рот. На поле детской бейсбольной лиги было темно, но Пит кое-как различил, что перед ним стоят двое. Один – высокий и худой, другой – пониже и потолще. В масках из чулок и футболках с надписью «Мстим за Опытные модели!».
Высокий держал в руке пистолет, толстый – пиво.
– Знаешь, почему я люблю бейсбол? – спросил высокий. – Потому что это игра историческая, вот почему. – Он размотал удлинитель, вставил вилку в розетку в буфете и протянул провод до круга питчера. – А знаешь, кто играл на этом поле? В Палма-Сейя?… Что? Даже не попробуешь отгадать? Ты меня разочаровал. Сам Уэйд Боггс!
Толстый допил пиво.
– Слушай, что он говорит. Этот чувак столько всего знает – просто отпад. – И рыгнул.
Высокий приволок какой-то громоздкий аппарат и бумажный мешок. Пит аппарат узнал: у самого такой стоял в гараже. Установка для мытья под давлением.
– Во время весенних тренировок в этом городе играли величайшие бейсболисты. Тогда зрителей еще подпускали так близко, что слышался запах канифоли. Не то что на сегодняшних антисептических стадионах! Они играли в старом парке Эла Лопеса, покровителя бейсбола в Тампе. А знаешь, что эти сволочи вытворили с парком? А? Знаешь? – Высокий неожиданно схватил Пита за горло. – Закатали под паркинг у футбольного стадиона!
Толстый схватил приятеля за руку.
– Тихо, тихо! Это не он.
– Ты прав. Извини.
Высокий отступил назад. Потом достал что-то из бумажного мешка и прикрепил к шлангу моющей установки.
– Поразительные штуки эти мойки, – сказал Серж. – Ты знаешь, что в них давление в пятьдесят, а то и в сто раз больше, чем в обычном садовом шланге?
Соединив все детали, высокий отошел.
– Это за детей.
И включил моющую установку.
Полицейские приехали на поле детской бейсбольной лиги вскоре после рассвета.