Шрифт:
Тогда Рэчел закричала.
Эдам резко сел на кровати. Пронзительный крик ужаса застрял у него в горле, он чувствовал, что задыхается, но не мог сделать ни глотка воздуха. Сердце отчаянно стучало в груди, а кровь в ушах ревела, словно горный поток.
Но в комнате было тихо, темно, и постепенно он успокоился.
Медленно опустив голову на подушку, Эдам сжал в кулаке висевший на груди медальон.
— О боже, Рэчел!.. — прошептал он.
Глава 8
— Послушай, Фиона, это не ты-принесла вчера желтую розу? Ну, утром?
Лицо экономки осталось совершенно бесстрастным.
— С чего бы я стала это делать, мисс Рэчел?
— Значит, мне показалось! — со смехом произнесла Рэчел, поспешив обратить вопрос в шутку. — В последнее время у меня что-то разыгралось воображение.
Но желтая роза существовала. Теперь она стояла в вазе на ночном столике Рэчел и благоухала на всю комнату.
После завтрака Рэчел позвонила в агентство недвижимости и попросила Шэрон Уилкинс переслать соглашение об аренде прямо в офис Грэма Беккета. Если адвокат его одобрит, сказала Рэчел, то она подпишет его уже сегодня и вступит во владение магазином на Куин-стрит.
Сначала Рэчел хотела послать адвокату просто копию, чтобы, узнав его мнение, самой съездить в агентство, но потом решила, что это будет неблагоразумно. Агентство находилось гораздо дальше от усадьбы, чем контора Грэма, а в свете последних событий поездка туда представлялась Рэчел слишком рискованной.
И потом, сегодня ей очень не хотелось надолго уезжать из дома вне зависимости от того, охотится за ней кто-то или нет.
После некоторых колебаний Рэчел позвонила Эдаму. Сначала, правда, она хотела позвонить Мерси, которой могла доверить многое, но сейчас ее словно что-то остановило. Мерси ничего не знала о деньгах, которые Дункан Грант частным образом ссужал своим друзьям и знакомым на основе простого джентльменского соглашения. Даже об Эдаме ей было известно только то, что он собирается вернуть деньги, взятые у отца Рэчел в долг, но сумма была Мерси неизвестна. Рэчел же чувствовала, что не имеет права посвящать подругу в подробности хотя бы потому, что этого не сделал сам Дункан.
Быть может, решила она, я расскажу Мерси обо всем потом, когда мне станет ясно, чего хотел и чего добивался папа.
Эдам же, который не только был самым решительным образом настроен узнать, кто ей угрожает, но и пользовался у ее отца таким доверием, что Дункан без лишней писанины одолжил ему огромную сумму, казался Рэчел самым подходящим человеком для того, чтобы поделиться с ним своим ошеломляющим открытием. Правда, она по-прежнему не могла бы сказать, что доверяет ему полностью, однако внутренний голос, к советам которого Рэчел с некоторых пор стала прислушиваться, настойчиво шептал ей, что, рассказав все Эдаму и выслушав его мнение, она поступит совершенно правильно.
«Ведь это совсем не потому, что он похож на Тома», — сказала себе Рэчел, и этот аргумент оказался решающим.
По телефону она, однако, разговаривать с ним не стала, а попросила его приехать, когда он сможет.
Эдам приехал меньше чем через полчаса, и Фиона ввела его в кабинет отца Рэчел. Когда экономка, крестясь, поспешила исчезнуть, Эдам проводил ее любопытным взглядом.
— Почему она каждый раз крестится? — спросил он.
— Потому что ты слишком похож на Томаса, которого она хорошо знала, — ответила Рэчел так беззаботно, как только сумела. — Ты ее пугаешь.
Эдам улыбнулся.
— Допустим. А тебя? Разве тебя это не пугает?
Рэчел, уже вставшая из-за стола, чтобы приветствовать его, опустила протянутую для пожатия руку.
— Нет, — сказала она. — Меня это не пугает… больше. — Она немного помолчала и добавила совершенно искренне: — Но это не значит, что я все забыла, Эдам. И потом, ты действительно очень на него похож.
— Надеюсь, ты хотела меня видеть не только по этой причине? Итак?..
Рэчел протянула ему записные книжки отца.
— Смотри, что я нашла. Ты был прав насчет секретного счета в швейцарском банке.
С этими словами она снова вернулась за стол. Эдам придвинул к нему кресло с другой стороны и, сев, стал перелистывать страницы. Лицо его сразу же стало серьезным.
— Займы? — спросил он немного погодя.
Рэчел кивнула и передала ему через стол блокнот со своими расчетами. Благодаря проделанной ею работе Эдаму понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, что к чему.
— Вот это да! — воскликнул он. —Не менее пятнадцати займов за двадцать лет.