Шрифт:
– Да. Принтера у меня в комнате нет, но я увидела его у тебя в кабинете и решила, что можно немного им попользоваться… Прости, что не спросила сразу, тебя ведь не было дома, - сложив документы вместе, бормочу, оправдываясь, - я пойду… доделаю копии в городе.
– Я тебя еще не отпускал, - отрезает Шахов, и я застываю на месте, буквально врастая от страха ногами в пол.
Он выхватывает бумаги у меня из рук. Мне становится плохо, по-настоящему плохо от одной мысли, что вот прямо сейчас Рустам увидит то, чего не должен. И ведь он решит, что я копаю под него, потому что… как можно объяснить, что список фамилий с суммами взяток внезапно оказался в моих руках? Он не поверит, что это вышло случайно. И я… не уверена, что уйду живой. После того, как я узнала Шахова ближе, совсем не уверена.
Глотку передавливает от вида Рустама, от того, как тот спокойно перелистывает бумаги, разглядывая каждую: загибает лист, пробегается глазами, загибает следующий. С каждым шорохом новой страницы сердце стучит все быстрее и быстрее.
– Зачем тебе копии? – интересуется он.
Я так внутренне сжимаюсь, что не сразу реагирую на вопрос. Лишь когда Шахов поднимает голову и бросает выразительный взгляд, спохватываюсь:
– Это для поступления в университет. Нужно подать в приемную комиссию оригиналы и копии. Помнишь, я говорила, что хочу учиться? – я нервно тереблю край футболки, еле борясь с желанием выдрать кипу листов у Рустама, но тогда это будет выглядеть еще подозрительнее.
– Университет? – удивленно хмыкает Шахов и, фыркнув, впихивает мне в руки документы, не долистав до конца буквально две страницы.
Я стискиваю бумаги в руках, сминаю с такой силой, что на них остаются заломы. От накатившего облегчения у меня ноги слабеют, и я едва не оседаю на пол. Тяну их на себя, но Рустам не отпускает, удерживает пальцами документы за край. Вскидываю на мужчину вопросительный и испуганный взгляд. Неужели понял? Все-таки увидел?..
– Разве я давал тебе разрешение?
Вопрос звучит так неожиданно, что я растерянно хлопаю глазами несколько секунд, прежде чем выдавить:
– Что ты имеешь в виду?
– Я не хочу, чтобы ты занималась этим сейчас, - он отпускает бумаги и отходит к рабочему столу, а я так и остаюсь стоять, обескураженно таращась в его спину.
– Ты не хочешь, чтобы я поступала в университет? – думая, что ослышалась, уточняю я.
– Бинго, Лиска, ты такая сообразительная! – издевательски ухмыляется Рустам. Он расстегивает пуговицу пиджака и опускается в кресло.
– Но ведь я… так об этом мечтала… - бормочу я взволнованно, – Пожалуйста! Я хочу учиться, очень хочу!
– Твое дело – делать мне приятно. За это ты получаешь бабки и немалые. Так что будь добра выполнять свои обязанности, а не тратить время не пойми на что.
– Но ведь я этого с самого начала хотела! Поэтому и… поэтому и пришла к тебе!
– Ты пришла ко мне, чтобы заработать и вылечить свою бабушку. И я, как видишь, свои обязательства выполняю, даже сверх меры. Твою бабушку прооперировали лучшие врачи, ей больше ничего не угрожает, ты заработала за это время свою годовую зарплату. Или я не прав? – склоняет Рустам голову набок, заглядывая мне в лицо.
Я молчу, не найдя, что возразить. Ни один аргумент толком не приходит в голову, настолько я ошарашена требованием Шахова никуда не поступать.
– Я ведь предупреждал тебя, Алиса, когда ты соглашалась, верно? – вкрадчиво уточняет он, - Говорил, что ты станешь моей собственностью и что от меня не уйдешь, пока я сам того не захочу. Ты добровольно под меня легла. Я тебя купил, так что и правила диктую я.
– Совсем недавно ты меня выгнать хотел… - говорю я тихо, глядя в пол.
– Лишь пугал. Ты мне нравишься, Лиска, и очень сильно. Хочу иметь доступ к твоему телу каждый день в любое время суток. С учебой ты будешь уставать и уделять своему мужчине мало времени. Отучишься потом.
– Когда?
– Лиска, я сказал потом, - морщится раздраженно Шахов и проводит ладонью по ноге, - Иди сюда, подними мне настроение.
Дыхание перехватывает от подкативших слез, но я послушно откладываю документы, делаю шаг, еще один и останавливаюсь прямо напротив Рустама. Он тянет меня к себе и усаживает на колени, а потом проводит ладонями по бедрам, задирая платье.
– Ты такая красивая. Тебе стоит ходить голой по дому, - смеется он тихо, водя носом по шее, - но нет. Никому не дам на тебя смотреть.
Мне хочется накричать на него, сказать, что он же обещал, но… разве он обещал, что поможет мне выучиться? Это я надеялась, что стоит только переехать и зажить с богатым мужчиной, как я сразу же поступлю на выбранную профессию и буду заниматься любимым делом. Это я мечтала, Шахов ничего не обещал. Ему вообще это не нужно, ему главное, чтобы дома его ждала послушная кукла, которая приветливо улыбается на мероприятиях, разодетая в баснословно дорогие платья, а дома снимает их и так же послушно и с улыбкой раздвигает ноги. Безотказная, удобная, красивая и тупая картинка.