Шрифт:
Он принимал у меня экзамен и оказался моим преподавателем. А потом и первым мужчиной.
Я его любила. Наверное, любила. По крайней мере, мне так тогда казалось. Красивый, взрослый, умный. Он относился ко мне как к глупенькой маленькой девочке. Тогда мне это нравилось.
Сейчас я понимаю, что он просто любил унизить меня. Наверное. Во всяком случае, сейчас я бы не стала такое терпеть.
Не знаю, до чего бы дошли наши отношения, но однажды я поняла, что у меня задержка. Тест показал беременность.
Мужчина мой (не хочу даже называть его имя) был в командировке в тот момент. И, вот, я вся такая окрыленная прекрасной новостью решила дождаться его возвращения. Не говорить по телефону.
Я так обрадовалась, что у нас будет ребенок. Почему-то я была уверена, что и он обрадуется. Он же любил меня. Ну, я так думала.
Глупая была. Наивная.
А он не обрадовался.
– Срок небольшой. Тебе без проблем сделают аборт. Попроси денег у брата своего. Он же богатенький. Думаю, он не захочет, чтобы ты бросала университет, и с радостью оплатит аборт, - заявил мне этот гондон.
Я не поверила своим ушам. Думала, показалось.
Но нет.
Он весь вечер обрабатывал меня. Говорил, что и правда любит и лишь поэтому я должна избавиться от ребенка. Что у меня вся жизнь впереди. Что я слишком молода. Что и ему ребенок сейчас не нужен. Мы же ничего не сможем ему дать.
Что в аборте нет ничего страшного. Это не убийство.
Я до сих пор порой вспоминаю тот наш разговор. И чувство мерзости не покидает меня.
Чувство мерзости и стыда.
Потому что на следующее утро я пошла в поликлинику. Записываться на аборт.
Как же мне было стыдно перед пожилой женщиной – врачом.
– Мужик прислал? – спросила она.
Я лишь кивнула.
И, когда после осмотра оказалось, что я не беременна, что это было ошибкой, я расплакалась.
– Не реви, - строго произнесла врач. – Свою голову надо иметь на плечах. Мало ли что тебе мужик велит? Убивать будешь ты, а не он. И учти. Сделаешь аборт и можешь вообще лишиться возможности иметь детей. Ладно, не плачь, - уже мягче сказала она, протягивая мне салфетку. – Все обошлось. На этот раз. Сходи в аптеку и купи презервативы. Раз твой мужик плюет на предохранение. Ты сама должна позаботиться о себе и о своем здоровье.
И я купила. Но не презервативы, а билет на самолет. И улетела. Одна, никого не предупредив.
Мне захотелось просто побыть одной.
По возвращении я все рассказала Валере. Он был готов лично набить морду, как он сказал, этому мудаку. Но я еле уговорила его не делать этого. Ведь он преподал мне урок.
Правда, Валера все равно не угомонился и сделал так, что мой первый мужчина-мудак больше не преподавал.
Да, спасибо ему за урок.
Мужчинам не нужны дети. Чтобы они случайно не получились, я сама должна об этом побеспокоиться.
Поэтому и таблетки я пью независимо от того, есть у меня сейчас мужик или нет.
И все было идеально. Я уже привыкла.
Но тут появился Артур.
104. Анжела
Артур ускоряется, впившись губами в мой сосок, и я чувствую, как дрожь начинает пробирать мое тело.
Я никогда в жизни не думала, что секс может быть таким.
У меня мурашки от одного его прикосновения. Его сильные, но в то же время нежные руки касаются меня и я понимаю, что не устою.
А сейчас он во мне и я каждой клеточкой ощущаю его мощь. Сама подмахиваю ему бедрами, когда он замедляется, и обхватываю его ногами. Зарываюсь пальцами в густые жесткие волосы и скребу ногтями. В ответ чувствую слабый укус. И вскоре меня накрывает. Судорожно цепляюсь за Артура, царапая ему спину и приподнимаясь. Сильнее прижимаюсь к его телу.
В ушах гул и я даже не слышу своих стонов.
– Синеглазка моя, - горячий шепот щекочет ухо. А потом до меня доносится лишь хрип. Артур тихо стонет и я чувствую приятную теплоту внутри.
Он опять кончает в меня.
Замирает и сильнее вжимается бедрами. Будто боится, что я убегу.
А я просто лежу, закрыв глаза и пальцами гладя его по спине.
Артур громко выдыхает и приподнимается с меня. Смотрит с улыбкой. Довольный как тезка после того, как наестся.
– Теперь выпустишь меня? – спрашиваю я, елозя бедрами.
Вообще, Артур гораздо больше меня и поэтому долго на себе его держать тяжело. Да и таблетки надо возвращать.
Он усмехается, целует меня и сползает. Падает на шкуру рядом.
– Мне так классно никогда не было, - поворачивается ко мне и обнимает. – Синеглазка моя. Как думаешь? – приподнимается на локте и кладет руку мне на живот. – Там уже все получилось?
Я прыскаю от смеха.
– Чего ты смеешься? – спрашивает строго. – Я очень старался.
– Я принимаю таблетки, Артур, - говорю я, вставая. – И не собираюсь прекращать это делать.