Шрифт:
– Сколько же нам идти, сэр брат? – размышлял Принц.
– Сорок дней и сорок ночей, – не раздумывая, ответил Жихарь.
– А потом?
– А потом далее тронемся! – захохотал богатырь.
Яр–Тур призадумался.
– Никак не могу определить, сэр Джихар, – сказал он, – когда вы шутите, а когда говорите всерьез, и оттого не знаю – обижаться мне или нет.
– Не обижаться, – посоветовал Жихарь. – На дураков не обижаются.
– А разве вы… это самое?
– А как же, дуракам – счастье. Ведь богам тоже обидно, если кто–то умнее их. Старый Беломор мне так и сказал: посылал, мол, я в эту дорогу многих умников, только все они на пути стали задумываться – куда, зачем, почему. И все пропали. Соломон–то Что говорит? «В многой мудрости многая печаль».
То–то он и шляется по свету вроде нас, да еще босиком…
– Да, к слову, – припомнил Яр–Тур. – Я все как–то не решался напрямик спросить у самого сэра Соломона, все же он пожилой человек и тем более царь, я боялся показаться неучтивым…
– Выкладывай, выкладывай, – сказал Жи–харь. – Передо мной–то чего крутить?
– Разумеется, я проникся к нему уважением, равно как и к сэру Китоврасу, но меня смущает одно обстоятельство. На первый взгляд это мелочь, недостойная внимания, но когда вдумаешься…
– Мечом ты шустрее орудуешь, – сказал Жихарь.
– Да я, сэр брат, попросту хочу обратить ваше внимание, что царь Соломон жил и царствовал еще в незапамятные времена – и вот мы с ним делим тяготы похода и пожинаем плоды гостеприимства. Не странно ли это? Да и кентавросов, по слухам, давным–давно истребил перебравший хмельного добрый сэр Геракл…
– Дерьма–то! – отмахнулся богатырь. – Вот еще нашел заботушку! Во–первых, для того мы с тобой и пошли в поход, чтобы всякому жить в свое время.
Во–вторых, когда бы ни жил – лишь бы человек хороший был… Да ведь не покойники же они, не умруны: пьют, едят, смеются, спят. Ты, брат, живого мертвеца еще не видел?
– Вот эта самая рука, – помахал упомянутым членом Принц, – исторгла останки загробной жизни из четырех и более вурдалаков!
– Вот видишь! – нашелся Жихарь. – Значит, сам должен понимать. Они вообще долго живут. Соломон, тот, наверное, особую настойку принимает, да и нам не мешает освежиться…
Такое рассуждение Жихаря повергло Яр–Тура в растерянность, и он безо всяких выставил флягу.
Освежились как следует на ходу.
– А что, сэр брат, – оживился Яр–Тур. – О какой опасности предупреждал нас этот забавный здоровяк без штанов?
– Насчет лешего. У вас что, в лесах никого не водится?
– В лесах водится всякое, сэр Джихар, простолюдины ходят в чащу с большой опаской, но к лицу ли воителю остерегаться простой лесной нечисти? К тому же мы с ног до головы в железе.
– А хотя бы и в железе. Леший – начальник над всеми деревьями и зверями, без его разрешения в лес и заходить не стоит. Но мы идем себе по дороге, и ладно. Леший… Он перед зимой–то, знаешь, как бесится? Ой–ой!
– И на кого же он похож?
– Это трудно сказать. То он ростом с траву, то высотой с сосну, а обычно – простой мужичок, только кафтан у него запахнут на правую сторону и обутка обута наоборот. Глаза горят зеленым огнем. Встречному старается прикинуться человеком, но легко его разоблачить, когда глянешь через правое ухо коня.
Да мы, на беду, пешие…
– Вы боитесь его, сэр Джихар? – засмеялся Принц и погрозил богатырю пальцем. Лицо у Яр–Тура было все в красных пятнах.
«Пить–то не обучен», – вздохнул Жихарь, а вслух заорал:
– Кто? Это я–то? Лешего–то? Мохноногого? Боюсь?
– Похоже на то, сэр брат! – развел руками Принц.
– Вот как я его боюсь! – С этими боевыми словами Жихарь сошел на обочину и давай рубить мечом сосну. Так деревья не валят, и меч скоро завязился в стволе, еле вытащили вдвоем. – Вот как я его боюсь!
Будимир на шлеме предупреждающе затопал лапами.
– Ты тихо там сиди, пока везут! – прикрикнул Жихарь. – Много вас таких, любителей на голову сесть! Топором, конечно, сподручнее, – обратился он к Принцу. – Я к топору да лесу привык с малых лет, знаю все законы. Бывало, уйду на деляну – полдня пути, навалю стволов сто или больше и домой, в избушку к Коту и Дрозду. А топор, чтобы лишней тяжести не таскать, ка–ак кину вперед себя! Прихожу – он над дверью торчит…
– А вы не боялись, сэр Джихар, зарубить таким образом своих приятелей?
– Так они в избе под лавку забились, наперед знают, что старший братец возвращается…
– Удивительно, – сказал Яр–Тур. – Раньше вы утверждали, что эти Кот и Дрозд вас воспитали и взлелеяли…
– Так ведь в жизни–то всякое бывает! – не растерялся богатырь.
– Это верно, – вздохнул Принц. – Помнится, мне мой наставник тоже как–то велел натаскать побольше воды, так поверите ли, что самая обыкновенная метла при надлежащем заклинании…