Шрифт:
С другой стороны, в сумке Ян Му уже припрятан и фактически запечатан конь. Так что старейшина уже как-то связан со всем этим неблагодарным, омерзительным делом.
Красноватые от слез глаза кролика смотрели на молодого мужчину с великой печалью. Едва оказавшись пойманным, он уже предвидел свое трагичное будущее и его маленькое сердечно обливалось слезами.
Вид несчастного создания затронул струны души старейшины. Если бы кролик действительно оказался в его руках, он бы точно не сделал с тем ничего плохого. Но вот поймавший его ученик вряд ли поступит так же. Возможно, что он, как и многие другие, и вовсе не считает разумных зверей за живых, способных испытывать боль и страдание, существ.
Холодный взгляд старшего обратился к мальчишке. Неужели он хочет вкусить семени этого малыша? Но зверь насколько крошечный, наберется ли с него хотя бы капля спермы?
И тут переродившийся припомнил фразу: каким бы маленьким ни был комар, кровь после его убийства все равно пачкает кожу. Значит и мальчишка надеется получить хотя бы каплю волшебной спермы, верно?
Все еще немного колеблясь, Ян Му забрал кролика. Его действительно беспокоила судьба несчастного животного. И пусть лучше то окажется в его надежных руках, чем останется в хватке алчного совершенствующегося.
— Можешь идти.
Будто услышав приказ императора, парень едва ли не со скоростью пули скрылся с площади. Только поднявшаяся в воздух пыль свидетельствовала о том, что здесь вообще кто-то находился.
Удивившийся чужой прыти старейшина, недолго акцентировал на той внимание. Опустив взгляд, он принялся рассматривать кролика в своих руках. Глаза того все еще были влажными.
И оно не удивительно, ведь в понимании зверя ситуация осталась плачевной. Он до сих пор находится в плену у человека и какая разница, какое у того лицо. Обретя мудрость он уже, наверняка, слышал от собратьев насколько жестоки совершенствующиеся, поэтому не стоит винить его за страх.
Видя печаль маленького зверя, Ян Му аккуратно почесал того за ушком. Шерсть малыша оказалась мягкой, теплой, шелковистой. Переродившийся тотчас же влюбился в это крохотное существо.
Вероятно, кролик мог улавливать чужое настроение, так как взгляд его переменился. Теперь он с тяжестью на сердце гадал о превратностях уготованной ему судьбы.
Но раз тот оказался в руках Ян Му, то тревоги ушастого излишни. Либо старейшина вырастит его избалованным и толстым зверем, либо вернет в лес. В любом случае, несчастный не будет передан другим людям.
Проблему представляет из себя только запертый в сумке конь. Однако и его Ян Му выпустит, как только найдет подходящее для этого место.
Конечно же, сделает он это для того, чтобы заручиться поддержкой этих беззащитных существ. Уж с мнением своих собратьев Ши Дисюань будет обязан считаться. Захочет ли он разорвать того, кто помог тем выжить?
Боги, Ян Му еще так молод. Он не хочет умирать! Он еще никогда не держал девушку за руку, никогда не ходил на свидания. Он хочет жениться и обзавестись семьей!
Но звериная сила короля Ши Дисюаня домокловым мечом нависла над этими желаниями, грозя те стереть вместе с жизнью переродившегося.
Что удушение, что отрывание конечностей действительно болезненные смерти…
Ян Му не стал убирать кролика в сумку. Успокаивая того на собственных руках, от мимо пробегающего ученика, он узнал, что секта Юйань открыла набор новых учеников.
Решив, что это может быть интересно, старший захотел поддержать компанию и посмотреть на зрелище. Так или иначе, а теперь он не последнее лицо в общине. И пока руководителя нет на месте, Ян Му может разнюхать обстановку.
Двинувшись в необходимом направлении, новоявленный старейшина вдруг подумал — а, что если Ши Дисюань еще не успел присоединиться к школе?
Глава 4
Ласково удерживая несчастного кролика, Ян Му, свыкаясь со своей новой личностью знатного старейшины, позволил себе вольность и вновь запрыгнул на меч. Он еще не до конца освоил благородное умение, поэтому не осмелился взлететь к небесам. Ведь если он сорвется, то обязательно растеряется и разобьется о камни, что станет самым коротким перерождением в бесчленных мирах.
Летя на небольшом расстоянии от земли, совершенствующий постепенно входил во вкус и ускорялся. Бьющий в лицо ветер только пробуждал в нем дух авантюризма, но сильно пугал притихшего в руках кролика. Длинные ушки того и устроившиеся на груди старейшины лапки подрагивали. От страха несчастный закрыл глаза и, судя по всему, молился всем известным богам за сохранение жизни. Мало того что он попал в руки к злому человеку, так еще вынужден терпеть больно бьющий ветер.
Несмотря на то что кролик успел обрести духовную мудрость, до полового созревания и, как следствие, вступления в период внутренней алхимии время не дошло. То есть, малыш не мог себя защитить и, попав в руки мерзкого человека, только и делал, что дрожал от страха.