– Я не хочу иметь с вами ничего общего, - заявил страж, - не препятствуйте мне или я буду кричать.

– Ну не торопитесь так, уважаемый, - уже более миролюбивым тоном потребовал Олег, - присядьте и, хотя бы выслушайте нас. Поверьте, нам есть что поведать, а если же вы все-таки решитесь нас оставить, мы с превеликим удовольствием дождемся, когда ворота храма распахнут для простых смертных и поговорим с Гнилиусом сами, на предмет того, что его стражи берут взятки. При этом мой друг поклянется перед ликом богов, что я лично отдал вам деньги.

– Твой напарник это подтвердит, если только я не принесу эти деньги на алтарь, - с довольной ухмылкой подметил страж.

– Само собой, - согласился комбинатор, - но есть еще один способ не только хорошенечко подзаработать, но и подняться по карьерной лестнице.

Эльф мазанул жадным взглядом по бесхозно валяющемуся кошельку.

– Присядьте за стол и выслушайте нас, если вам не понравится, то что мы расскажем, тогда можете забрать этот кашель и уйти без каких-либо обязательств, - дружелюбно и довольно вежливо предложил Олег.

Страж на мгновение задумался, но жадность взяла верх:

– Ладно, послушаю, что вы предлагаете?

Комбинатор подлил вина в бокал и лилейным голосом начал рассказывать слезливую историю грилла Рубина. О том, как один весьма высокопоставленный храмовый жрец, имени которого по известным причинам Командор называть не стал, опоил и изнасиловал сестру Рубина, девица лишилась чести и свела счеты с жизнью, а достопочтенный грилл смирившись с утратой продолжил влачить жалкое существование обеспеченного повесы. С гибелью сестры отрок смирился и даже не собирался мстить, вот только по какой-то зловещей случайности, волею судеб, в руки баловня попало письмо заклятого врага, в котором тот кичиться уничтожить пресвятого и занять его место, разумеется из требований безопасности данное письмо можно было показать только самому пресвятому, как говорится, во избежание.

Жадный стражник эльф, уже осознал, что влез куда-то не туда, не по Сеньки была шапка. Но немыслимая сумма в пять тысяч золотых призывно лежала на столике маня различными благами. Стражник горестно вздохнул и решился.

– Ладно, чего от меня требуется? Только учтите, в храм я вас проводить не стану. Это чревато.

– Да нам этого и не нужно, - с совершенно честным видом соврал Олег, - от вас, уважаемый, нужно письмецо лично в руки передать пресвятому Гнилиусу. Скажите, мол, доброжелатель вас о чем-то важном предупредить желает. А после того, как пресвятой встретится с нами, вы многоуважаемый получите еще два таких же кошелечка.

Эльф кусал нижнюю губу нервно размышляя. Поставив в известность охранника, Командор приступил к написанию письма.

Первая часть письма в точности повторяла текст книги, которую пресвятой Херес диктовал своему ученику. И даже характерная ошибка заняла свое прежнее место. Перечеркнутая «А» в конце абзаца смотрелась довольно эффектно. А вот вторая часть письма была на удивление кратка: «Я жду тебя в пивной. У тебя пятнадцать минут».

После старательно написанное письмо было бережно уложено в конверт, запечатано и передано алчному почтальону. Эльф схватил в охапку деньги, корреспонденцию и самой шустрой «ланью» в мире умчался в направлении храма.

Сорок пять минут приключенцы ожидали результата. Комбинатор сидел спокойный и сосредоточенный. Рубину было плевать, он не воспринимал всерьез аферу с банком, а по сему ни капли, не нервничая наслаждался чтением толстенного талмуда, зато Юм нервничал за всех остальных, он поминутно выглядывал из под матерчатой крышки и оглядывал помещение пустого ресторанчика.

Появился пресвятой неожиданно, за его спиной стояли двое высших жрецов, моложавый эльф и лихо шрамированный кобольд, а за спинами долгожданных гостей рыдал алчный охранник.

Командор улыбнулся старому знакомцу и приветливо помахал тому рукой. Глаз пресвятого невольно задергался, а губы предательски затряслись. Прескотту понадобилась целая минута, чтоб привести себя в порядок и понять, что перед ним не мираж.

Придя в себя пресвятой первого высшего храма шёпотом отдал несколько команд храмовым жрецам и те выгнали всех немногочисленных посетителей взашей, не забыв прислугу, хозяина питейного заведения и алчного стража – почтальона. Убедившись, что кроме Командора со своей компанией и пресвятого в заведение общепита никого не осталось жрецы вышли за двери.

– Гребаный ты каторжанин!
– вместо здравствуйте прозвучало из уст Прескотта, - ну почему от тебя столько мороки?

– Садись, Прескотт, - пригласил Олег гостя за стол, - у нас с тобой имеется несколько очень важных дел.

– Будь ты проклят!
– цедя слова произнес Гнилиус и нехотя уселся за столик.

– Уже проклят, - без малейшей доли иронии ответил комбинатор, - И так уважаемый пресвятой из моего письма вы, наверное, уже поняли, что труд вашего замечательного учителя Хереса находится в моих руках.