Шрифт:
– Не присядете на минутку? – попросила Бриджет. – Мы хотим с вами поговорить.
Один из официантов мистера Катберта тут же подставил стул.
– Что случилось? – спросил Аллейн.
– Это идея Бриджи, – сказал Дональд. – Я больше не могу. Я обещал сделать все, что скажет Бриджет. Наверное, я дурак, но сдаюсь. В каком-то смысле я рад этому.
– Ему нечего бояться, – заметила Бриджет. – Я сказала ему…
– Послушайте, – проговорил Аллейн, – здесь не очень-то подходящее место для подобной беседы.
– Знаю, – согласилась Бриджет. – Если Донна или Барт узнают, что я была здесь, разразится скандал чудовищных масштабов. «Матадор»! Без сопровождения! С Дональдом! Но мы были в отчаянии – нам необходимо было увидеться. Барт довел меня до полного безумия, он вел себя так ужасно. Я исхитрилась позвонить Дональду из уличного телефона, и мы условились встретиться здесь. Дональд – член клуба. Мы все обсудили и решили обратиться к вам.
– Представим, что уже обратились. Здешний администратор знает, что я из полиции, поэтому нам лучше не оставаться вместе. Вот мой адрес. Выходите минут через пятнадцать. Идет?
– Да, спасибо, – сказала Бриджет. – Как ты, Дональд?
– Хорошо, хорошо, – кивнул Дональд. – Это твоя идея, дорогая. Если после этого я окажусь в…
– Нигде вы после этого не окажетесь, кроме моей квартиры. Вы оба пришли к очень разумному решению.
Аллейн встал и посмотрел на них. «Великий Боже, – подумал он. – Какие же они юные». Вслух он сказал:
– Держитесь. Au revoir [42] . – И вышел из «Матадора».
По дороге домой Аллейн задавался вопросом, приблизит ли его к разгадке потеря доброй половины оставшегося сна.
42
До свидания (фр.).
Дональд против Уитса
Аллейн беспокойно вышагивал по гостиной. Своего старого слугу Василия он отослал спать. Квартира, в тупичке за улицей Ковент-Гарден, погрузилась в тишину. Аллейн любил эту комнату, отмеченную странной атмосферой монашеского уюта, и это отражало что-то свойственное ему самому. Над каминной полкой возвышались молитвенно сложенные руки работы Дюрера. В другом конце комнаты висела картина Трой, изображающая пристань в Суве. Она была написана с благородной простотой в холодных, контрастных тонах. Аллейн купил эту картину тайно, на одной из выставок Трой, и она не знала, что ее работа висит в этой комнате. Три удобных почтенного возраста кресла из дома его матери в Боссикоте, отцовский письменный стол, а по стенам, вокруг всей комнаты, – стеллажи с любимыми книгами. Но нынешней июньской ночью эта комната казалась мрачной и неприветливой. Аллейн поднес спичку к камину и придвинул три кресла поближе к теплу. Этой парочке пора бы уже приехать. К тупичку подкатило такси и остановилось. Хлопнула дверца, он услышал голос Бриджет и пошел впустить молодых людей.
Они напоминали ему двух детей, входящих в приемную зубного врача. Дональд был жертвой, Бриджет – очень уверенной в себе сопровождающей. Аллейн постарался отделаться от этой ассоциации, усадил их перед камином, придвинул сигареты и, сообразив, что они взрослые, предложил напитки. Бриджет отказалась. Дональд с важным видом согласился на виски с содовой.
– Ну а теперь… – сказал Аллейн. – Что все это значит? – Он почувствовал, что ему следует прибавить: – Выкладывайте. – И, вручая Дональду напиток: – Угощайтесь.
– Речь о Дональде, – высоким решительным голосом произнесла Бриджет. – Он обещал позволить мне ничего от вас не утаивать. Ему это не по душе, но я сказала, что не выйду за него, если он этого не сделает, поэтому Дональд согласился. И, кроме того, он действительно считает, что ему лучше поступить так.
– Чертовская глупость так поступать, – вставил Дональд. – Вообще-то не вижу ни малейших причин ввязываться в это дело. Я, конечно, принял решение, но все равно не понимаю…
– Ты уже ввязался, дорогой, так что не имеет особого значения, понимаешь ты или нет.
– Ладно. Все ведь уже решено, не так ли? Нам незачем снова затевать спор. Расскажем мистеру Аллейну и покончим с этим.
– Да, давай. Мне начать?
– Если хочешь.
Бриджет повернулась к Аллейну.
– Когда мы встретились сегодня вечером, я спросила Дональда о капитане Уитерсе, потому что ваши слова навели меня на мысль, что это важно. Я заставила Дональда рассказать мне подробно, что он знает об Уитсе.
– И?
– Ну, так вот, Уитс мошенник. Правда, Дональд?
– Полагаю, да.
– Он мошенник, потому что заправляет игорным притоном в Лезерхеде. Дон говорит, вы знаете об этом или по крайней мере подозреваете. Ну так вот, это правда. И Дональд говорит, что собирался войти с ним в долю лишь потому, что не знал, какой Уитс плут. А потом Дональд проиграл Уитсу деньги и не смог отдать, и тогда Уитс предложил ему войти с ним в долю, потому что иначе Дональду не поздоровится. Из-за Банчи и всего остального.
– Но ведь Банчи уплатил ваши долги Уитерсу, – заметил Аллейн.