Шрифт:
– Дддда.
По дороге он объяснял.
– Это вирусная атака. Черновка погибла. Отрадный тоже. Все умерли. Поняла?
Та мелко покивала.
– Найди рюкзак. В него... Одежду, обувь крепкую без каблуков.
Он посмотрел на маревное по-летнему небо. На приподнявшееся над горизонтом жаркое солнце.
– И зимнюю и осеннюю. Еду и минералку, если есть. Всё из холодильника, что не жидкое. Потом... Трусы, лифчики, безрукавки, носки. Поняла? Я жду десять минут, потом уезжаю.
Она испуганно вытирала слёзы. Паша взял её за лицо, заглянул в глаза.
– Ты поняла?
– Дда.
– Выполняй! Бегом!
Мария побежала в комнаты пригнувшись и всхлипывая. Дугин пошел следом.
Внутри всё было в кровище. Видно младший гонял родителей по всем комнатам на ходу пластая их на куски.
Павел помог собрать Марие большой рюкзак. Та вообще плохо соображала. Оно и понятно. Такое пережить, тут и крышу может покосить. Заставил одеть тёплое, напялил на неё шапку и шубу.
Через десять минут они вышли из дома. Дугин залез на забор и осмотрелся. Вроде всё спокойно. Все заняты делом.
В доме напротив к окнам прилипли серыми лицами женщина и мужчина. Подбородки в крови. Соседи - Русановы. Интересно, кого они там стрескали? У них кроме собачки - никого в доме нет.
Он наклонился к Маше.
– Давай рюкзак.
Перекинул на свою сторону.
– Давай руку.
Затянул девчонку на забор. И оба спрыгнули в Пашину ограду.
Машка вообще-то спортивная девка. Занималась айкидо, а по утрам бегала вдоль Садовой вместе с Пашей и ещё двумя девицами. Поддерживали форму.
Однажды, когда он возвратился домой, взопревший и тяжело дышащий, жена его подколола.
– Ты там, с этим гаремом, точно бегом занимаешься?
И смеялась над его растерянной физиономией.
Паша усадил потерянно покорную Марию, вывел машину за ворота на улицу.
Собрался было сразу вылезти из кабины, но остановился и добавил патронов в помповик. И только потом пошёл закрыть створки. Зомбаки оторвались от раннего перекуса и заинтересовано уставились на него.
Дугин зло показал им ружьё.
– Видели суки. Так что - заткнитесь и жрите дальше.
Он мог бы их прибить, но патронов было мало, а что там впереди - неизвестно.
Умертвия как-то стеснительно потупили глаза и вернулись к трапезе.
* * *
Они катили по Садовой и Дугин объяснял.
– Сейчас выскочим на трассу и поедем подальше от посёлка. У меня в Сосёнках дача. Там переждём, в случае чего. Из населённых пунктов надо уходить. Это же массовое заражение. Значит - прилетят отряды зачистки. А уж они разбираться не будут. Заражённый ты, не заражённый, им по-фигу. Начнут мочить всех без разбору. Маш, ты чего?
Мария сидела бледная, уставившись в одну точку. Он потрогал её за руку
– Маша, я понимаю, что родители и брат погибли. Но тебе нельзя расквашиваться. Тогда и ты умрёшь. Твоя задача выжить. Поплачь, золотце, поплачь. Легче станет.
Она судорожно вздохнула.
– Дядя Паша... Застрелите меня... Только чтобы сразу... Чтобы не мучиться.
– На, твою мать! Машка, ты что - с ума сошла?! Что за глупость?
– Он меня укусил.
Она задрала рукав шубы и показала прокушенное припухшее предплечье.
– Я не хочу быть такими как эти.
Она кивнула на тупо и безнадёжно бегущую по газону вдоль дороги, за машиной, стайку соседей-зомбаков.
У Павла всё внутри похолодело. Не хотелось верить, что эта смешливая веснушчатая девочка, обречена. Он успокаивал.
– Подожди, Маша, не спеши делать выводы. Может у тебя устойчивость к этой заразе.
Машка обречённо закапала слезами. Дугин мысленно матерился.
Они выскочили на шоссе, повернули налево и, набирая скорость, помчались от Черновки.
И тут до Павла дошло.
– Слушай! А вот твой брат... Его же никто не кусал. И вон те, - он указал на парочку стоящих у ворот дома, пристально глядящих на машину, умертвиев, - они же не покусанные. Посмотри, посмотри. Ну? Значит, зараза передаётся не через укус. Поняла?! Может воздушно-капельным или как-то там ещё. Но, не через укус.
Пашка преувеличенно облегчённо вздохнул.
– Уф блин. А я уже подумал, что и правда - ты заражённая.
– Вы думаете?...
– Тут и думать нечего. Всё просто. Никакой изощрённой логики. Так что ты ещё долго будешь жить - пожива... Твою мать! Откуда здесь река?!