– Куда уж мне.

– Синклер, прекрати дразнить девочку. Ники, так что же случилось в доме миссис Клиффорд?

И я начала свой рассказ. Про то, как решила отнести ей формочки для кексов тем же вечером, не дожидаясь следующего дня, на который у меня были другие планы. Как нашла её без сознания, а Макса мёртвым, как удивилась горящим свечам, как увидела в окно мистера Бродерика, а потом поняла, что же за запах я почувствовала. Мне пришлось вернуться к событиям понедельника, когда бедняга Бастер попал под колеса машины миссис Клиффорд – оказалось, что мама об этом уже знала, миссис Клиффорд рассказала ей по телефону, а вот папа – нет, а ведь именно это послужило началом всей цепочки последующих событий. И как я поняла, что не успею выбежать до взрыва, а потом меня унёс «ангел».

– Ангел? – поднял брови отец.

– Я же подумала, что умерла. И потом – у него был нимб! Сияющий! Правда, вскоре я поняла, что это волосы у Фрэнка горят...

– Но как же ты успел спасти Ники, – мама с удивлением и благодарностью смотрела на Фрэнка.

– Я был неподалёку. Я вообще практически всё время был рядом. Ну, не то чтобы совсем рядом, просто так, чтобы видеть Ники. И когда почувствовал запах газа...

– Ты наблюдал за мной? – Я прижалась к руке Фрэнка и подняла на него глаза. – Так это был ты? Нам, на крыше? Я думала, что мне показалось.

– Это был я. Просто, когда понял, что ты меня заметила, скрылся из виду. А вообще-то, я мысленно прорешал все твои задачи и едва удержался от искушения подсказать тебя, когда ты запнулась на одной из них.

– Не люблю физику, – вздохнула я. – Понимаю, умею решать, но не люблю!

И тут до меня дошло, что в тот вечер я не только видела силуэт на крыше. Был ведь ещё тот чудесный сон – лёгкий поцелуй и тихий шёпот: «Спи спокойно, Солнышко. Я рядом». Но теперь я осознала, что это, наверное, был вовсе не сон. Нужно будет спросить Фрэнка, только не сейчас, не при родителях. Отец и так вон стонет, глядя на нас. И сейчас он одарил Фрэнка не самым ласковым взглядом. Ну, зачем он так? Если бы Фрэнка не было рядом – он бы меня не спас! Наверное, отец осознаёт это, потому и молчит. Вздыхает, фыркает, косо смотрит, но молчит.

– Я косвенно виноват в том, что Ники похитили, – между тем сказал Фрэнк моим родителям. Я ошарашенно вытаращилась на него – он серьёзно? – Ведь именно это и привлекло внимание той организации к Ники. То, что она оказалась снаружи взорвавшегося дома без единой царапинки. Но я не мог поступить иначе…

– Не говори ерунду! – не выдержала я. – Виноват мистер Бродерик, и только он! Мало ему было того, что он уже натворил – так нужно ещё было растрепать всем и каждому, что он видел меня в доме в момент взрыва. Если бы он промолчал – ничего бы не было!

– Ники права, Фрэнк, – в глазах отца уже не было ни следа недовольства. Он серьёзно смотрел на Фрэнка. – Без тебя мы потеряли бы нашу дочь. И не твоя вина, что её похитили.

– Может, вы расскажете мне о похищении? – попросила мама. – Подробнее?

И я продолжила свой рассказ. Когда я дошла до «агентов» Хантера и Эскевария, Фрэнк попросил меня поподробнее описать, как они выглядят. После этого достал из кармана телефон, принял входящее сообщение и показал мне на экране две фотографии.

– Они?

– Да. Только лица у них тогда были посамоувереннее. А здесь они какие-то напуганные.

– Ну, не всё же им кого-то пугать, теперь их очередь бояться, – злорадно ухмыльнулся Фрэнк, убирая телефон. – По крайней мере, они тоже среди наших пленников и попадут в руки властей. Я просто хотел убедиться, что они не избегнут наказания.

– Надеюсь, никто из них его не избежит, – вздохнула я. – В общем, мне сделали укол, и я уснула…

Дальше пошёл рассказ о моём пробуждении, момент с ожогом я сгладила, как могла, постаравшись перескочить его побыстрее и сведя всё к «малозначительной травме». Судя по взглядам родителей – мне это плохо удалось. Зато появление спасения в лице Фрэнка я описала очень подробно и, наверное, слишком восторженно, ну и ладно, имею право.

Фрэнк вступил в разговор с рассказом о том, как искал меня после того, как получил сообщение от Эрика, как потом к нему обратился Дэн с просьбой спасти похищенную девушку, которая оказалась именно той, кого он сам искал. Всё это он мне уже рассказывал, но я с удовольствием послушала ещё раз, тем более что некоторые мелкие подробности были и для меня в новинку.

Дальше рассказ перешёл на наше пребывание в укрытии, в ожидании конца операции по захвату корпорации, названия которой мы так до сих пор и не выяснили – а было ли оно у неё вообще? Маму очень заинтересовал рассказ об остальных спасённых пленниках, особенно о найденной половинке дяди Ричарда. К тому моменту, как я дошла до знакомства с родителями и братом Эрика в самолёте, капельница практически опустела, и в палату заглянул дядя Джеффри, чтобы отсоединить её.

– Как приятно находиться рядом с пациентом и ничего не чувствовать, – подмигнул он маме. – Ну, Элоиз, ты сегодня просто расцвела, хоть в астронавты записывай. Но после обеда – добро пожаловать на очередную процедуру. Исчезновение боли не означает, что сама болезнь уже отступила, тут нужно закрепить успех.

– Ох, Джеффри, я действительно чувствую себя сбросившей лет двадцать. Готова горы свернуть. Пойду, напеку пирогов – нужно же хоть как-то отблагодарить этих чудесных мальчиков за то, что они для меня сделали. Кстати, Фрэнк, какие пироги ты любишь?