Шрифт:
– Пусть сначала найдёт!
– Он за нами следить будет, - предположил Муса, - а как мы золото найдём, он начнёт действовать.
– Значить нам надо их найти раньше и ликвидировать.
– Это убить, что ли? – не поняла Наля.
– Можно и так сказать – подтвердил её отец. – Думаешь, лучше будет, если они нас ликвидируют?
– Нет – замотала головой девушка.
– Этот мир жесток, дочка. Или мы их или они нас. Или нам сдаться и уйти отсюда по добру, по здорову. И пускай они с золотом делают, что хотят.
– Нет, так тоже не надо – сказала Наля.
– А как надо? – и он посмотрел на Мусу и ребят.
– Как, как? Воевать с ними надо! – за всех ответил бывший пограничник.- Только надо подумать – как?
– Вот и я думаю. Трое на трое. Трое пойдут в поиск плюс Белка, четверо здесь останутся.
– Правильно, батя. Пойдём, ты, я и старший сержант. Остальные пусть здесь сидят.
– Это почему? – спросил Афоня.
– А что вам там делать? – ответил за Мусу Григорий Тарасович. – Мы люди военные, пусть даже и бывшие, а вы гражданские. Значить вам в тылу и находиться. Только уши не развешивать! Хоть одного человека в «секрет» выставить. Мало ли что!
– Это сделаем – сказал Мурад.
– Прекрасно. Тогда завтра рано утром выдвигаемся - подытожил разговор Григорий Тарасович.
ГЛАВА 22
Утром дела как-то не спорились: группа Григория Тарасовича никак не могла покинуть лагерь. Мешало то одно, то другое. Наконец собрались, сели на дорожку.
– Так что же всё-таки будем делать с твоими друзьями, старший сержант?
– Как что? – удивился Муса. – Ясное дело – что! Не надо, что бы они топтали эту землю. Какие сомнения, батя? Вчера же решили. Прощёный враг не будет другом!
– Это мудро! – согласился Григорий Тарасович.
– Это понятно! А сомнения, какие? Не по закону действуем? Много у нас в стране по закону действуют? А? Дочка твоя по закону в бандита стреляла? И убила его! Давай ОМОН вызовем! Откуда ОМОН будем звать?
– Из Перми.
– А почему не из Ивдели? – удивился Афоня.
– Другая область – пояснил Григорий Тарасович.
– Батя, ты же офицер – сказал Муса, - откуда такая не уверенность? Постарел что ли? Ну, будет тремя бандитами меньше на этой земле. Кому от этого плохо будет? А родное государство ничего не узнает, поэтому и не отблагодарит.
– Вот именно! Стар становлюсь, чай не мальчишка, какой ножиком махать, да глотки резать. А про дочку – правильно. Угрожал он ей или нет – никто не знает. Свидетелей то нет! А с нашими-то законами! Посадят и спрашивать не будут! Да и тебе спасибо не скажут. Да и Петру то же.
– Правильно говоришь! У нас на Кавказе есть обычай кровной мести! Знаешь, да?
– Да ты, что? – с иронией сказал Григорий Тарасович.
– Да! – серьёзно подтвердил Муса. – Есть! Как он со мной поступил? Как он хотел со мной поступить? А он мне родня! Пусть и дальняя. Он меня оскорбил! Он меня очень обидел! Ты не пойдёшь – я один пойду! У нас на Кавказе грубое слово сказать боишься, посмотреть косо на человека боишься! Вдруг обидишь? Из-за тебя кровная месть начнётся! Такая резня, что – о-о-о! Или старики решат, что ты не прав и отдадут на растерзание чужим! Джигиты, так я говорю? – Муса обратился к Мураду и Алиму.
Те утвердительно закивали головами.
– Вот! Тут я прав! На все сто! Я не отомщу, меня уважать не будут, я сам себя уважать не буду! Чести джигита лишусь!
– Что ты орёшь на весь лес, Бирюкаев, как белый медведь в жаркую погоду. Решили – значить идём! Всё! Будем действовать по закону гор, если до другого закона не докричишься. Кстати, ребятишки, - обратился Григорий Тарасович к остающимся, - если что-то случится, это я так, на всякий случай. Раций то у нас нет. Так вот, если что-то случится, разожгите два костра, на расстоянии друг от друга, что бы дымы от них не сливались в один. Что бы дым был чёрный и его из далека было видно, накидайте в костры зелёной травы или свежих веток ели или сосны. Мы увидим и поймём, что что-то случилось и нам надо возвращаться.
– Почему два дыма, а не один или не три?
– Ну, если три костра, ты весь лес подожжёшь, а мне потом отвечай. Если один дым, то это может быть случайно: положили что-то сырое, вот и дым на весь лес. А два чёрных дыма, это уж точно сигнал, что что-то случилось. Вместо рации. Усекли? Ну, хорошо.
– Командир сказал: «Кунгуру птичка». Значить – птичка! – пошутил Пётр.
– Правильно - почему-то не оценил юмор Григорий Тарасович.- Только шутка юмора в данной ситуации не уместна, товарищ старший сержант. Всё очень серьёзно. Я же говорю, что у нас нет рации! Токи-токи или как там она называется. А случиться может всякое. Тем более с такими соседями беспокойными да наглыми. Ну, что ж выдвигаемся! – как-то тяжело сказал и, вздохнув, добавил: - В свободный поиск! Двинули!
И они двинули. Дошли до старого лагеря Мусы и Алима. Труп бандита так и валялся у кострища. Его перетащили к другому трупу и, их обоих завалили камнями и ветками, что бы было сложней обнаружить.
– Рано или поздно обнаружат, – посетовал Григорий Тарасович, - здесь охотники с собаками бродят. Не в этом году, так в следующем уж точно. Ну да как-нибудь оправдаемся.
Дальше их Белка повела по следам бандитов до брошенного лагеря Клычгерия.
Решили передохнуть.
– Ты, батя, в каком звании в отставку вышел?- спросил Григория Тарасовича Муса.