Шрифт:
Я тут же побежала к ней.
Кролик был большой, длинный, петля перехватила ему горло, и теперь он дергался и рвался, но колышек его держал.
— Я его загнала сюда и видела, как он попался, — объяснила Пеппа. — Сол, смотри, кровь!
Кровь темным кольцом выступила на горле, там, где проволока сжалась очень плотно. Кровь брызгала по сторонам и попала на меня, когда я опустилась рядом с кроликом на колени, а он в очередной раз дернулся. Я никогда не убивала никого, кроме Роберта, но меня не пугала эта процедура. Это должно было стать нашим первым убийством ради выживания, и я миллион раз видела, как это делается, по телику и на «Ютубе». Я взяла кролика за горло и подняла, вырвав колышек из земли. Кролик вскрикнул, как будто из него вышел воздух. Я сжала ему горло и почувствовала, как на пальцы хлынула теплая кровь. Потом я схватила его за задние лапы, которые беспорядочно дергались, и потянула как можно сильнее. Под пальцами треснуло, кролик зашипел, напрягся, а потом обмяк.
— Твою мать! — выругалась Пеппа.
— Не ругайся, — сказала я и бросила кролика на траву. Он дернулся, упав на землю, и затих окончательно. Он был здоровый. Куча мяса. Отличная добыча. Я собой гордилась.
Пеппа потрогала мех.
— Тепленький. Это мальчик или девочка?
— Самец или самка, — поправила я.
— Угу. Самец или самка?
— Самец. Съедим его на ужин.
— Это я его сюда загнала.
— Ты, ты. Прямо как сиу, которые охотились на буйволов.
— А кто это?
— Потом расскажу. Вечером, когда ляжем спать.
— О’кей.
Мы поднялись обратно, к густым деревьям и костру. Я несла кролика, ухватив за лапы. Он оказался довольно тяжелым. Потом я вспомнила, что нужно спустить мочу, взяла кролика за голову, надавила рукой на бок и на живот, так что моча вылилась между лап тонкой струйкой.
Глава вторая
Выстрелы
Вечером я строила экран, который удерживал бы тепло и отражал его в сторону навеса, а Пеппа училась стрелять из рогатки. Еще она доела печенье. У ножа Беара Гриллса есть зазубренное лезвие, которым можно пилить дерево, или взять камень вместо молотка и вбить нож в ветку в самом низу, а потом обломать ее. Вертикальные стойки я сделала из живых березовых веток — заострила их на концах и вбила в землю камнем, так что они торчали примерно на метр. Потом переплела их другими ветками, в основном тоже березовыми, немного ольховыми и ореховыми — у ручья рос орех. Экран вышел кривоватый. Он стоял вдоль навеса, примерно в двух метрах от нашей лежанки. Я сделала ее из березовых и ольховых веток и покрыла еловыми лапами. Она была мягкая, хорошо пахла и защищала нас от холода, идущего от земли.
Пеппа набрала в ручье маленьких круглых камушков и пуляла ими из рогатки. Я объяснила ей, что скорость выпущенного снаряда компенсирует силу тяжести, которая воздействует на этот снаряд, и что он падает с заданной скоростью. Скорость падения снаряда прямо пропорциональна скорости полета. Короче, чем полет медленнее, тем скорее снаряд упадет. Если посчитать, в какой точке снаряд начнет падать, можно оценить, насколько далеко от цели он окажется в результате. Тогда остается менять свое положение относительно цели, чтобы снаряд ударил в нее с максимальной силой, или изменить угол прицеливания, целясь выше или ниже, чтобы снаряд сначала летел вверх, а потом начал падать по направлению к цели. Это значит, что можно отойти подальше, высчитать угол прицеливания и попасть в цель, но чем дальше стрелок стоит от цели, тем выше нужно целиться и тем меньше будет скорость, с которой снаряд попадет в цель.
Я рассказала Пеппе насчет рогаток и траектории, она нахмурилась и кивнула:
— Точно, Сол, — и принялась запускать камушки в коробку от печенья.
Существует оптимальная дистанция до цели, которую нужно научиться определять. Она гарантирует скорость снаряда, достаточную, чтобы убить, и минимальное снижение этой скорости в полете. При этом эта дистанция должна быть такой, чтобы не спугнуть животное или птицу. Я велела Пеппе попробовать найти нужное расстояние. Я подумала, что если камень пробьет картонную коробку, то сможет убить кролика, фазана или куропатку, с какой бы дистанции она ни стреляла.
— А оленя так убить можно? — спросила Пеппа.
Я сказала, что нельзя, поскольку невозможно подобраться к нему достаточно близко, чтобы выстрелить с нужной силой. У оленей твердые черепа. И даже если выстрелить в шею, он вовсе не обязательно умрет. Интересно, а из винтовки Роберта оленя убить можно? Если она пробивает девятимиллиметровую фанерку с двадцати метров, наверное, пробьет и череп косули, и уж точно пробьет шею. Впрочем, я не знала, можно ли подойти к оленю так близко… Разве что если долго-долго сидеть с наветренной стороны. Обычно на оленей охотятся с винтовками калибра семь шестьдесят два, пуля из которых летит с очень большой скоростью и сохраняет ударную силу на дистанции до километра. И это настоящая пуля, и еще нужен порох, а винтовка Роберта — это всего лишь пневматика двадцать второго калибра, и начальная скорость пули ограничена законом. Так что к оленю придется подходить вплотную. Я решила все равно попробовать. Мяса оленя хватит надолго, и они не впадают в спячку. Я представила, как маскируюсь и преследую оленя.
Эд Стаффорд поймал одного где-то в польских лесах или где он там выживал. Он сделал капкан из согнутого деревца, которое придушило оленя. Потом Эд его освежевал, сделал из шкуры куртку, а мясо закопал под костром, чтобы запечь, а часть подвесил повыше, чтобы до него не добрались медведи. В Галлоуэйских лесах не водятся медведи, так что об этом мне волноваться не придется. Я решила, что попробую сделать такой капкан через несколько дней, когда мы здесь как следует устроимся и поймем, что никто нас не ищет.
Я собрала еще дров для костра. Я обламывала сухие ветки с деревьев или подбирала с земли — такие суше всего. Сложила длинный костер вдоль навеса, а рядом положила еще охапку дров для просушки. Потом я набрала березовой коры для трута, высекла искру с помощью кремня и стальной полоски, раздула ее, подкормила сухой травой и тонкими веточками. Наконец огонь разгорелся. Горящей веткой я подожгла дрова еще в двух местах, посередине и с краю, чтобы костер горел по всей длине. Через несколько минут, сев на лежанку, я почувствовала, что тепло в самом деле отражается от экрана.