Шрифт:
– Куда мне везти моих стариков?
– вопрошала бабушка Лида. Голос у нее, надо сказать, был громкий и басовитый. Папа Торжиков загораживался от звуковых волн космогазетой, мама пыталась сбежать на кухню, но спортивная старуха цепко держала ее за обе руки. А Макс предлагал:
– Бабуля, а ты лети на Юпитер!
– Ты рехнулся, Максимка? На Юпитере мои престарелые не смогут и ног поднять!
– Тогда на Меркурий летите!
– раздался вдруг злобный голос.- Погреете старые косточки...
Оказалось, что это заговорил доселе в морозильник воды набравший, холодильник. Он терпеть не мог бабушку Лиду за ее пристрастие к консервам.
– Кто это?
– вскричали Торжиковы разом.
– Кто-кто! Трепарикентавр, вот кто! Покупаете холодильник и не знаете, что он говорящий.
Макс тут же окрестил робота Типиком. Раньше у него был попугай с таким именем, но попугая скушала кошка, а имя ей скушать не удалось.
– А ведь вы правы!
– ворковала бабушка.- На Меркурии моим старикам будет отпадно! И как это я сама не додумалась?
– Я попробую выдвинуть холодильник на соискание Нобелевской премии,- пообещал отец Макса, которому до смерти надоели вопли вредной старухи.
– Да уж хоть бы Шнобелевскую зацепить...- пробормотал самый холодный в мире робот.
– Ну кто так сидит за компом?
– орал Типик, лупя Макса по спине железными своими ручищами.- А ну распрямись! Сколиоз несчастный! Квазимодо! Верблюд! Алитенус!
Алитенус - это птица с Венеры, у которой сто двадцать три горба.
– Отвяжись, Типик,- ворчал Торжиков, пытаясь сосредоточиться.
– Вот скажу отцу отцепить тебе руки!
– И свинья же ты, - расстроился холодильник.- Не получишь сегодня крабовых палочек, и не подходи!
Это был удар - но Макс снес его достойно, и робот утянул на кухню свои длинные клешни.
Тут как раз запищал звонок. Типик не удержался и открыл дверь. За дверью стоял Костя Гишин. Он улыбнулся и ... немедленно вознесся к потолку, увлекаемый клешней вредного холодильника.
– А - а - а,- благим матом взревел Гишин. Типик немедленно опустил свою жертву на пол.
– Баварская колбаса, - ехидно донеслось с кухни.
– Сам такой, - проворчал Костя, потирая ушибленный бок.
– Пошли в кабинет отца, - сказал Макс.
– Там он нас не достанет. Руки коротки!
– Навеки забудь о крабовых палочках!
– заорал робот.
В кабинете отца ребята сели за комп - мощная, надо сказать, машинка стояла у Торжикова - старшего! 900 Гигов оперативки - как вам?
– Сыграем в The Mark 600?
– Лучше стратежку какую-нибудь, - заканючил Гишин.
Но Макс уже врубил Марка и в прикиде Джонатана вовсю разносил головы врагов. Косте досталась роль Дженнифер - ох и смешно ж он смотрелся в короткой юбке и кофточке!
Когда они дошли до третьего уровня, комп вдруг мигнул и вырубился.
– Что за ерунда!
– вскричал Макс, лупя кулаком по системнику.
– Чертова ATI, когда ж он поставит Nvidia?!
– 'Срочное послание, - замелькали на экране буквы, - Макс, из компетентных органов получена информация: возможны катаклизмы во Временном барьере! Немедля слетай в двадцать первый век и проконсультируйся у Сергея Ивановича Шушумякина! Я через час - на Дельта-8! На тебя вся надежда!
Сергей'.
– Это от Макушкина!
– встревожился Макс, - Случилось что-то серьезное! Я в ангар редакции!
– Я с тобой!
Ребята выпрыгнули из квартиры на парашютах, а сообщение на экране компьютера медленно исчезло - как древние рунические письмена.
Ситилет, похожий на большую стрекозу, мигом донес ребят до редакции 'Голоса гениев', арендовавшей небольшую конурку в ТЦ 'Европейский'.
Ангар редакции размещался в туалете, где стояла Машина Времени, похожая на большого серого жука. Над стеклянными глазами жука - золотистыми буквами: 'М. В. системы Шушумякина'. А на крыльях и брюхе: 'Здесь был Петя Иванов', ' Крыпопль рулит!', 'Респект и удачи', ' Я слушаю 'Битлз'... Словом, машина была сплошь исписана подобными надписями (большинство из них печатать нельзя!).