Шрифт:
– Конечно! – радостно воскликнула Вероника. – Ты вообще мог бы приехать прямо сейчас.
Оперативник из следственной бригады, прибывшей на место убийства Голубева, стоял в непосредственной близости от нее и одобрительно кивнул головой.
Положив трубку, Глеб задумчиво сказал:
– Она хочет видеть меня прямо сейчас.
– Может быть, тебе действительно отпустить усы? – вслух подумала Полина. – И красить волосы. Пожалуй, женщинам нравятся такие экземпляры.
– Не надо, – возразил Виктор. – С усами у него совершенно злодейский вид.
Не обращая на них внимания, Глеб стал приглаживать челку. Уже на пороге он обернулся назад.
– До встречи! Надеюсь, у нас все получится.
– Ладно, иди, скоро увидимся! – ответил Виктор.
Однако он ошибся. В следующий раз они увиделись вовсе не так скоро, как рассчитывали.
Звонок раздался примерно в одиннадцать вечера. Уверенный, что это возвратился с романтического свидания Глеб, Виктор изобразил на лице масленую улыбку и открыл дверь. Однако на пороге стоял растрепанный Емельянов, весь в мыле. Плащ его был расстегнут, белый шарф болтался где-то за спиной.
– Глеба арестовали! – с порога выпалил он.
– Что случилось? Ты не шутишь? – Полина выбежала из комнаты и налетела на Левку, схватив его за плечи.
– Его подозревают в убийстве! – выдохнул тот, стягивая с себя верхнюю одежду.
Полина смотрела на него дикими глазами.
– Как ты узнал? – наконец спросил Виктор.
– В лабораторию позвонил какой-то тип. Его только что выпустили из КПЗ. Сказал, что Глеб попросил его сообщить, что его забрали менты прямо из фонда. Оказывается, утром в офисе произошло убийство. Глеб как раз находился там, и теперь его подозревают. Я хотел позвонить туда сразу, но потом подумал: вдруг там установлены «жучки» и мой номер вычислят? Поэтому добрался до метро и стал звонить оттуда.
– Тебе кто-нибудь ответил? – безжизненным голосом спросила Полина.
– Да, в офисе какая-то тетка, судя по судорожным вздохам, ужасно расстроенная. Тогда я попросил к телефону секретаршу. Должен же я был что-нибудь сказать? Тетка ответила, что Вероника уже ушла. Я объяснил, что ужасно волнуюсь, потому что она не пришла на свидание, хотя клятвенно обещала. Тетка сказала, что это вполне даже возможно, потому что у них на работе крупные неприятности. Короче, слово за слово, она мне все и выболтала. Сегодня утром обнаружено два трупа. Первая жертва – Ракитин. Его застрелили в загородном доме на Рублевском шоссе. Вторая жертва – его заместитель Голубев. Этот был убит у себя в рабочем кабинете. Судя по всему, второе убийство произошло как раз в то время, когда в офисе находился Глеб.
– Ну что за невезуха! – рассердился Виктор.
– Это все, что я знаю, – Левка сочувственно похлопал Полину по плечу.
– Может быть, пойдем на кухню и вы дадите мне чаю? А то у меня во рту пересохло, я так набегался!
– Вот что, – сказал Виктор. – У меня, конечно, нет никакого опыта в таких делах, но я уверен, что Глебу нужен адвокат.
– У нашей мамы есть знакомый юрист! – Полина вскочила на ноги. – Я сейчас ему позвоню, только телефон найду.
Она бросилась в комнату и возвратилась с записной книжкой в руках. Начала ее быстро пролистывать, объясняя:
– Это очень опытный адвокат, однажды он вытащил мужа тетки Дарьи из ужасно неприятной ситуации. Кстати, а что я ему скажу? Я ведь даже не знаю, где сейчас находится Глеб! Ты не догадался спросить у его сокамерника?
– Черт, не догадался. Но ты не волнуйся. Адвокат сам это выяснит. Ты только дай адрес офиса, где произошло убийство.
Позвонив, Полина не успокоилась, а еще больше разволновалась. Глядя на нее, Виктор понял, что в сложившейся ситуации должен не просто утешить ее, а совершить какой-то поступок. Взять на себя роль лидера. Жадно хлебавший чай Емельянов был испуган и на роль лидера явно не тянул. Да и, кроме того, Виктору очень хотелось помочь Глебу побыстрее.
– Может, позвонить Самойлову? – встрепенулась Полина. – Он дал нам свои визитки. Он ведь из органов и знает, что Глеб не стал бы убивать Голубева.
– Сомневаюсь, – возразил Левка. – Они с Глебом встречались всего один раз в жизни. Кроме того, оперативник никогда не станет вмешиваться в следствие по делу об убийстве, которое ведет другое ведомство. Глеб ведь не его агент. Ну, помогли мы Самойлову, рассказали кое-что… Но это не значит, что он кинется выручать Глеба.
Они сидели на кухне до тех пор, пока не позвонил адвокат. Ему не удалось встретиться с братом Полины, зато он выяснил, по какой причине того задержали. Дело в том, что секретарша Вероника Васильева своими глазами видела, как Глеб вышел из кабинета заместителя Ракитина, тщательно вытирая руки носовым платком. Прошло не много времени, и она же нашла Голубева мертвым. Кто-то тихо, не нарушая покоя в офисе, расправился с ним. Возможно, что и Глеб.
Положив трубку, Полина схватилась за голову.
– Нам нужно подумать вот о чем, – напомнил Виктор, который уже некоторое время задумчиво хмурился. – Кто убил Ракитина и его заместителя? И за что?
– Может быть, это американцы? – понизив голос, предположил Левка, вытаращив круглые глаза на Виктора. – Они хотят получить свою долю за последнюю поставку, а денег-то нет! Ведь Барта Анджело сожрала акула!
Степан Евгеньевич Таволгин тоже подумал, что это сделали американцы. Когда до него дошла весть о двойном убийстве, он впал в такую глубокую задумчивость, что его секретарша, подавшая в обычное время чай, грешным делом подумала, что ее босс или задремал, или умер. Если низы организации здесь, в России, о существовании Таволгина вообще не знали (по крайней мере, он так думал), то американская верхушка была в курсе. «Надо отдавать свои собственные деньги», – раздраженно думал Степан Евгеньевич. С самого утра он чувствовал себя неуютно. Приказал охраннику держать в поле зрения дверь в кабинет, а шоферу велел не отходить от машины. Мало ли что.