– Не кажется, - сухо ответил Шварцман.
– Зачем ты мне мертвый? Чтобы Перепелкин Нарпредом стал и меня в труху размолол?

– А кто сказал, что он стал бы Нарпредом?
– удивился Олег.
– Тут все одно к одному ложится. Представьте, только что избранного, молодого и популярного Народного Председателя убивают. Что происходит в стране? Правильно, массовые беспорядки, да такие, что предыдущие бунты пикником на солнечной полянке показались бы. Какие тут, к лешему, результаты выборов? Только два человека в стране с этим справиться могут - вы и Дровосеков. Но Дровосеков дурак и непопулярен, и если бы он внезапно отдал концы… а это куда легче, чем завалить Треморова… - Шварцман тихонько скрипнул зубами.
– Да, никто бы особенно не огорчился, если бы Директор Общественных Дел внезапно сошел со сцены. Остаетесь вы - тайный, но могущественный правитель. Припугнуть остальных кандидатов, короновать на царство шутовской Малый Совет, а затем потихоньку узаконить положение дел - дело техники. Правильно я понимаю ситуацию, Павел Семенович?

Шварцман неподвижно сидел в кресле, и только на лице у него гуляли желваки. Наконец он поднял взгляд.

– Да, недооценил я тебя, паренек, - медленно проговорил он.
– Ох, недооценил… Ну что же, так мне, дураку, и надо. Постарел я, как видно, пора и на покой. Ну что же, одно утешает - смена у нас с Алексом оказалась достойная… - он тяжело вздохнул.
– Ну, и что ты собираешься делать дальше?

– Там увидим, - неопределенно пожал плечами Олег.
– Но если вы имеете в виду свою дальнейшую судьбу, то не волнуйтесь - убивать вас я не собираюсь, хотя и испытываю сильное искушение. Рассчитывайте на домик где-нибудь на пустынном побережье, садик и - отсутствие телефона. Я не собираюсь начинать свою деятельность с убийств, - он тяжело встал на ноги, осторожно придерживая больную руку.
– Паша, позови Безобразова из приемной, будь другом.

Шварцман тоже встал со стула и внимательно посмотрел на Олега.

– Надеюсь, побережье окажется не северным, - вздохнул он наконец.
– Только одного не понимаю. Тот парень, которого по твою душу послали, никогда не промахивался…

Олег полез в карман и вытащил оттуда часы на темном браслете.

– Последний привет Хранителей, как я понимаю, - сказал он.
– Сейчас он больше не работает, не знаю, почему. Может, потому же, почему пропали их станции. Я вам в свое время про него не сказал, и правильно сделал, оказывается. Эта штука меня в сторону дернула, да и Павлу на снайпера показала, как я понял, - Олег бросил браслет на пол и наступил на него ногой. Тот жалобно хрустнул и неожиданно распался в черную пыль.
– Вот так!

Несколько секунд Олег молча смотрел на бывшего начальника канцелярии.

– Боюсь, у меня много дел, господин Шварцман. Полковник о вас позаботится.
– Новый Народный Председатель кивнул вошедшему Безобразову, и тот осторожно, но крепко взял Шварцмана под локоть.
– Может быть, мы еще увидимся, - он обернулся к Павлу.
– Паша, оставь меня ненадолго, хочу передохнуть минут десять.

Опираясь на в беспорядке разбросанные стулья и борясь с нарастающим головокружением, Олег осторожно подошел к окну. Тучи, затянувшие небо, потихоньку расходились, и в прорехи кое-где проглядывало мутно-голубое небо. Луч солнца просочился сквозь одну такую прореху и, играючи, брызнул в глаза ярким теплым светом. Но вдали снова собиралась гроза, и черные тучи громоздились друг на друга у самого горизонта. Серый утренний туман, затянувший площадь, медленно рассеивался…

– А, вот ты где!
– раздался позади веселый голос.
– Я тебя разыскиваю на море и на суше, а ты забрался на Луну и воешь оттуда волком на Землю. Впрочем, это так похоже на тебя, что я могла бы и догадаться!

– Привет, Майя, - улыбнулся Джао, отворачиваясь от обзорного окна.
– Надо же, ты тут целиком, а не в проекции, как мне подумалось поначалу. Я заметил твое появление какое-то время назад, но мне хотелось закончить кое-какие дела. Не до тебя было, ты уж извини, - он взял ее руки в свои и легонько пожал.
– Как жизнь молодая?

– Замечательно!
– фыркнула женщина.
– Я поставила на уши весь институт, включая Харлама…

– Кого-кого?
– удивленно переспросил Хранитель.

– Ну, Харлама, директора, - нетерпеливо отмахнулась от него Майя.
– Так вот, я поставила всех на уши, и в конце концов мне под страшным секретом сообщили, что ты создал свой пузырь и ставишь там какие-то таинственные эксперименты. Под еще более страшным секретом мне рассказали, что ты только что разблокировал канал, ну, я и…

– Пробила упорную оборону и проникла ко мне!
– от души рассмеялся Хранитель.
– Да уж, тебя остановить невозможно. А с каких это пор Харлам стал директором?

– Да уже пару минут как… - непонимающе взглянула на него девушка.
– Да сколько ты тут сидишь, что таких вещей не знаешь. Кстати, чего это ты какой-то черный? На солнышке перележал?

– Образ у меня такой, - со значительным видом разъяснил Хранитель.
– Мрачный Черный Джао, Который Приходит Ночью!
– Он ухмыльнулся.
– Да ничего особенного, просто так удобней в данной ситуации. Одна из доминирующих рас - чернокожая. А насчет времени… Сейчас прикинем. Так… Если планетарного, то в сумме лет семьсот-восемьсот. Я тут немного с хроновекторами поигрался, соотношение с нашим потоком нелинейное. Но я здесь долго не бывал - так, наездами, да и то по большей части когда мало-мальская цивилизация выросла.

– Столько времени одной темой заниматься!
– протянула Майя уважительно.
– Я бы не смогла. Скучно же!

– А ты все не меняешься, непоседа, - улыбнулся Хранитель.
– Чем занимаешься?

– Да так, ничем особенным, - рассеянно ответила девушка.
– Немного Джамтой позанималась… безрезультатно, как всегда, сейчас вот в ваш институт ассистенткой прибиться пытаюсь, может, хоть тут какая-то польза от меня будет. Миованна изо всех сил зазывала, но ей, похоже, просто поболтать не с кем. Похоже, у вас не веселее, чем везде. Тоска и скука. А у тебя что? Как-то подозрительно знакомо это место выглядит.