Шрифт:
– Так и поступим.
Третий щелчок.
– Пройдем в магазин? Он скучный и унылый, но это лицо нашей кондитерской.
– Конечно.
– Со стороны прилавка или лицом к нему?
– От прилавка через витрину будет видна улица, решай сам.
– Нам нужен магазин, а не улица, согласен.
Четвертый щелчок.
Он остановился.
– Я не знаю, на что израсходовать пятую пластину. Может, оставить ее для чего-нибудь получше? – очень тихо спросил он.
Рита подошла ближе, почти касаясь его руки.
– Думаю, если ты сфотографируешь людей на фоне витрины и вывески, это будет прекрасно. Однако ты, разумеется, должен решить сам.
Он явно сомневался – его глаза искали поддержки и одобрения, и Рита взяла его под локоть, шепча:
– Ты и так достаточно сделал, можешь не…
– Нет, я сделаю это. Нужно попросить Юдифь, чтобы построила всех.
Обернувшись и отрывая взгляд от него впервые за все это время, Рита встретилась глазами с Юдифью. Что это были за глаза! В них было все – уже знакомая грусть, новая для нее радость и даже удивление. А еще в них были слезы, от которых Рита смутилась даже больше, чем от всех направленных на нее взглядов.
– Все вышли на улицу, – не дрогнувшим голосом скомандовала Юдифь тем временем. – Желательно молча и без толкотни.
– А почему же Рита не встанет рядом с нами? – спросила Роза, когда каждый нашел свое место.
Они явно привлекали внимание всей улицы, но Рита осталась стоять за плечом Артура.
– Рита присутствует на каждом из пяти снимков, не переживай, – снисходительно сказала Юдифь, с улыбкой глядя на девушку.
Эта фотография должна была получиться лучшей.
Глава 18 Артур. Рододендрон
Оказалось, что его сомнения касательно юбилея были напрасны – вся компания прекрасно провела время. Получив разрешение хозяина закрыть кондитерскую снаружи и веселиться в свое удовольствие, Юдифь сразу же распорядилась, чтобы все двери были надежно заперты. Вечер был достаточно прохладным, и темнело еще довольно рано, так что, едва проводив фотографа, вся компания разместилась на кухне.
Для Риты все это явно было в новинку, и она с интересом наблюдала за тем, как мальчики быстро сдвигают столы, а женщины суетятся у плиты.
– Что вы будете готовить? – тихонько спросила она у Юдифи, когда та проходила рядом.
– Ну, уж точно тортов печь не станем, – рассмеялась начальница Артура. – Ничего особенного, ни у кого здесь нет лишних денег, так что мы, скорее всего, обойдемся чем-нибудь попроще. Главное, что сегодня можно выпить вина, а такое случается далеко не каждый день. Может, вы чего-нибудь хотите?
– Нет, что вы, – смутилась Рита. – Я вообще ем только одни вареные овощи, так что, наверное, просто посижу с вами.
В результате его спутница все же выпила немного вина, но почти ничего не ела. В конце концов, еда была не главным – у каждого в запасе была интересная история или забавный случай, которых за эти долгие двадцать лет произошло немало. Рита слушала рассказы каждого из работников, искренне смеялась над анекдотами, но не задавала вопросов и не вмешивалась в беседу. Артур ничего не добавлял ко всем этим разговорам.
Конечно, он помнил почти все, что было рассказано за вечер – большая часть работников пришла на кухню уже после того, как он начал варить тесто. Однако он никогда не сближался ни с кем из них, и мало общался с посторонними. Его ценили как хорошего сотрудника, но никто не смог разглядеть в нем друга – скорее всего потому, что он сам этого не хотел. Теперь он с удивлением обнаружил, что в каждой истории фигурировали почти все они – все кроме него. Несмотря на то, что он отдал этому месту десять лет, ему так и не удалось стать полноценной частью коллектива и влиться в жизнь этой большой и теплой кухни.
Наверняка она тоже это заметила. Рита определенно делала свои выводы и имела собственное мнение о каждом новом знакомом, но продолжала молчать.
Под конец, когда он заметил, что шум, смех и простоватые шутки уже начали утомлять ее, Артур поднялся со своего стула и быстро откланялся, забирая ее с собой.
– Спасибо Юдифи за этот прекрасный вечер, – с трудом улыбнувшись, сказал он, – но нам нужно идти.
Юдифь повернулась к нему:
– Иди, родной.
Она поблагодарила Риту за то, что она приняла приглашение, а потом проводила их до дороги. Когда они обошли здание и оказались на главной улице, он даже удивился тому, что все остальные лавочки давно закрылись. Было темно, безлюдно и удивительно тихо.
– Не забыл свою камеру? – спросила Юдифь, кутаясь в теплый платок.
– Нет, вот она. – Он показал ей сумку.
– Ты разрешишь мне увидеть то, что получилось?
– Конечно.
Уже отпуская их, она вдруг взяла Риту за руку и добавила:
– Вы, конечно, помните, о чем я вам говорила. Тогда я еще не была уверенна, но сейчас знаю точно. Простите меня, пожалуйста.
Юдифь никогда и ни перед кем не извинялась – по крайней мере, за те десять лет, что они были знакомы, Артур такого не помнил. Поэтому сейчас, услышав эти последние слова из ее уст, он вновь ощутил горячее желание узнать, о чем говорили Рита и Юдифь в свою вторую встречу.