Шрифт:
– А с теми, кто уже прорвался, как быть?
– Пускай остаются, а то местные на раслабоне вообще деградируют. А у этих жизнь было совсем не сладкой, поэтому кое-что им простительно, но проследи, чтобы не сильно зверствовали, если надо будет - главарей парочку, ликвидируй.
– Да мы, только так и воюем в последние тысячи лет, ни какого боевого азарта…
– А ты как хотел, когда вмешиваться запрещено? Да и смысл? Различной мелочи, навроде армий всяких там завоевателей, полно как травы нескошенной. Всех не перебьешь, и толку ни какого. А так устранил вожака, и все стая потеряла интерес или вообще разбежалась.
– Да понимаю я это все, просто иногда хочется, как встарь секирой помахать, так чтоб головы разлетались, или сожрать печень еще живого врага, гляди при этом ему же в глаза.
Априус внимательно посмотрел в глаза, хирдмана, и поинтересовался слегка прищурившись:
– Эй, брат, а ты чай не оборотень?
– А что тут такого? – Ответил тот вопросом на вопрос.
– В мое время это считалось нормой, сердце там или печень, повергнутых врагов есть. Детей волчьим молоком вскармливать.
– Я тоже знавал эти обычаи – горько усмехнулся Рус - Это была полная дикость, хотя в магическом спектре все намного шире. В Даарии, например, был народ, который мог оборачиваться в зверей, туда, и обратно, вот им простительно пожирание некоторых частей тел, врага. И кровожадность тоже простительна.
– Да дремучие были времена – усмехнулся куатар, как будто сам, не жил в ту пору – даже я себе такого не позволяю.
Он совсем как домашний кот, развалился на лавке, и с некоторой ленцой, запихивал себе в пасть кусок копченого угря
– Чего? – Не понял сидевший напротив Жердей – печень поедать или волчье молоко пить?
– И того и другого – серьезно ответил куатар, на глазах у всех цепляя когтями шероховатую скорлупу кокоса и опрокидывая ее содержимое себе в глотку. – Я врагов вообще не ем. Для этого есть дичь!
– Ни как не перестану удивляться – пробормотал Харей – как это у него получается? Лапой кружки подымать, а когти как вилку использовать…
– Чего тут удивительного – пожал плечами Априус – у него только образ снежного барса, а внутри совсем другое существо, а на счет его умений, так за столько-то лет он всякие фокусам научился, и не такое может проделывать. Помню в Асгарде, когда он на лавку залез, и вместе со всеми, сидя за столом, вепрево мясо жрал с собственной миски, так все такому диву давались, что не передать...
Тут Рус, осекся понимая что брякнул лишнее – Рудольф, то вот он сидит, хотя что скрывать, Рунин, небось, все давно выболтал.
– Поговаривали в Валгалле, там только и делали что пировали, да друг друга мутузили – с едва заметной тоской, проговорил Рудольф – правда, что ли?
– А тебе-то чего, ты от нее отказался в свое время? Чего ты там не видел? Скукота. Жрать одну и ту же свинью, гулять с одними и теми же бабами, и друг другу морды бить? У тебя жизнь получше будет во стократ, чем их посмертие. И помни я никого, не силовал, предлагая службу. К тому же где теперь Валгалла?
– Да это я так – смутился бывший почитатель Одина – ностальгирую иногда. Мысли всякие находят. Сижу тут один, вас вижу раз в пятилетку…
– Они на всех находят – посерьезнел Априус – слишком долго живем. А без божественности, это ох как трудно. Мы даже первую эпоху не должны были пережить, а уже вторая сколько длится... Наверное, если бы ни те частицы, что в нас, от Тьмы Запредельной, тронулись бы умом. Ладно, ты давай докладывай, что на доверенном тебе участке происходит?
Патрульный приосанился, и вполголоса, начал отчитываться. Выслушав Рудольфа, Эсгалдирн, поднялся и повернувшись к Харею, проговорил:
– Вы если хотите, можете погостить, еще чуток, а то мало общения среди вас в последнее время. А мы с Куру, возвращаема – есть еще дела. Идем котик-братик, хорош, пузо греть.
Миг спустя, ни человека, ни снежного барса, уже не было, лишь грудка рыбьих костей, да пустые импровизированные кружки из кокоса, напоминали об их недавнем присутствии. А у неполного экипажа «Версара» появилась редкая возможность, безо всяких забот некоторое время отдохнуть, в чудесном месте.
Глава четвертая
Звездными путями
***
После того, как, в новую крепость, прибыл «Версар», и ту же его покинул согласно повелению Априуса, летописец и ящер, вновь остались, предоставлены сами себе. Яша уже освоился тут, настолько что, подумывал о благоустройстве – насаждении дорогого ему папоротника и пальм, разведении, в озере определенного вида рыб. За время отсутствия Априуса, они с Дрендомом, добавили во дворе, пару бассейнов, с фонтанами, запустили в них золотых и неоновых рыбок, и теперь устраивали, небольшие трапезы возле них. Яша при помощи, Дрендома регулярно продолжал учиться летать, теперь он мог отращивать крылья, при определенной надобности, правда, в виде «тирекса» он это делал не часто, но все равно кое-какие успехи, у него все-таки были. А еще ящер занимался, придумыванием названий, для новой Крепости.