Тем более, что у меня всё ещё остались мысли об автономной колонии возле Царицынского входа в разлом. Но это пока ждёт.

Разаса плакала, а потому пришлось успокаивать девушку и дать обещание навестить, когда будет время. Хорошая она всё же, даже жаль, что наши виды несовместимы по определённым причинам. Забрать я с собой её не мог, да и не хотел. Здесь ей будет лучше. Со своим народом и семьей.

— Адай! Адай! — прыгал Славик, пытаясь отобрать у улыбающийся Верисы ожерелье из голов белок.

Ему его подарил Лир-Ой, тот самый ящер, который плакал, что не сможет принести маме трофей. Он настолько отличился в этой войне, что стал на две головы выше в касте воинов. Похоже, что обещание маме для него было важнее собственной жизни, а потому он в одиночку ринулся на отряд кавалерии белок при осаде столицы. Безумец, но своего он добился. Теперь голов у него было столько, что завались.

Ах да, Снежинка решила пойти со мной. Мы поговорили, и пусть некое напряжение осталось, она сама выказала желание посмотреть мой мир. Всё же после разрыва контрактов Снежинка стала свободной, а идти ей некуда. Дом уничтожен, а свой народ она не знает. И раз уж она не является существом Разломов, то я не стал отказывать. Пусть… Пусть хотя бы так она вновь обретёт некое подобие семьи, которую потеряла. Ну а дальше посмотрим. Да и чего греха таить, воин из неё хоть куда, и дело ей найдётся.

Закончив с прощаниями, мы покинули Разлом, а когда я проморгался после перехода, то увидел знакомый пост военных и деревню Ефрема.

— Вот мы и дома, — хмыкнул я, оглядываясь. — Ну, почти.

— Здесь красиво, — сказала Вериса, крутя головой по сторонам. — И воздух пахнет иначе…

Ага, навозом. Деревня же.

Военные заметили нас и сразу же приготовились. Появление Гримлока произвело на них неизгладимое впечатление, и мужики забегали. Поднялась тревога, от которой Снежинка в недоумении приподняла брови и взглянула на меня.

— Это из-за него, — махнул я рукой на зверюгу, на которой висели мешки и крепились носилки с Охотниками.

— Мне убить их? — с некой долей безразличия спросила она и кивнула на идущих к нам вооруженных военных.

— Не надо никого убивать, — улыбнулся ей — И вообще убери ладони с рукоятей мечей. Не нервируй народ.

Девушка послушно сделала, что велено и встала за моей спиной. Славик запрыгнул мне на плечо, задев по щеке головами белок.

— Ты со своим подарком аккуратнее, — хмыкнул я. — А то с него капает.

— Иcвини… — убрал мелкий ожерелье подальше.

Разговор с вояками хоть и был стандартным из разряда: кто такие и чего надо? Но прошёл без эксцессов. Меня проверили, удостоверились в подлинности личности, а затем началась канитель с Гримлоком. Пусть она продолжилась недолго, ровно до того момента, пока старший офицер не нашёл его в базе данных и не подтвердил, что да, такой зверь числится за родом Беловых. Эх, всё же Юрген хоть и мудак редкостный, но работу свою делал на все сто. Надо будет ему потом бутылку коньяка отправить. Или он вискарь любит? Что-то я забыл этот момент. Впрочем, ладно.

Военные, кстати, сами предложили помочь с Охотниками. Обещали не только предоставить транспорт, но и связаться с Центром. Вот только, когда они вышли с ними на связь, то резко передумали и почему-то оставили это за мной. Очень интересный момент, но я на это только плечами пожал. Всё равно в Москву надо, чтобы не только в порядок себя привести после приключений, но и заняться перелётом. Было бы в разы проще, не будь с нами Гримлок. В пассажирский самолёт его не засунешь, а значит, придётся договариваться с Морозовыми, либо кем-то ещё, чтобы взять военный.

Пока мы ждали прибытия машин из Центра, одна из которых должна будет перевезти Гримлока, то пошли в дом Ефрема. Я заранее позвонил старику, обрадовав его своим возвращением и спросив, не против ли он. Это был его дом, а потому так будет правильнее. Добро он, конечно же, дал, попутно рассказав, что происходило в поместье, пока меня не было. Ровным счётом ничего. Такое ощущение, что это именно я генератор и магнит для проблем. Особняк строился, Гордеевы работали без выходных и уже сейчас, по словам Ефрема, меня кое-что ждёт удивительное по возвращению. С сестрой, Машей и людьми тоже всё хорошо. Шереметьев пришёл в себя, и его сразу же забрала родня. Парень сейчас в их Царицынском особняке и его частенько навещала Кристина, которую сопровождали Захар и Романенко.

Хорошо, когда всё хорошо, но кое-чем меня старик расстроил. Неврозов не сдавался. Ублюдок не теряет времени и если ранее хотел забрать только шахту, то теперь интересовался и лесопилкой, которая потихоньку начинала восстанавливаться. Ну ничего, про него я не забыл и скоро станет весело.

— Ну как ты тут? — присел я напротив дерева, которое по незнакомым мне причинам многое значило для Ефрема. — Смотрю, растёшь, цветёшь и пахнешь?

Слабый ветерок трепал листву, а полусырая земля говорила о том, что дерево регулярно поливают. Хорошие у старика соседи. Сдержали слово и присматривают.