Среди яблоневого сада стоит дом. Крепкий, добротный, чем-то отдалённо напоминающий замок, окутанный зарослями плюща. Два чёрных пса на пороге: лениво помахивающие хвостами мастиффы. И двое детей.

А за домом — озеро. И небольшой песчаный пляж с беседкой, в которой можно спрятаться от солнца.

Проснувшись, я не сразу понял, где нахожусь. Картинка из сна была до того реальной и чёткой, что стояла перед глазами. Я вдруг отчётливо осознал, что хотел бы жить там. В этом доме у озера в яблоневом саду. И чтобы никакая злая воля не смела дотянуться до туда, не могла даже грозовой тучи наслать.

Невозможная сказка. Неисполнимая мечта.

И всё же?..

— Проснулся? — Ролм сидел рядом, кутаясь в одеяло поверх тёплого кожуха. Вампир смотрел на пламя костра, изредка подбрасывая сухие ветви. Обоз остановился на ночь, город уже давно скрылся за лесом.

Каждый год в конце зимы, когда вот-вот должна прийти весна, начинают бушевать страшные вьюги. Обозы будут ходить ещё пару недель, пока дороги окончательно не заметёт и путешествие сделается невозможным. Товары быстро расходятся на зимних ярмарках, все купцы торопятся на последний торг, спешат последний раз продать изделия и снедь, чтобы хватило прожить до весны. А там уж, после метелей, когда быстро теплеет, снова возобновят торговлю.

До метелей нужно добраться до клана Ларрах. Не успеем — и горы закроет намертво. Там такие вьюги, что никакой магией не одолеть. Не поможет даже телепортация — амулеты становятся нестабильны и ломаются в самый неподходящий момент. Хорошо если окажешься над мягким сугробом, а не над пропастью с ледяными иглами на дне!

— Ты когда-нибудь думал о том, чтобы завести семью? — спросил я вампира. Сон не спешил забываться.

— Почему ты спрашиваешь? — покосился Ролм на меня. — Ну, вообще-то, я уже даже собирался спросить у Сиеллы…

— Почему не спросил?

— Рано ещё, — резковато ответил вампир. Немного помолчал и добавил. — Сейчас вот думаю, может, зря я время тяну? И чего жду? Как бы поздно не стало.

— Не станет, — глухо ответил я, отворачиваясь.

Жутко захотелось, чтобы чёрная пятёрка во главе с Раганом провалилась под землю.

Если бы Ролм купил дом, я бы помог ему создать там такую мощную магическую защиту, какой Сиелла только заслуживает.

Если остались ещё такие места, где можно не бояться удара в спину, не прятаться от врагов, не опасаться за жизнь. Куда не придут, чтобы забрать тебя на войну, потому что не будет войны. Незачем будет воевать. И отец не оставит двух маленьких сыновей с одинокой матерью совершенно беззащитных и несчастных, как случилось с Бастием Рох. Ролм говорил, что его отца убили наёмники, но поему, он не знал. Был тогда слишком мал, а Римм тем более.

Мудрые боги, осталось ли такое место на свете? А если нет, разве не в ваших силах создать его?

В второй палатке спали Римм и маленький вор. Что довело мальчишку до такого состояния? Кто лишил его того места, где он мог быть любим и счастлив?

Мы его ни о чём не спрашивали. Просто предложили проводить до Лесгарда. Город большой, торговый. Кто знает, может и работа какая парню найдётся. Если, конечно, не попадёт в компанию уличных мальчишек, которые научат, как нужно незаметно запускать руки в карманы.

Я поёжился. Наверное, я давно не был под нормальной крышей и не чувствовал себя в безопасности, вот и лезет в голову всякое.

Кнеса

Путешествие в торговом обозе не было щедрым на события. Я и Сиелла, пользуясь привилегией женского пола, ехали в закрытой от снега и ветра повозке, спали в ней же. Демон и вампиры шли следом: благо обоз двигался со скоростью пешего. Мальчишка, которого нам удалось защитить от расправы, ехал с нами. Выяснилось, что парень едва не отморозил ноги. Поначалу он старался держаться от нас подальше, что в тесной повозке было непросто, и дико косился из-под чёлки. Но вскоре нам удалось узнать, что он раньше служил у богатого вельможи, но по стечению обстоятельств оказался не нужен: хозяин снаряжал корабль, чтобы плыть на острова, и лишняя обуза, за которую, к тому же, следовало платить, была ни к чему. Ненужный прислужник остался один в чужом городе и сначала пытался найти хоть какую-то работу. Когда не удалось — начал побираться, а после, когда настали холода, попробовал и воровать.

Парень назвался именем уроженца севера: Гелиот. Северные народы исстари славились светлой кожей и глазами, как чистое весеннее небо.

Шторки у повозки были раздвинуты, чтобы внутрь проникал хоть какой-то свет. Сиелла удобно устроилась на мешках с одеялами и следила за тем, как медленно проплывают голые цепи ветвей на фоне светло-серого неба.

— Как получилось, что ты оказался в услужении? — спросила я Гелиота. Ехать было скучно, а не беседуя, так и вовсе тоска смертная.

— Меня отдали родители…за долги. Две зимы назад мой бывший господин прибыл в наши края, чтобы купить знаменитый пух, который производят только у нас: тёплый и лёгкий. Мои родители сильно задолжали богатому соседу. Сначала я был вручен ему, а после попал к господину Шекку.

— Вот уж поистине бессовестный народ, эти северяне! — буркнул Римм, который шёл рядом с повозкой. — Собственных детей отдавать!

— Я не в обиде на своих родных, — тут же уверил его Гелиот. — Только возвращаться к ним не хочу.

— И то дело…

— Я бы хотел отблагодарить вас за добро, но сейчас, во имя Северной Звезды, у меня ничего нет. Если вы позволите, я отдам долг, как только смогу.

— И думать забудь! — строго сказал Сирн, догоняя Ролма. — Ты ничего нам не должен.