Шрифт:
Его партнеры, как завороженные, наблюдали за ним. Движения Бертини были скупы и точны, как движения банковского служащего, и вскоре столбики из пачек денег заполнили весь стол. Все молчали. Постепенно желтый чемодан опорожнялся. И вот, наконец, последняя пачка денег перекочевала на стол.
— Все правильно. Три миллиона, — подвел итог Бертини. Он еще раз окинул взглядом эту кучу денег. — Три сотни лимонов старыми.
Он помедлил немного, как если бы эти миллионы магически действовали на него, а потом перевел взгляд на лица своих сообщников.
— А сейчас каждый получит столько, сколько ему причитается по договору, — сказал он. — Согласны?
— Согласны! — дружным хором ответили трое.
Бертини отделил один миллион, отсчитал от него треть и, сложив деньги в бумажный пакет, протянул его Тони.
— Пересчитаешь? — спросил он.
— Только чтобы продлить удовольствие, — ухмыльнулся Тони.
Пристроившись у края стола, он принялся медленно пересчитывать пачки денег, сосредоточенно прикусив кончик языка.
— Теперь рассчитаемся с тобой, Гран-Луи, — обратился Бертини к великану. — Вот, держи. И, пожалуйста, проверь, чтобы не было никаких недоразумений.
— Ни к чему терять время, Бертини, — ответил довольный Гран-Луи. — Я тебе доверяю.
— И все же лучше пересчитай. Ошибиться может любой. — Было, однако, заметно, что он польщен доверием сообщника. — А теперь ты, Паоло. Вот твоя доля. — Он протянул пакет с деньгами отставному боксеру.
Паоло принял деньги осторожно, как если бы в его пальцы попало нечто необычайно хрупкое. Выровняв пачки, он начал старательно пересчитывать их, а потом, вскрыв одну из пачек, так же старательно пересчитал банкноты, то и дело слюнявя палец.
— Ну, а то, что осталось, как было договорено, пойдет мне и месье Альберу, — сказал Бертини.
— Все правильно, — отозвался Тони.
Вообще-то было мгновение — он тогда мчался на «хонде», держа чемодан с деньгами на коленях, — когда вдруг нахлынуло отчаянное желание смыться со всеми этими миллионами и попытать счастья где-нибудь за границей. Однако он тут же отверг эту мысль и выбросил ее из головы. Разве можно надеяться безнаказанно надуть Бертини? Корсиканец рано или поздно все равно нашел бы его, после чего расправа была бы короткой. У Бертини были очень широкие связи, он был связан даже с американской мафией, так что Тони нигде не смог бы чувствовать себя в безопасности.
Бертини вновь сложил остаток денег в чемодан, запер его и снял очки, дав тем понять, что дело завершено.
— А что нам делать теперь? — спросил Гран-Луи.
— Ничего, — ответил Бертини. — Ваша работа закончена. Вы отлично провернули это дело, все прошло без единой накладки, точно по плану. Да, это было дельце, что надо! Вы можете гордиться, парни, что поучаствовали в нем.
— Да, — расцвел в улыбке Паоло. — Все проделано, как в аптеке, ни одной промашки!
— Ну, желаю удачи. Возможно, вскоре снова увидимся, если подвернется хорошая работенка.
Однако Гран-Луи, сжимавший в руке пакет с деньгами, не тронулся с места.
— А как же эти?.. Мальчишка и девушка? — спросил он.
— Я сам займусь ими, — ответил Бертини. — Так что можешь не беспокоиться по этому поводу. Все будет в ажуре.
— Ты отпустишь их сейчас? — не отставал Гран-Луи.
— Послушай, Гран-Луи, не лезь не в свое дело. — Лицо Бертини стало жестким. — Я же сказал, что беру это на себя.
— Как прикажешь понимать это «беру на себя»? — Гран-Луи по-прежнему не двигался с места.
Бертини окинул гиганта пристальным взглядом, а потом обнажил в широкой улыбке свои вставные зубы.
— Послушай, Гран-Луи, ты же получил то, что тебе причитается? Получил все до последнего сантима, не так ли? Так чего же ты гонишь волну? Что тебе еще надо?
— Просто я хочу знать, что вы собираетесь делать с мальчишкой и девушкой, — повторил Гран-Луи с характерной для крупных людей медлительной настойчивостью.
Глаза Бертини угрожающе блеснули. Он наклонил голову, мышцы на его шее напряглись.
— Не могу врубиться, приятель, почему это так интересует тебя?
— Потому что я… я не хочу, чтобы мальчишке причинили вред.
— А кто говорит о том, что ему причинят вред?
— Ну, если дело обстоит так, то я сам выпущу его из подвала вместе с девушкой, — заявил Гран-Луи.
Переложив пакет с деньгами в левую руку, он направился к двери, ведущей в подвал.
— Эй, Гран-Луи! Остановись! — рявкнул Бертини.
Гран-Луи остановился и медленно повернулся к главарю. Злоба исказила лицо Бертини. Казалось, перед Гран-Луи вдруг ожил давно ушедший в прошлое марсельский наемный убийца — был и такой период в пестрой биографии Бертини на заре его многотрудной карьеры.