Вход/Регистрация
Пять из шести
вернуться

Антонов Александр Ильич

Шрифт:

Я хоть и значился руководителем операции, своего кабинета не имел. О моём особом статусе говорил только лоток на столе, куда складывалась вся поступающая по «Латинскому танго» информация. За время моей командировки в лотке прибавилась всего одна бумажка. Её я и положил перед собой под насмешливые взгляды товарищей, сразу после того, как занял соскучившиеся по моей персоне место. Вы верите в то, что пресловутый Перст Судьбы существует на самом деле? А мне пришлось поверить, поскольку он явился мне в тот день в виде этой самой бумажки. Закончив читать, я отложил листок в сторону и задумался. Итак, Сергей Сергеевич Вяземский, который до сего времени никогда не покидал территории Рагвая, вдруг собрался в дальний зарубежный вояж и не куда-нибудь, а в ту страну, где в это время распутывала змеиный клубок отважная агентесса Мария Остроухова. Перст Судьбы маячил перед моими глазами, вот только на что он указывал, я пока разобрать не мог.

Пока я размышлял о значении поданного мне свыше знака, «Буря в пустыне» начала давать результаты. Внешне всё выглядело очень просто. Знание языка — Маша в совершенстве владела арабским — о котором не подозревают твои тюремщики, и вот уже обрывки разговоров складываются в весьма конкретную информацию. Плюс к этому весьма неплохая коллекция «жучков», которыми щедрая Маша охотно делились со всеми, кто представлял для нас интерес, без их, правда, ведома. Через некоторое время, обидевшись на то, что её щедрость так никто и не оценил, Маша забирала «жучки» обратно. Просто? Просто, как танцевать на лезвии остро заточенного ножа. Такое доступно лишь профессионалам высочайшего класса. Таким профессионалом показала себя в операции «Буря в пустыне» Маша Остроухова.

* * *

Операция шла к благополучному завершению. Вот-вот волна арестов должна была накрыть преступную группировку, а фанфары возвестить об успешном окончании «Бури в пустыне». Но тут Маша добывает информацию, которая резко меняет ход операции, и ставит под угрозу её собственную жизнь. Маша узнаёт имя человека, по приказу которого была вывезена из России Катя Остроухова. Некий арабский принц, будучи частым гостем Москвы, воспылал к королеве ночных клубов такой страстью, что решил сделать её украшением своего гарема. Тогда-то и был придуман дьявольский план, по которому Катю выманивали из страны крупным контрактом, для подписания которого от неё требовалось лишь согласие на второе гражданство. Далее запускалась афера с неустойкой, и — хлоп! — птичка в клетке! Заметьте — золотой. Принц не хотел, чтобы его будущая игрушка хоть как-то пострадала. В Конторе имя заказчика вызвало переполох. Дело в том, что этот принц держал руку на вентиле одной из труб, по которым на Кавказ поступало топливо для полыхающей там адской топки. Перекрыть, а ещё лучше взять под контроль один из источников финансирования бандитских группировок — успех несравнимый с уничтожением какой-то банды работорговцев, пусть и крупной. Поэтому волну решили пока не гнать, а сначала, в свете вновь поступившей информации, всё хорошенько взвесить. Обсуждение в кабинете Дронова было долгим и бурным. Предлагалось два варианта развития событий. По первому варианту предполагалось никаких арестов пока не проводить, а лишь взять деятельность банды работорговцев под усиленный контроль. Машу внедрить в гарем принца, где она должна сделать карьеру «любимой жены». Дальше — понятно. Против этого плана решительно выступил генерал Ерёменко. Пётр Петрович назвал предложенный вариант опасной авантюрой с непредсказуемыми последствиями, которые тут же и предсказал. Держать столь разветвлённую бандитскую группировку под скрытым контролем долго не удастся, увещевал он коллег, предполагать, что из Маши получится вторая Роксалана (по некоторым источникам, «Роксолана») наивно, да и что скажет на это Президент? Последний аргумент перевесил чашу весов в пользу генерала Ерёменко. Был принят его план, который предусматривал арест бандитов в день очередного приезда принца в Москву. С самой царственной особой предполагалось провести беседу, в ходе которой предложить принцу ченч: он прекращает финансирование наших врагов на Кавказе, а мы не придаём гласности историю с похищением русской танцовщицы, сохраняя репутацию принца незапятнанной.

Так и поступили. Пётр Петрович лично беседовал с принцем, и был, как рассказывают очевидцы их встречи, очень убедителен. Принц принял условия сделки и спешно отбыл на родину. СМИ протрубили о пресечении деятельности крупной бандитской группировки. Операция «Буря в пустыне» была блестяще завершена. А как же Маша? Её не забыли. Маша была представлена к ордену, и ей было присвоено внеочередное воинское звание «капитан». Вот только и до капитанских погон, и до ордена надо было ещё добраться. А как это сделать, коли она по-прежнему оставалась в руках тюремщиков? Впору было готовить новую операцию.

* * *

Со своим предложением я влез в тот момент, когда ситуация вокруг Марии резко обострилась. Принц, вернувшись из Москвы, отказался от всех притязаний на русскую танцовщицу и прекратил финансирование её пребывания в своей стране. Возникла угроза того, что теперь от неё могут просто избавиться. В Конторе срочно разрабатывался силовой вариант Машиного освобождения. Я предложил, не прекращая подготовку к силовой акции, сделать так, чтобы уже находящийся в стране Сергей Вяземский увидел выступление Маши. К моему великому удивлению идею одобрили и поручили это дело капитану Васильеву. Тот справился с задачей блестяще. Вяземский увидел выступление Маши, и оказалось, что я нечаянно попал в десятку. Недавно овдовевший потомок каппелевского офицера воспылал к красотке Маше такой страстью, что тут же пожелал выкупить её из рабства. Удерживающие её местные бандиты посчитали, что деньги лучше мокрухи, и не стали заламывать слишком большую цену. Вяземский, перекупив контракт, тут же предложил Маше выбор: вернуться на Родину или стать его женой и уехать с ним в Рагвай.

Мария Остроухова

Чувство вины перед сестрой навечно поселилось в потаённом уголке души. Иногда по ночам оно выбирается оттуда и будит меня, шепча прямо в ухо: «Ты тогда не Катю спасала, ты судьбу у неё крала». Я реву, орошая подушку и душу слезами, а потом, обессиленная и умиротворённая, засыпаю вновь. Днём чувство вины ведёт себя тихо, прекрасно понимая, что обвинение гроша ломанного не стоит. Не замени я тогда Катю, она оказалась бы в гареме похотливого принца, и не было бы Серёжиных глаз в полутёмном зале. Впрочем, для неё их не было и так. Его взгляд предназначался мне, правда, он до конца жизни считал, что подарил его Кате. Обман, пусть и невольный, остаётся обманом и рано или поздно предъявляет счёт за свои услуги. Мне он предъявил его трижды. Но об этом позже.

Я сидела за столиком в небольшом кафе и под мерное гудение кондиционеров слушала монолог московского гостя. Сцена до жути напоминала знаменитый эпизод из «Семнадцати мгновений весны», где Штирлиц встречается со связником из Центра. Только в нашем случае действие из Швейцарии было перенесено на Ближний Восток, место Штирлица заняла выступающая в роли Кати Маша Остроухова (то есть я), а представителем центра был капитан Максимов. Зато сам диалог проходил как под копирку. Максимов от имени руководства поблагодарил меня за успешно проведённую операцию, сообщил о том, что я представлена к правительственной награде. Затем, как бы невзначай, Максимов поинтересовался: какое из двух предложений Сергея я намерена принять. Этим вопросом представитель Центра поставил храбрую разведчицу в тупик. Дело в том, что к этому моменту я, если и не была влюблена в Сергея, то была от этого не более чем в полушаге. Но могла ли я вот так запросто заявить, что не хочу возвращаться на Родину, а хочу уехать с Вяземским в Рагвай, чтобы там стать его женой? С другой стороны, Максимов сформулировал вопрос так, будто у меня есть свобода выбора. Что это: проверка, или за этим кроется нечто иное?

Уж не знаю, как истолковал моё молчание Максимов, только он не стал дожидаться ответа и заговорил сам. Так я узнала, что Центр, безусловно, не возражает против моего возвращения, но настоятельно советует мне подумать над второй частью предложения Вяземского. И тут Максимов посвятил меня в подробности операции «Латинское танго» и осветил в ней мою роль, прими я предложение Вяземского стать его женой. Я, как верный солдат Отчизны, не могла ослушаться её приказа, пусть и изложенного в виде просьбы, о чём очень скупыми фразами сообщила Максимову. После чего мы расстались вполне довольные друг другом и вскоре разлетелись в разные стороны. Он вернулся в Москву. Я улетела в Рагвай, где вскоре под звон колоколов местной православной церкви обвенчалась с Сергеем, став, таким образом, Екатериной Вяземской, как впредь прошу меня и величать.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 36
  • 37
  • 38
  • 39
  • 40
  • 41
  • 42
  • 43
  • 44
  • 45
  • 46
  • ...

Ебукер (ebooker) – онлайн-библиотека на русском языке. Книги доступны онлайн, без утомительной регистрации. Огромный выбор и удобный дизайн, позволяющий читать без проблем. Добавляйте сайт в закладки! Все произведения загружаются пользователями: если считаете, что ваши авторские права нарушены – используйте форму обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка

Контакты

  • chitat.ebooker@gmail.com

Подпишитесь на рассылку: