Шрифт:
— Кто она-то? Имя есть у этой вершительницы судеб.
— Амалия.
— Видимо, дамочка как раз из того куска воспоминаний, что ты стёр, — ухмыльнулся мужчина. — Мы с тобой явно не друзья, почему просто не отдашь меня на откуп?
— Да, мы не друзья. Тем не менее всё очень сложно. Стерша не простила бы, отведи я её возлюбленного на убой. Она любила тебя.
— Но дело не только в твоей сестре? Ты замалчиваешь что-то ещё. Может, уже хватит секретов? Сколько я тут? Месяц? Год? Ты возвращаешься сюда каждый раз, как с того света. Скажи, наконец, что происходит?
Драй обернулся на братьев и закусил губу. Несколько мгновений трое вели молчаливый диалог, пытаясь прийти к единому решению.
— Ты связан с Региной, — взвешивая каждое слово, начал дракон.
— Уже почувствовал нечто странное к ней. Но будь спокоен, не претендую, лучше скажи мне что-то новенькое, Единый?
— Умрёшь ты — умрёт она.
— Это многое объясняет, — мрачно изрёк Гарен. — Даже полегчало на душе. А то думал, угодил к дракону-психопату. А тобой, оказывается, движут вполне благородные цели: спасти любимую.
— Спасибо за понимание, — Драй, наконец, отпустил мужчину.
Поправив воротник рубашки, демон холодно возразил:
— А я не говорил, что понимаю тебя, Единый. Ты весьма скверно начал отношения с Региной: с вранья и секретов. Знаешь, чем это чревато?
— Знаю, — синхронно ответила троица.
— Если ничего не изменишь, в итоге так и останешься один. То есть не совсем один, а в компании своих характерных воплощений. Но сильно не обольщайся, в моём мире это состояние называют шизофренией. Приятного мало, — предупредил Гарен.
Айнзам ничего не ответил на колкость собеседника. Отвернулся к погрому и уверенно коснулся обгоревшей стены. Через мгновение доски начали восстанавливаться, а на месте расколотого унитаза появился новый. В конце Айнс навесил сотканную из обугленных щепок дверь, ничем не отличающуюся от уничтоженной. Больше уже ничего не напоминало о недавнем инциденте.
— Полезный талант, — ободряющие заметил брюнет.
— Не очень. С живыми проделать такого, увы, не могу, — разочарованно вздохнул Айнс, глядя на свои трясущиеся от напряжения руки.
— Позвать Регину? Думаю, она будет рада увидеть тебя, даже несмотря на все провалы в её памяти. Девчонка серьёзно влюблена, раз легко сумела преодолеть влечение к истинной паре ради глупого дракона. Этого дорогого стоит! — восхитился Гарен.
— Не сегодня. Не смогу смотреть ей в глаза после того, что случилось в разломе. Я омерзителен, а Регина весьма проницательна, и обо всём догадается, почувствует. Она не заслужила этой боли. Слишком хорошо мне знакома испепеляющая ревность, — Цвай многозначительно взглянул на бывшего соперника, но тот лишь пожал плечами:
— Не помню ничего, можешь так не смотреть! Вернёшь память и пристыжай в своё удовольствие, а пока не за что.
Дракон лишь слабо ухмыльнулся. Воспоминания — чересчур опасное оружие, и отдавать его в руки тёмному дракон не собирался.
— В любом случае прикасаться к ней, не имею морального права, — сокрушалось взлохмаченное воплощение Айнзама, остальные тоже выглядели не менее удручёнными.
— Должен быть иной способ утихомирить эту безумную из разлома.
— Амалия пообещала систематически превращать мою жизнь в ад, если не получит, желаемое. Я пытаюсь достучаться до неё, пока остальные драконы и человеческие маги сдерживают барьер. Пока ещё есть время придумать, как закрыть разлом. Но если хоть одна душа узнает, что смерть вас двоих спасёт мир, не смогу противиться воли большинства и... Я себе не хозяин, — слова давались Айнсу с трудом.
Лишь сейчас Гарен обратил внимание, каким измученным выглядит Единый. Измождённые лица, искажённые отчаянием. Потухший взор мутно-зелёных глаз. На шее красовались странные белые рубцы от рваных ран. И только разверзшейся в сердце Бельвегии преисподней известно, через что приходится пройти дракону, чтобы выиграть время и попытаться спасти любимую.
Айнзам, кажется, сам не верил в благополучный финал и без того безысходного мероприятия.
— Ты поэтому привёл её сюда? Попрощаться?
Трое молчали, боясь согласиться вслух с проницательным мужчиной.
— Паршивенько. Значит, меня тоже ждёт мучительное прощание, — горько усмехнулся демон.
— В каком смысле? — без эмоционально спросили братья.
— Скажем так. Регина вернулась не одна, а в прелестной компании. И я говорю не только про твоё дитя.
Айнзам всё так же тупо смотрел на собеседника.
— Да, боже мой, какой же ты медленный! Она привела сюда твою сестру. Стерша жива!
— Стерша? — на лицах вдруг появилась осмысленность, но дракон всё ещё боялся поверить в безумную новость.