Шрифт:
Селезе услышала крик птицы высоко в небе и, подняв голову, она увидела парящего над головой кричащего сокола. Она узнала в нем сокола Тора. Эстофелес. Он продолжал кричать, словно пытался убедить ее не идти дальше.
Селезе пыталась отгородиться от этих криков. Она посмотрела на воду перед собой и сделала еще один шаг, теперь оказавшись в воде по бедра.
Селезе потянулась, в обеих руках сжимая разорванный пергамент, осторожно поставила клочки на тихие воды озера. Разжав руки и отпустив их, девушка наблюдала за тем, как клочки пергамента уплывают прочь все дальше и дальше, пока пергамент полностью не намок и не начал тонуть — клочок за клочком. Селезе раскинула свои пустые ладони, и их коснулась холодная вода.
Она сделала еще один шаг.
Потом следующий.
Теперь вода доходила ей до груди. Она продолжала плакать, и ее тело затряслось от рыданий. Никогда Селезе не подумала бы, что ее жизнь закончится так. В этом месте. В это время. Без Риса.
Жизнь была к ней так добра. Но вместе с тем и очень жестока.
Селезе услышала очередной пронзительный крик высоко в небе. Она повернулась и поплыла на спине, невесомая, в центр озера. Девушка лежала на воде идеально спокойная и смотрела в небо.
Оно было наполнено миллионом красных полос, два солнца почти соприкасались, это было самое красивое небо из всех, что она когда-либо видела. Селезе не знала, как долго она плыла, пока, наконец, ее руки и ноги постепенно не заледенели и не отяжелели, занемев, после чего она начала тонуть.
Селезе не боролась с этим. Она позволила воде потянуть ее вниз, пока ее лицо не начало погружаться. Девушка закрыла глаза и в ледяном холодном мраке почувствовала, как ее тело медленно тонет, погружаясь все глубже и глубже, в глубины Озера Печалей.
Последняя мысль, которая пришла к ней до того, как на весь ее мир опустился мрак, была о Рисе:
«Рис, я люблю тебя».
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Рис бежал по лесной тропе к Озеру Печалей с колотящимся сердцем. Ветви деревьев царапали его, но ему было все равно. После встречи с матерью он осознал свою ошибку и прочесал весь королевский двор в поисках Селезе, решив сказать ей, что он ее любит и что не может дождаться того дня, когда женится на ней.
Рис решил, что его любовь к Селезе была минутным помешательством. Он осознал, что должен прогнать Стару из своих мыслей, независимо от того, были ли его чувства настоящими или нет. Он должен быть с Селезе и не имеет значения то, что он может испытывать к Старе. Это был правильный, благородный поступок. Рис также очень, очень сильно любил Селезе. Он понял, что это мог быть не совсем тот уровень страсти, но, тем не менее, это любовь. С одной стороны его любовь к ней могла быть не такой сильной, но с другой стороны она могла быть даже сильнее.
Когда Рис пришел в лечебницу в поисках Селезе, вместо нее там он встретил Иллепру, которая сообщила ему ужасную новость: один из сыновей Тируса навестил Селезе, показал ей свиток и с тех пор девушка изменилась. Она была опустошена, ушла в себя и не рассказала Иллепре, что было в том свитке. Все, что Иллепра знала, так это то, что Селезе побежала к Озеру Печалей. Иллепра была сбита с толку.
Она протянула Рису один из оторванных клочков свитка, и холод пробрал его до костей, когда он узнал свой собственный почерк. Потрясенный молодой человек понял, что это был старый свиток, из его детства, свидетельствующий о его любви к Старе.
Но он также осознал, что Селезе этого не знала. Она предположила, что он недавний.
Рис понял — все это пришло ему на ум в одно ужасное мгновение — что Тирус замыслил коварное предательств, отправив одного из своих сыновей убедить Селезе в том, что Рис любит Стару. Он хотел разлучить его с Селезе, поспособствовать тому, чтобы Рис и Стара объединились. Не может быть сомнений в том, что он служил своим собственным интересам. Тирус жаждал власти, а союз Риса со Старой предоставит ему ее.
Рис вспыхнул от ярости и унижения, когда все это понял, когда осознал - теперь Селезе думает, что он любит Стару и собирается отменить их свадьбу. Мысль о том, какую она сейчас испытывает боль, особенно услышав об этом от незнакомца, разрывала Риса на части.
Когда Иллепра упомянула Озеро Печалей, Рис тут же предположил самое худшее. Он развернулся и побежал к нему, не останавливаясь.
«Пожалуйста, Господи», - думал Рис, пока бежал. – «Пусть она будет жива. Дай мне всего один шанс, единственный шанс, чтобы сказать ей, что я люблю ее, что я женюсь на ней, что свиток Тируса — вероломство и что все это — ошибка».