Шрифт:
— Нет! Плащ–палатку должны нести самое малое два человека. А ведь каждый боец на учёте. Несите тех, кто от ран на ногах не стоит. А я сам пойду.
Наутро он умер.
А вот подвиг десятиклассницы из Сумской области М. Плющик. Была она пулемётчицей. Во время одного из боев она стреляла до последней возможности. Но врагов было много, и партизанская рота отошла в лес.
— Где Маруся? — спросил командир.
— Она стреляла рядом со мной, — ответил один из бойцов.
— Но ведь там уже каратели.
И вдруг голос:
— Где вы, чертяки?
Это была Маруся. Она на плечах тащила пулемёт «максим», и, когда подошла ближе, все увидели, что идёт она по снегу в одних носках, без сапог.
— Чтобы легче было, сбросила я сапоги. Не то пришлось бы бросать станкач. Без сапог быстро бежала. Не сумели меня догнать фашисты.
…Однажды, когда закладывать мины на железнодорожных путях стало особенно сложно, потому что гитлеровцы усилили охрану, белорусский паренёк Ваня Пикулик решил взорвать поезд, не маскируя мины. Через подпольщиков было установлено, что на рассвете должен пойти поезд с важным грузом. Враг предпринял особые меры предосторожности. Сначала на железнодорожном пути появились шесть патрульных солдат с собаками. Следом за патрулём по полотну прогнали толпу крестьян. Затем пронеслась сторожевая Дрезина, за ней медленно прошёл контрольный паровоз, толкая впереди себя платформу, гружённую песком. Все как будто в порядке, мин нет.
И только после всего этого со станции наконец вышел военный состав, тот самый, которого с таким нетерпением ожидали подрывники.
В. Пикулик поднялся и просто сказал товарищам:
— Я пошёл.
Низко пригибаясь к траве, перебегая от пня к пню, от бугорка к бугорку, он быстро подобрался к железнодорожному полотну. Поезд тем временем набирал скорость. Ваня выбегает на полотно и быстрым, натренированным движением ставит мину. Немецкая охрана Ьткрывает стрельбу. Но поздно! Поезда уже не остановить. Он неудержимо мчится навстречу своей гибели на глазах у охраны. Взрыв — и обломки вагонов, вдребезги разбитые, летят во все стороны. Стукнуло чем-то и в убегавшего Ваню. Но он своё дело сделал. Товарищи подхватили его, раненого, и унесли в лес.
Можно без конца продолжать рассказ о мужестве и самоотверженности молодых героев — подпольщиков и партизан. Вот комсомолец В. Цыганок. Во время перехода его группы через железнодорожное полотно около станции Белая он остался один на прикрытии. Фашисты его ранили, пытались взять в плен. Когда они приблизились. Цыганок выдернул кольцо лимонки и взорвал себя вместе с вражескими солдатами.
Еще один пример. Владимировецкие подпольщицы В. Лесникович и Г. Поплавская вдвоём пошли на диверсию. Они подложили под вагон с толом маломагнитную мину, и вагон взорвался по прибытии на станцию Сарны. Враг получил чувствительный удар: 60 солдат было убито, 100 ранено, 7 вагонов уничтожено.
А сколько героизма проявили комсомольцы–партизаны из отряда «За Родину», которым руководил И. Ф. Федоров! Комсомолец Е. Ермаков со своими разведчиками встретил каК. то на лесной дороге карательный отряд в несколько сот человек. Евгений послал своих товарищей предупредить командира партизанского отряда об опасности, а сам вступил в бой. Сначала дал очередь из автомата по офицерам, сидевшим на санях, потом стал бить по голове колонны.
Гитлеровцы не знали, сколько бойцов действует против них, и заняли оборону.
Неравный бой продолжался, пока у Ермакова были патроны и он не был ранен в ногу, руку и живот. Евгений упал на снег. К нему подошёл немецкий офицер. Гитлеровец опешил, увидев одного, истекающего кровью советского солдата. Он несколько раз недоуменно повторял:
— Один и тысяча… Один и тысяча…
Но вот взгляды Евгения и офицера встретились. Гитлеровец навёл на раненого пистолет. Выстрелил. Но в сердце не попал.
Брошенный в лесу, Евгений нашёл в себе силы доползти до стога сена. Там он пролежал три дня, утоляя жажду снегом. Полуживого, его нашли крестьяне и привезли в партизанскую санчасть. Ермакова вылечили и отправили на Большую землю. Однако он долго в тылу не задержался и вскоре ушёл на фронт. Евгений снова был ранен под Берлином. Вот какая сила духа была у молодого подпольщика, комсомольца из Перми Е. Ермакова!
Говоря о подвигах бесстрашных людей — подпольщиках и партизанах, нельзя не сказать о легендарном герое, отважном разведчике Н. Кузнецове, чьи боевые дела обессмертили его имя. Образ Николая Ивановича навсегда запечатлён в бронзе на главной улице Ровно как символ подвига, беззаветной преданности Родине. Украинский народ полюбил его как родного сына. Он свято чтит память русского разведчика, отдавшего свою жизнь за свободу и счастье Советской Украины, всей нашей Советской страны.
С Н. Кузнецовым (мы его называли во вражеском тылу Грачевым) я встретился летом 1943 года, когда прибыл с товарищами из подпольного обкома партии в отряд специального назначения, которым командовал Д. Н. Медведев. Это было возле села Большие Цепчевичи Владимировецкого района. К тому времени Кузнецов совместно с подпольной организацией Т. Новака уже провёл ряд смелых операций против верхушки рейхскомиссариата в Ровно, о чём рассказывалось выше.
…Страх и панику среди больших и малых чинов из немецкой оккупационной администрации наводили своими смелыми диверсиями Н. Кузнецов, Я. Каминский, Т. Новак, М. Шевчук, В. Довгер, И. Луц, Н. Гнидгок — отважные советские подпольщики–разведчики.
— Да, — сказал я Кузнецову, оторвавшись от нахлынувших воспоминаний, — слава о наших разведчиках гремит по всей области и далеко за её пределами.
Кузнецов улыбнулся и смущённо ответил:
— Работаем. Но до главного ещё не добрались…