Шрифт:
А потом быстро добавил, что городок, в которым их дядя что-то вроде начальника местной службы безопасности, носит название Серые Врата и находится в буферной зоне между светлыми землями и территорией, зараженной тьмой.
Услышав о заразе, я напряглась и сразу напридумывал себе страхи жуткие, но Аманда пояснила, что речь идёт всего лишь о магии, что когда-то просочилась в Дельтран из другого мира и изменила часть его жителей.
– И ты стала темной леди? – с улыбкой поинтересовалась я, решив быть дружелюбной, несмотря на ершистость девочки.
Я заметила, что она очень нервничает из-за меня. Наверняка боится, что дядя накажет. Лучше бы он помог найти мастера игрушек. Тогда бы я вернулась домой и избавила бы их замечательное семейство от многих проблем.
– Хотите сказать, что я во все это вляпалась из-за какой-то магии?
– Почему какой-то? Вполне конкретной. Вы маг иллюзий, – радостно объявил Дойл.
– Не повезло, – печально покивала Аманда. – Ни атаки, ни защиты. Так, всего лишь маг-прислужник.
– Ну хорошо, что прислугой меня не назвала.
– Вообще-то, вы наша новая гувернантка, – важно покивала девочка.
Причем с таким видом, словно меня назначили ее личной рабой.
– А я договор не подписывала. И потом, есть у меня такое ощущение, что у вашего дяди не хватит денег, чтобы оплачивать просмотр за такими чудесными детьми.
– Денег хватит, – уверенно объявил Дойл.
– Вопрос: хватит ли у вас терпения, – сладко пропела Аманда.
Она и не подозревала, что раньше я работала в школе-интернате для спортсменов. Юные дарования считали, что учеба им больше не нужна, а учителя – тем более. А ещё у этих детей была тьма энергии, выносливости и упрямства.
Зато у меня имелось прокачанное воображение и тонна оптимизма. Деткам это только предстояло прочувствовать. Мне же нужно было вот прямо сейчас, не выходя из кареты, получить подтверждение тому, что я маг.
Раз маги – местная элита, то я должна попытаться прямо на старте улучшить свое положение. А дальше меня ждал длинный забег, на финише которого я обязательно вернусь домой. В общем, была бы такой же юной и наивной, как после окончания университета, попадание в новый мир выбило бы у меня почву из-под ног, но у меня за плечами был многолетний опыт работы со спортсменами.
Но дети, сидящие передо мной, на юных атлетов не тянули. Это были нежные аристократические цветы. Аманде на вид было лет одиннадцать, выглядела как юная леди, но я чувствовала: передо мной та самая манипуляторша, что может поставить на уши весь дом, запугать слуг и постараться устроить веселую жизнь неугодной гувернантке.
Мальчик был расположен ко мне дружелюбнее. К нему я и обратилась:
– И как мне проверить свою магию?
– Для начала вам нужно научиться удерживать ее и направлять. Вот! Ловите!
И мелкая зараза без предупреждения кинул мне снежок!
Его я поймала обеими руками и вздрогнула, поняв, что снежок неметериален. Я не чувствовала ни влаги, ни холода. Но в то же время могла удерживать в руках, как объект.
Интересненько.
Я задумчиво подбрасывала снежок на ладони, а учитель во мне радостно потирал ладошки, горя от желания приобщиться к чему-то новому, непонятному и нарушающему все известные мне законы физики.
– Я всего лишь использовал силу своего желания, когда захотел увидеть снежок в руке, – важно произнес Дойл.
– Ага. Всего лишь пара суток на морозе в одних подштанниках, и ты научился воплощать снег, – хихикнула Аманда.
– А почему нужно именно в подштанниках? Юбка не подойдет? – улыбнулась я.
И выяснила, что иллюзионист может воплощать только то, что испытал сам. Дойлу, обладавшему фамильным темным даром, удалось освоить исключительно иллюзорный снег. Что до Аманды, ее магия пока что была запечатана, но юная темная леди с жадностью опытной магички налегала на теорию.
Вот только знаниями она делилась крайне неохотно и сквозь зубы, слово чему-то дико завидовала. Надо бы при случае разузнать. Пока же меня интересовала не девочка, а магия иллюзий.
– Получается, в основе этой магии лежит личный опыт?
– Да, то, что вы когда-либо видели или чувствовали.
– А увиденное в кино считается? – пробормотала я.
После энергичного рабочего дня меня всегда тянуло взяться за осиновый кол, то есть, за тот самый клин, которым можно вышибить любой стресс. Моим колом стали фильмы ужасов.
– Не знаю, что такое кино, – заметно расстроился Дойл.
– Кхм… А театр у вас есть?
– Ни один театр не может сравниться с яркостью иллюзорных образов, – надменно произнесла Аманда, явно намекая, что фигня мой опыт.