Шрифт:
Когда на поляне воцарились относительная тишина и порядок, я взяла болонку на руки и спрыгнула на землю.
– Что здесь происходит? – процедил сквозь зубы главарь. – Ты хоть понимаешь, с кем связалась, девка?
– Запомни на будущее, если, конечно, оно у тебя будет, что женщин обижать нехорошо, – сказала я, подходя к нему поближе. – А с Говорящими тем более надо вести себя уважительно. Я ведь всего лишь скомандовала «взять!», а могла бы сказать и «фас!».
При последнем слове собаки навострили уши, а некоторые оскалили зубы, и я показательно прикрыла рот рукой.
– У кого из вас ключ? – спросила я, обводя разбойников взглядом.
Все молчали. Однако пара человек инстинктивно покосились на долговязого длинноволосого парня, полусидевшего на земле под присмотром Колла, одного из моих волкодавов.
– Спрашиваю во второй раз, – жестко сказала я, на этот раз глядя в упор на долговязого.
– Ну у меня, – вынужденно признался он.
– Тогда чего ждешь? Открывай.
Не отводя от него взгляда, я мотнула головой в сторону пещеры.
– А… – Он многозначительно посмотрел на неподвижно сидящего рядом Колла.
– А ты двигайся медленно и печально, – посоветовала я.
Судорожно сглотнув, еще раз посмотрев на меня, а потом на пса, разбойник медленно приподнялся. Колл легонько рыкнул, сугубо для проформы, и чуть-чуть отступил. Разбойник встал на ноги и сделал осторожный шаг в сторону пещеры. Пес оскалил зубы, но больше никаких признаков недовольства не проявил. Слегка осмелев, долговязый потихоньку подошел к пещере. Пес больше не рычал, но неотрывно следовал за своим подопечным. Я следила за ними краем глаза, стараясь при этом не упускать из виду остальных.
Долговязый немного повозился с ржавым замком и наконец отворил решетку.
– Выходите, ваше высочество! – произнесла я, все еще концентрируя свое внимание на банде и несущих службу псах.
Надо отдать Раулю должное, держался он так, словно все это время точно знал, что должно произойти и ни одна деталь не отошла от заранее продуманного и им лично одобренного плана.
– У вас есть к ним какие-нибудь вопросы, ваше высочество? – осведомилась я.
– Только один. – Принц подошел почти вплотную к Вольфу, мимоходом опустив руку на голову вильнувшего хвостом Рональда. Не знаю, какое чутье помогло в этом псу, но лучший волкодав сам избрал главаря разбойников в качестве жертвы. – Кто?
Принц был на несколько дюймов ниже Вольфа, и все равно ему каким-то образом удавалось смотреть на последнего сверху вниз. Разбойник молчал.
– Ты не расслышал мой вопрос? – сухо спросил Рауль. – Кто твой хозяин?
– У меня нет хозяев, – с вызовом произнес Вольф. – Я – свободный художник.
– Мне глубоко безразлично, что ты о себе думаешь, – процедил принц. – Назови имя заказчика.
– Зачем? Чтобы потом он меня убил?
– Для этого ему как минимум придется тебя найти, – напомнил Рауль. – А я уже здесь. И моя рука не дрогнет.
Что-то в его интонации не оставляло сомнений: рука действительно не дрогнет.
– Ваше высочество, собаки очень голодны, – вмешалась я. – Они ничего не ели со вчерашнего вечера. Было бы хорошо скормить им кого-нибудь. Всех сразу необязательно, но хотя бы одного. Они поделятся. Кому-то руку, кому-то ногу, Рональд вон печенку любит, мозги опять же – вкусная вещь…
– Мозгами здесь не разживешься, – отозвался Рауль. – Если он решился влезть в такую большую игру, даже не понимая, чем это для него самого обернется. Люди, которые приходят к власти подобным образом, никогда не оставляют живых свидетелей. А уж исполнители идут в расход в первую очередь. Так что, – снова обратился он к Вольфу, – выгораживать заказчика тебе нет никакого интереса.
Разбойник в раздумье пожевал губами и, видимо, счел доводы принца убедительными.
– Ну хорошо, а что будет, если я скажу, кто заказчик? – прищурился он.
– Скажешь, тогда и разберемся, – ответил Рауль. – Допустим, что я, так и быть, не вздерну тебя на виселице, а отпущу на все четыре стороны.
Вольф снова пожевал губами.
– Ладно, ваша взяла, – кивнул наконец он. – Заказчик – Гектор Вилстон.
– Значит, все-таки Вилстон… Когда у вас назначена встреча?
– Это уже второй вопрос, – заметил разбойник.
– Вопрос второй, – кивнул Рауль. – А псов – двенадцать. И все голодные.
– Убедительно. Ладно, он должен приехать сюда сам, завтра вечером.
– Хорошо. Это оставляет массу времени. Что будем с ними делать, Говорящая? – повернулся ко мне принц.
– Вы обещали меня отпустить! – напомнил Вольф.
– А кто слышал? – изогнул бровь Рауль.
– Лично я ничего подобного не слышала, – развела руками я. – А вы?
Последний вопрос был обращен к разбойникам. Те неуверенно закачали головами, подтверждая один нехитрый тезис: пара голодных звериных глаз весьма негативно влияет на слух человека.