Шрифт:
Я закончила мыть посуду, но в голове звучал тихий голос: так больше не может продолжаться.
Поднялась наверх к себе в спальню. За дверью тихо, как всегда. Адам уже лежал на кровати, уткнувшись в ноутбук. Его лицо освещал холодный свет экрана. Рядом на прикроватной тумбочке лежал телефон, который вибрировал каждые пару минут.
Он не поднял голову, не сказал ни слова. Словно меня не было.
Я прошла к шкафу, достала ночную рубашку и переоделась. Он всё так же молчал.
“Как будто я предмет мебели,” – подумала я. “Как будто он даже не замечает меня.”
Я села на край кровати и устало потерла руки. Сил не было. Ни на разговоры, ни на мысли, ни даже на слёзы.
Я просто легла на свою сторону кровати, смотря в потолок, и думала только об одном: Неужели так будет всегда?
Глава 2
Марьям
С утра всё началось, как обычно. Я встала пораньше, заварила чай для свекра и сварила рисовую кашу для младшего. Запах свежего хлеба наполнил кухню, когда я достала тосты для Ахмеда. Всё было как всегда: беготня, хлопоты, но в этом было что-то привычное, даже успокаивающее.
Адам, как всегда, спустился вниз поздно. Всё-таки суббота, и он считал, что имеет право выспаться. Сел за стол, потянулся к чаю.
– У меня день сегодня загруженный, – сказал он, как будто оправдывался за то, что снова не проведёт время с семьёй.
Я промолчала. Что ещё сказать? У него всегда день загруженный.
Телефон, который он положил рядом с тарелкой, вдруг завибрировал. Экран зажёгся, и я краем глаза заметила имя, которое мне ничего не сказало. Одно короткое сообщение:
“Ты сегодня самый лучший)).”
Я замерла на секунду. Буквально миг – но в этот момент сердце пропустило удар. Женщина. Кто ещё мог отправить такое сообщение?
Адам быстро схватил телефон и нажал на экран, чтобы сообщение исчезло. Его лицо оставалось спокойным, даже равнодушным, но я заметила, как он чуть отвёл глаза в сторону.
– Это кто? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
– По работе, – коротко ответил он, не поднимая головы.
Я смотрела на него, пытаясь понять, врет он или нет. Но на его лице была такая непроницаемость, что я поняла: он не собирается объяснять.
– Что-то срочное? – спросила я, не отпуская тему.
– Нет, – сказал он чуть резче, чем обычно. – Просто уточняли детали.
Я снова замолчала. Внутри всё будто закипало. Это было сообщение явно не от коллеги. Но я не могла доказать ничего.
Он быстро допил чай, бросил:
– Я в офис, – и вышел.
Телефон он забрал с собой.
Оставшись одна, я почувствовала, как пустота внутри меня вдруг начала заполняться. Нет, не обидой – этим я жила уже давно. Это было что-то другое. Страх.
Я всегда знала, что он стал другим. Отдалился, перестал уделять мне внимание. Но я убеждала себя, что так бывает в браке. Время уносит эмоции, оставляя только привычку. Но теперь… теперь это больше не казалось чем-то естественным.
Сообщение мелькало перед глазами. “Ты самый лучший ” Эти слова разъедали меня.
Кто она? И что это значит?
Чтобы отвлечься, я вышла в огород. Свекровь давно настояла, чтобы мы завели грядки, хотя вся эта идея – свежие овощи, зелень, свои фрукты – в итоге легла на мои плечи. В руках у неё был только указательный тон.
Я сорвала пару листьев салата, поправила грядки с укропом. Пока я поливала клубнику, мысли снова вернулись к тому, что я видела.
“Может, я всё придумала?” – подумала я. “Это просто коллега. Наверняка ничего особенного.”
Но голос внутри не утихал. Интуиция, которой я привыкла доверять, нашёптывала другое.
Когда Адам вернулся вечером, он выглядел усталым. Но это была какая-то другая усталость. Не физическая. Скорее отстранённость, которая только усилилась за последние месяцы.
Я накрыла на стол. Плов с мясом, немного овощей. Как обычно.
– День прошёл хорошо? – спросила я, подавая ему тарелку.
– Угу, – коротко отозвался он, даже не поднимая глаз.
Дети сидели за столом, обсуждая что-то своё. А я снова оказалась наедине с мыслями. Я искала повод заговорить о том сообщении, но не могла найти слов.
После ужина он поднялся в спальню. Я снова мыла посуду, смотрела на свои потрескавшиеся руки и думала: “Если я его спрошу, скажет ли он правду? Или снова отмахнётся, как от чего-то незначительного?”