Шрифт:
На седьмой день царь спросил:
– Ты составил список?
– Да, – ответил дурак.
Царь заинтересовался:
– И кто первый?
– Ты, – промолвил дурак.
– Почему? Почему я? – рассердился царь. – Ты должен дать мне объяснение.
– Видишь ли, мой господин, – проговорил дурак, – ещё вчера у меня не было заполнено первое место. Но одному из своих министров ты вчера дал миллион и послал его в одну из дальних стран закупить алмазы, жемчуг и другие драгоценности. Я говорю тебе: этот человек никогда не вернётся назад: это же такие деньги! Ты поверил ему – ты и дурак. Только дураки верят.
– Ладно, – сказал царь, – согласен с тобой. Ну, а если министр вернётся, что тогда?
– Тогда я вычеркну твоё имя и впишу его, – ответил дурак.
Никто не познал Бога
Однажды на одном из собраний суфиев шейх ас-Шибли проговорил:
– Никто не познал Бога.
Многие удивились, и один из них спросил:
– Как это понимать?
– Все достаточно просто, – ответил ас-Шибли. – Если бы познали Его, то не спрашивали о Нем.
Лягушка
Лягушка попала в колею на грязной деревенской дороге и не могла оттуда выбраться. Ей было трудно, она пробовала, пробовала – и ничего! Друзья помогали ей. Они делали всё, что можно. А потом пришёл вечер и, уставшие, разочарованные, они оставили её на волю судьбы. На следующий день друзья пришли посмотреть на неё, думая, что она уже мертва. Ведь она была прямо на дороге, в колее, но нашли её весело прыгающей.
– Что случилось? – спросили друзья у лягушки. – Это просто чудо! Как ты смогла выбраться из колеи?
– Обыкновенно, – ответила лягушка. – Появился грузовик, он приближался, и я должна была выбраться!
Что внутри сокрыто, не знаю
Некий вельможа спросил у набожного человека:
– Что ты скажешь о таком-то отшельнике, о котором другие говорят с порицанием?
– Снаружи не вижу никаких в нем недостатков, – ответил тот. – А что скрыто внутри, я не знаю.
Сокровище и хранители
Принц из блистательного дома Аббасидов, потомков дяди Пророка, вёл скромную жизнь в Мосуле, в Ираке. Его семья переживала тяжёлые времена и разделяла обычную судьбу трудящегося человека. Через три поколения семья несколько окрепла, и принц занимал положение мелкого торговца.
Согласно обычаю, принятому среди знатных арабов, этот человек, которого звали Дауд Эль Аббаси, называл себя просто Дауд, сын Альтафа. Он проводил свои дни на базаре, продавая бобы и травы, пытаясь поправить материальное состояние семьи. Это продолжалось в течение нескольких лет, пока Дауд не полюбил дочь богатого купца Зубейду Ибнат Тавиль. Она очень хотела выйти за него замуж, но в её семье был обычай, что любой претендент в зятья должен был подобрать пару специально выбранному отцом камню, для того чтобы доказать своё твёрдое намерение и свою материальную обеспеченность.
После предварительных переговоров, когда Дауду был показан сверкающий рубин, выбранный отцом для испытания желающих получить его дочь, на сердце у молодого человека стало очень тяжело. Этот драгоценный камень был не только чистейшей воды, но и размер его, и окраска были таковы, что копи Бадахшана не видывали ничего подобного за тысячу лет…
Время шло, и Дауд передумал все способы, путём которых он мог бы достать деньги, необходимые ему для того, чтобы хотя бы попытаться искать такой самоцвет. В конце концов, он узнал у ювелира, что у него есть единственный шанс. Если он разошлёт повсюду весть, предлагая каждому, кто достанет нужный камень, не только свой дом и всё, чем он владеет, но также три четверти копейки, которые он заработает за всю свою жизнь, то, может быть, будет возможность найти подобный рубин.
Дауд разослал подобные заявления. День за днём распространялась весть о том, что разыскивается рубин поразительной ценности, яркости и цвета. И люди спешили со всех сторон к дому купца, чтобы посмотреть, могут ли они предложить что-нибудь столь же великое.
По прошествии почти трёх лет Дауд обнаружил, что ни в арабских странах, ни в Аджме, ни на Яве, ни на Цейлоне не существует такого рубина, который хоть как-нибудь мог бы сравниться в великолепии с камнем отца его невесты.
Зубейда и Дауд были на грани отчаяния. Казалось, что им никогда не удастся пожениться, потому что отец девушки вежливо отказался принять что-либо хоть сколько-нибудь меньшее, чем совершенная пара его рубину.
Однажды вечером, когда Дауд сидел в своём маленьком саду, в тысячный раз пытаясь придумать какое-нибудь средство завоевать Зубейду, он увидел, что рядом с ним стоит высокий измождённый человек, в руке у него был посох, на голове – шапка дервиша, к поясу была привязана чаша для подаяния.
– Мир тебе, о, мой король! – сказал Дауд традиционное приветствие, поднявшись на ноги.
– Дауд Аббаси, потомок дома Корейш, – сказал человек. – Я один из хранителей сокровищ Пророка, и я пришёл помочь тебе в твоей беде. Ты ищешь несравненный рубин, и я дам тебе его из сокровищ твоего наследства, оставленного в руках нищих хранителей для безопасности.