Шрифт:
Хотя голова гудела, Кормак начинал понимать, что случилось.
– Это ты включил гравитацию? Ты убить меня мог, урод!
«Оставайтесь на месте. Помощь уже в пути».
Парни расхохотались.
– Да уж, вот была бы потеря, – сказал один из них.
Прежде чем Кормак нашелся, что ответить, прибыли два прислужника с носилками.
– Погодите, – запротестовал Кормак, – я в порядке. Я и сам могу дойти до медцентра.
– Мы не можем игнорировать команду после ее получения, – произнес один из роботов.
– Да ладно, – застонал Кормак. – Я пойду с вами, только не заставляйте меня забираться на эту штуку.
– За неповиновение вас ожидает дисциплинарное взыскание.
Кормак вздохнул. Если его приволокут в кабинет адмирала Хэйз, голове его лучше не станет.
– Ладно, – стиснув зубы, сказал он и улегся на носилки, стараясь не обращать внимания на улюлюканье мальчишек с Три.
Кормак стоял возле полноразмерного томографа в медицинском центре.
– Думаю, это лишнее, – сказал он врачу, молодой женщине с рыжими волосами.
– Просто быстренько тебя просканируем, – ответила она, набирая что-то на настенной панели управления. – Сенсоры на твоей форме не распознают сотрясение. Так что, будь добр, запрыгивай.
Кормак шагнул внутрь томографа, и почти сразу же трехмерное изображение его тела возникло на экране перед врачом. Кости мерцали зеленым, каждый орган обозначался своим цветом.
– Что это значит? – спросил он, когда по боковой панели поползли длинные строки данных.
– Твои основные жизненные показатели. Частота сердцебиения. Содержание железа в крови. Содержание кислорода в крови. Количество антител.
– Я думал, вы проверяете, нет ли сотрясения?
– Сканер считывает эту информацию автоматически, – объяснила она. – Сейчас ты почувствуешь легкий укол. У тебя возьмут каплю крови для генетического анализа.
– На случай, если я генетически предрасположен к сотрясению? – вяло отозвался Кормак.
– Ну-ка, посмотрим… никаких следов сотрясения, так что, кажется, все… хотя подожди-ка. Это странно.
– Что? Что случилось? – спросил он, чувствуя укол страха. Для жителя Дэвы лишь вопрос времени, когда организм прекратит сопротивляться токсичной атмосфере. Дети намного младше него, случалось, превращались в сплошные ходячие опухоли. Ну он и везунчик – наконец убраться со своей планеты и обнаружить, что уже слишком поздно.
– Твоя ДНК не совпадает с той, что указана в твоих документах, – она приблизилась к экрану, чтобы лучше рассмотреть.
Сердце Кормака ухнуло в груди, а потом бешено заколотилось.
– Откуда у вас мои данные? – Кормак старался сохранять спокойствие, но вопрос вырвался сам собой.
Она устремила на него озадаченный взгляд.
– Ты же проходил на Дэве обязательный медосмотр.
Голова у него шла кругом. Ну конечно же, Рекс предоставил им свои медицинские данные. И как я сам об этом не подумал?
Врач вздохнула.
– Ну что ж, придется связаться с клиникой в Секторе 23 и затребовать у них точные данные. Не представляла, что можно допустить такую небрежную ошибку, но чего еще ждать от Дэвы.
Раздался сигнал, она нахмурилась и обернулась к экрану.
– Все хорошо? Сердечный ритм участился.
– Я в порядке, – ответил Кормак как можно увереннее, хотя его и начинало трясти. – Я могу идти? – не дожидаясь ответа, он вышел из сканера.
– Да, ты свободен. Я свяжусь с клиникой и разберусь.
Кормак кивнул и заставил себя спокойно выйти, надеясь, что ноги его не подведут и унесут отсюда как можно дальше. Оказавшись в пустом коридоре, он тяжело вздохнул и уперся в стену вытянутыми руками. Когда академия получит его медицинскую карточку, а точнее, карточку Рекса, – они поймут, что расхождение в ДНК – это не ошибка, и правда выплывет наружу: Кормак самозванец, проникший в самую охраняемую организацию во всей Федерации Кватра. Наказание за незаконное проникновение – двадцать лет в колонии строгого режима на Шетире. Но в его случае это не просто незаконное проникновение. Он пытался выдать себя за Рекса, что может быть расценено как измена, наказание за которую – смерть.
Ругаясь вполголоса, Кормак прислонился головой к стене. Никто не хотел, чтобы он выбрался с Дэвы. А он-то, идиот, считал, что заслуживает лучшего. И теперь ему придется поплатиться за свою глупость.
Конец ознакомительного фрагмента.