Шрифт:
Мне вдруг стало пронзительно холодно, и я принялась растирать друг о друга заледеневшие ладони.
– Как это могло произойти? – наконец прошептала я. – Почему? И как вы можете это знать наверняка?
– Потому что я сам могу посещать другие миры, как и знакомый вам Карл Генрихович, – огорошил меня в следующую секунду старик.
Ситуация оказывалась еще абсурдней и запутанней. И все мое естество отказывалось принять происходящее.
– Я понимаю, вам трудно в это поверить. – Карл Генрихович поддался чуть вперед и успокаивающе сжал мою руку. – Но придется это сделать. Другого выхода у вас нет…
– Но почему я сюда попала? – горло сдавило нервным спазмом, и каждое слово давалось с трудом.
– Надо разбираться, – задумался Карл Генрихович. – Могу с уверенностью сказать только одно: вы, вернее, ваше сознание, оказалось здесь не без помощи моего двойника из вашего мира…
– Сознание?
– Да, только сознание. Иначе вы бы повстречались здесь и со своим двойником, что совсем нежелательно. Значит, другой Карл Генрихович переселил ваше сознание в тело здешней Екатерины.
– То есть, я – это не я?!
– Я бы так не сказал. В любом случае, вы – это вы. И ваш двойник, в каком бы то ни было мире – это тоже вы. У него такая же внешность, тот же психотип, врожденные черты характера… И даже если совместить ваши сознания, ничего серьезного или опасного не произойдет,– Карл Генрихович чуть улыбнулся.
– Допустим, но что тогда с моим настоящим телом? – продолжала допытываться я.
– Тело, лишенное сознание, впадает в состояние, схожее с комой. Полагаю, подобное произошло и с вами. Вернее, вашим телом.
Голова пухла от все новых и новых вопросов, но пока я выбрала наиболее волнующий из них:
– И как мне вернуться домой? Вы можете мне в этом помочь?
– К сожалению, нет,– Карл Генрихович развел руками.
– Но вы же говорите, что способны перемещаться между мирами! Почему вы не можете то же самое сделать со мной?
– Потому что это в состоянии сделать лишь тот, кто вас сюда отправил, – терпеливо ответил старик. – Точнее, его проводник.
Теперь мне хотелось плакать и смеяться одновременно.
– Ну и как мне связаться с «моим» Карлом Генриховичем? – с горечью поинтересовалась я. – Как я могу его найти, если, как вы говорите, он там, а я – здесь?
– Но ведь у вас должен быть проводник, – напомнил собеседник. – Вы же сами говорили, что мой двойник дал вам некий амулет… Он у вас?
– Да, был амулет…– согласилась я. – По форме как крест, но на церковный непохожий… На нем вместо распятия был какой-то странный орнамент… И еще круг…
Карл Генрихович расстегнул ворот своей рубашки и извлек из-за пазухи крест точь-в-точь похожий на мой:
– Такой?
– Да, именно! – воскликнула я, но тут же сникла: – Но я не знаю, где он сейчас… Я не видела его со вчерашнего дня…
– Не волнуйтесь, он обязательно найдется, – успокоил меня Карл Генрихович. – Он будет следовать за вами до самого конца, где бы вы ни оказались…
– И что это за амулет? – полюбопытствовала я тогда.
– Это кельтский крест,– охотно принялся объяснять Карл Генрихович. – И один из самых сильных и древних артефактов друидов. В нем каждая деталь, каждый узор наделен своей силой. Видите круг? Он означает солнце, а солнце – это символ бесконечности и непрерывности, огненный центр всего сущего, который обладает свойством рождения и перерождения. Четыре стороны креста символизируют соединение четырех природных стихий, центр креста – точка, где естественное пересекается со сверхъестественным. А узоры, которые идут по всему кресту, похожи на узлы. Они сплетаются из нитей наших жизней. Это своеобразная карта жизненного пути, который каждый человек должен пройти до конца.
– Но как этот крест может перемещать в другие миры?
– Силой и магией, заложенной в него самими друидами тысячи лет назад…
– Но друидов, вроде бы, давно не существует, – неуверенно заметила я. – Откуда тогда он у вас?
– Не стоит так свято верить ученным и историкам современного мира, – с усмешкой ответил Карл Генрихович. – Если нет доказательств существования какого-то явления или человека, это еще не означает, что его нет. Возможно, просто некто хочет, чтобы все так думали. А артефакт… Он передается в моем роду по наследству.
Я уже собралась задать следующий вопрос, но старик поднял руку, останавливая меня:
– Более я вам ничего не могу рассказать о происхождении и действии этого амулета. Вы и так узнали больше, чем следует…
– Но хоть то, что касается лично меня, можно спросить? – я была немного уязвлена столь категоричным заявлением, ведь мне хотелось подробнее узнать о друидах и, главное, какое отношение они имеют к Карлам Генриховичам Розенштейнам из разных миров. Но мне не дали этого сделать.