Шрифт:
Кендра Кенвей оказалась той самой Великой Плутовкой, а этот данж — не просто испытание, это часть длинного квеста, в ходе которых испытуемый получит одно из звание великого Разбойника. И зависеть оно будет напрямую от решений, которые игрок примет в каждом из данжей. Спасибо, Юки, за то что смогла быстро откопать эту информацию, как только необъяснимая информационная блокада вокруг данжа исчезла.
Мастер над Тенями. Такая крутая роль, жаль я о ней узнал только сейчас! С удовольствием бы переиграл все сначала, только с этими вводными, но что поделать. В этой игре мне досталась роль самого крутого наемного убийцы в мире, чьего лица никто и никогда не видел. Он был известен способностью прятаться в тени, незаметно исчезать и уничтожать целые полчища врагов во мраке ночи. Какими только байками не был окружен этот образ, поэтому именно такого персонажа и нанял жадный и ультра-богатый Викрам Аль-Курам, чтобы заполучить сокровища потерянной расы роденти. Наверняка, в одном из сценариев я мог просто всех перебить и помочь шейху с сокровищами — не самый плохой выбор для легендарного Разбойника. Но, о таком исходе мы уже не узнаем.
Ведь я собирался сражаться плечом к плечу с Плутовкой против тех, кого местные называли Гомункулы. Признаться, тут моя фантазия и описательные способности давали нехилый сбой, а ведь я учился на журфаке! Двое оперативников выглядели так, словно в их телах вдруг оказалось слишком много… всего? Мускул, костей, да и кожи тоже. Все это хлынуло в разные стороны, превращая их в какие-то невообразимые сгустки человеческой биомассы из которой торчали острые оголенные кости. «Куски мяса» выглядели медленными и уродливыми, но я сильно сомневался, что на деле были такими же. Наверняка они двигались на уровне скорости первого человеческого предела, а их острые кости без труда бы порвали меня на части.
Был еще Пабло Вурхис. Этот сильно не изменился, только тело его укрупнилось в несколько раз, костюм начал медленно трещать по швам, а лицо главы Синдиката ясно давало понять, что медлить и щадить никого он не намерен. Выходит, придется с самого начала биться на максимуме возможностей. Что я и собирался сделать.
Единство Тени. Идея техники пришла совершенно случайно, пока я сражался в Малом Бестиарии. Там я внезапно обнаружил, что если Двойник находится в непосредственной близости от меня, то мне практически не нужно контролировать его движения. Он двигался почти автономно, правильно подбирая наилучшую стратегию и реализуя атаки со мной в тандеме. Поэтому я решил пойти дальше и поставить Двойника «вплотную» к себе, активировать Послеобраз у нас обоих и тогда невозможно будет даже в теории понять, где заканчивается Кир и начинается его Тень. Нам не нужно будет скрываться в настоящей тени или тьме, техника компенсирует все эти необходимые статусы, создавая идеальную основу для любых навыков теневого Разбойника. Мы с Двойником сами становимся Тенью, которая открывает врата бесконечного, Истинному танцу.
«Занятно. Покажи мне».
Сто лет, сто зим. Зеркальный! А я уж думал избавился от своего наставника. После рейда они с Лучезарным решили поиграть в молчанку, а сейчас, небось, вновь поползут на свет Золотого Кира, вот только я в их помощи и советах уже не нуждаюсь! Но и отказываться будет глупо, вдруг они о чем-то полезном проболтаются? Поживем — увидим!
— Бежим или сражаемся, Кир? — тихо шепнула мне Кендра, изо всех сил стискивая загнутый кинжал. — Я, признаться, воровка очень хорошая, а боец не самый лучший.
— Тогда просто не умирай, — попросил я. — Я сам справлюсь.
— Уверен? — в глазах кошки на мгновение мигнул лучик надежды.
— Да они фигня, не волнуйся…
Я отмахнулся, лучик веры испарился и сменился разочарованием, а кулак Пабло со свистом разрезал воздух и снес мне голову. Один удар полностью сорвал улыбчивую физиономию с плечей и запустил во тьму стадиона Испытания.
— Столько пустой болтовни, — опрометчиво вздохнул Пабло прямо перед тем, как сдвойенный удар кинжалов отрубил ему руку в районе локтя.
Глава Синдиката нелепо уставился на отрубленную руку, пошатнулся и попытался отпрыгнуть на безопасное расстояние. Два метательных крюка схватили его за шею, а после серия незаметных, слишком стремительных ударов кинжалов превратила живот в изорванное решето.
— Но как? — прохрипел Пабло, видя перед собой бесконечно меняющееся, многоликое, нестабильное, переливающееся марево. Его удар совершенно точно снес мне голову, вот только это лишь подтверждало мою теорию. Настолько быстрое движение и компенсирующий послеобраз — даже мозг компьютерного персонажа не в силах был разглядеть подвох.
Перед ним было существо, которое повторяло свое движение десятки, сотни раз, ты мог пытаться рассмотреть калейдоскоп этой метаморфозы, только начинал разбирать начало и конец движения, а рисунок уже менялся. На смену первому движению приходило новое, нужно было вновь концентрироваться, но как бы сильно ты не хотел различить последовательность, создание из бесконечных теней всегда оказывалось на десятки шагов впереди.
Непредсказуемые удары, невозможность прицелиться и атаковать меня наверняка, безумная скорость. Я долго думал над тем, как создать технику, в которой меня будет невозможно «ранить» и вот оно — решение! Конечно, для битвы с аое-магом типа Капитана не подойдет, она фигачит по площадям, там как не «переливайся», все равно снесет, но для сражения с кем-то вроде Пабло Вурхиса или Фейнмара Грея — лучше не придумаешь.
Уверен, любой обычный игрок сейчас бы выкинул оружие и убежал бы в панике, но Вурхис и его приспешники были всего лишь куском инопланетного кода, а потому лишены здравого смысла:
— Уничтожьте его! — как плакса закричал Пабло и двое гомункулов тут же на меня набросились.
Вообще, нужно отдать главе Синдиката должное — после всех глубоких и мастерски нанесенных ран, он все еще умудрялся стоять на своих двоих и выкрикивать команды! Две биомассы-переростка «схлынули» с места и ударили по мне. Точнее, скорее просто попытались раздавить меня своими ощетинившимися оголенными костями телами. Опять же — неплохая тренировка для моей новой техники. Кости вроде как впивались в мое тело, но на поверку пролетали мимо. Гомункулы визжали и тряслись, но двигались слишком медленно, для того, чтобы поймать меня внутри танца Теней.