Шрифт:
Судья попросил секретаря суда прочесть ему этот вопрос, а затем велел прокурору задать свидетелю не этот, а другой вопрос — встречался ли свидетель с кем-либо из лиц, о которых говорил.
Томпкинс. Конечно, я так и сделаю, если мне будет позволено.
Судья Байерс. Хорошо. Делайте так, как находите нужным.
Вопрос. Насколько я понял из ваших показаний, о местонахождении трех тайников вы узнали в Москве из данных вам инструкций?
Ответ. Да, правильно.
Вопрос. А местонахождение тайников было сообщено вам, чтобы вы поддерживали связь с советскими должностными лицами, ведь так?
Ответ. Да, правильно.
Вопрос. Вы когда-нибудь встречались с кем-либо из этих советских должностных лиц?
Ответ. Я встречался, как уже упоминал, только со Свириным. Как я уже говорил, под определением «советские должностные лица» я имею в виду советских людей…
Донован. Ваша честь, я почтительно заявляю, что вся эта часть показаний чревата существенным ущербом для обвиняемого и является крайне нежелательной.
Судья Байерс. Не думаю, чтобы показания наносили ущерб кому-либо. Я согласен, что они довольно расплывчаты и неопределенны, но вредными их не нахожу. По-моему, он конкретно показал, что помещал в тайники информацию, предназначенную для определенных лиц, с которыми он никогда не встречался, не так ли?
Хэйханен. Да, правильно.
Томпкинс. В соответствии с инструкциями, полученными им в Москве.
Судья Байерс. Да. Я полагаю, более конкретно он показать не сможет, за исключением разве того, что имел дело є этим Свириным.
Хэйханен далее показал, что двадцать первого числа каждого месяца для осуществления того, что он назвал «зрительным контактом», ему предписывалось стоять около станции метро «Проспект-парк» при выходе на Линкольн-роуд. Чтобы его можно было опознать, на нем должен был быть цветной галстук и ему следовало курить трубку. Его показания по этому вопросу доставили присутствовавшим несколько веселых минут.
Вопрос. А вы помните, как вы были одеты в таких случаях?
Ответ. Я должен был надевать голубой галстук в красную полоску и курить трубку.
Судья Байерс. Голубой галстук с красным… чем?
Хэйханен. В красную полоску или с красными полосками, как правильно?
Томпкинс. В полоску.
Судья Байерс. В полоску?
Хэйханен. Да, в красную полоску.
Судья Байерс. И вы говорите, что должны были курить трубку?
Хэйханен. Да. Вообще-то я не курю, но в этом случае должен был курить.
Именно так Хэйханен встретился со Свириным. Сотрудник советского представительства в ООН передал ему пакет со сфотографированными на пленку письмами от его семьи, находящейся в России, а также послание, которое Хэйханен назвал первомайским поздравлением. Здесь же была записка, в которой сообщалось, что его семья здорова и «желает успехов». Таких встреч было две.
Хэйханен. Насколько мне помнится, я встречался с ним по меньшей мере дважды. Дело было осенью, так как шел дождь… полагаю, это было осенью. В тот вечер шел дождь, и, я думаю, это происходило осенью 1953 года. А может быть, это происходило в… возможно, это было весной 1954 года, потому что весной тоже идет дождь. Единственное, что я помню об этом вечере, так это то. что шел дождь.
Вопрос. Можете ли вы постараться сказать точнее, через сколько месяцев после первой встречи произошла эта встреча? Вы сказали, первая встреча произошла весной 1953 года. Так через сколько месяцев после той встречи вы во второй раз встретились со Свириным.
Ответ. Несмотря на все усилия, я этого вспомнить не могу.
Прокурор перестал спрашивать о Свирине и перешел к вопросу о финском моряке (псевдоним Аско), который выполнял функции курьера между Москвой и Нью-Йорком. Между Хэйханеном и моряком существовала договоренность о тайниках и местах для постановки сигналов. Одним из их тайников была телефонная будка в одном из баров Манхэттена.
В этом месте допроса судья зашевелился и без десяти четыре сделал знак Томпкинсу.
— Давайте сделаем перерыв, мистер Томпкинс, до завтра, до половины одиннадцатого утра.
Вторник, 15 октября
Обстановка и действующие лица были те же, однако дни не походили один на другой. Все заняли те же места, что и вчера. Через какое-то мгновение на месте свидетеля появится уже знакомая фигура.
— Соединенные Штаты против Абеля, — объявил клерк.
Томпкинс. Вызовите, пожалуйста, свидетеля.
Быстро пройдя по пыльному паркету, Рейно Хэйханен предстал перед судом, чтобы второй день давать показания. Вне суда Хэйханен носил большие темные очки. Эти очки, а также густые усы и, пожалуй, некоторая важность походки стали частью его маскировки. Он должен был начать новую жизнь в Соединенных Штатах и уже пытался создать свой новый облик — а может быть, просто так казалось.
Обвинитель начал с краткого повторения завершающих моментов предыдущего заседания.