Шрифт:
Харли поднимался, не отрывая взгляда от тела Мэри Клер, пока вновь не встретился с нею глазами. Изголодавшись по вкусу ее губ, он накрыл их своими и нащупал пуговицы бюстгальтера. Потом отшвырнул его в сторону и быстро скинул собственные рубаху и джинсы. Стоя перед нею нагишом и все так же не спуская глаз с ее лица, Харли протянул руку.
Он казался таким спокойным, таким расслабленным, таким уютным в своей наготе… Глубоко вздохнув, Мэри Клер сплела пальцы с пальцами мужчины. Они вместе шагнули под душ и вновь обнялись.
Вокруг шипел пар, оседая матовой пленкой на дверце душевой и образуя для любовников островок личного рая. Прильнув губами к устам Мэри Клер, Харли нащупал кусок мыла и намылил у нее за спиною свои руки. Затем, начав с шеи, медленными обжигающими кругами стал гладить ее тело от плеч вниз по спине. Достигнув ягодиц, он обхватил округлые выпуклости и принялся массировать нагое тело, все теснее прижимая Мэри Клер к себе.
Проворные, горячие — и ох какие искусные! — пальцы проскользнули между ее ног и мгновенно разожгли пламя, которое понеслось по венам женщины, заливая ее желанием. Мэри Клер застонала и выгнулась.
Стремясь не уступать мужчине в откровенности любовных ласк, она взяла у него мыло и быстро намылила руки. Ладони ее поползли по груди Харли, ощупывая крепкие выпуклости мышц, двинулись вдоль мускулистых рук и, вернувшись обратно, вновь встретились посреди груди. То, что увидела она в глубине его затуманенных голубых глаз, добавило ей мужества.
Соблазнительно улыбаясь, Мэри Клер отправила руки путешествовать вниз. Лаская плоскую поверхность его живота, она чуть задержалась, погрузив палец в пупок, и двинулась дальше.
Втянув воздух, женщина обвила пальцами восставшую плоть и увидела, как глаза Харли закрылись, а голова запрокинулась назад.
Он выносил эту сладостную пытку сколько мог, но наконец, простонав, поймал ее за руку, прекращая возбуждающие движения.
— Осторожно. Я больше этого не выдержу.
Издав глухой гортанный стон, он вновь ухватил женщину за ягодицы, поднял, потащил на себя и, опершись лопатками о стену, глубоко в рот втянул сосок. Мягкое посасывание лишило Мэри Клер дыхания. С низким стоном она погрузила пальцы в его волосы и обвила ногами его талию, молча давая понять, что ей нужно. Харли стал медленно опускать ее, направляя, пока не нащупал путь в женское лоно. Он нежно вошел внутрь.
— О Господи, Мэри Клер, — прошептал Харли, чувствуя, как смыкается вокруг бархатистое тело. Но то были единственные слова, которые он сумел произнести, прежде чем женщина двинулась, призывая его присоединиться к ней в этом вековечном танце. Задыхаясь, он учащенно ловил воздух и, обхватив Мэри Клер руками, вновь, вновь и вновь пронзал ее лоно. Вода струилась по его лицу и рукам, но он не ощущал ее жалящего покалывания.
Мэри Клер содрогнулась. Последовал взрыв — безмолвный, но оглушающий, своей мощной волной лишающий сил, — и Харли почувствовал, как наполняется пульсацией ее тела, уносящей его с собой за грань сознания.
Колени его подогнулись, и, обняв Мэри Клер, он соскользнул вместе с нею вниз по стенке душа и опустился на кафельный пол.
Глава шестая
— Харли?
— Ммм?
— Вода остывает.
Харли приоткрыл один глаз и медленно закрыл его вновь, словно даже столь незначительное усилие отняло у него больше энергии, чем ее оставалось.
— Так оно и есть, — пробормотал он и потерся носом о ее шею.
Мэри Клер схватила его за уши, рассмеялась и прижалась к нему лицом.
— Если мы быстренько отсюда не вылезем, то продрогнем насквозь.
Харли вздохнул, теснее прижимаясь к ней бедром.
— Пожалуй, ты права, — сказал он с сожалением.
Опершись рукой о стену и подтягивая Мэри Клер за собой, он поднялся на ноги и сунул голову под холодную струю. Затем протянул руку и, завернув кран, встряхнулся всем телом, разбрасывая вокруг ледяные капли.
Харли сорвал с двери висящие на ней полотенца, бросил одно из них Мэри Клер и стал быстро вытираться, с улыбкой наблюдая, как она проделывает то же самое.
— Помылась? — спросил он.
Мэри Клер снова рассмеялась, осматривая кожу на локтях.
— Скорее помялась.
Фыркнув, Харли поймал женщину за руку, толкнул дверь и повел ее за собой, задержавшись лишь для того, чтобы прихватить фонарь.
Он остановился у кровати и поставил фонарь на тумбочку. Потом откинул одеяло и прижал Мэри Клер к себе. Она почувствовала, как зародившийся где-то глубоко у него в груди низкий стон, пробившись из легких к горлу, завибрировал на ее губах.