Шрифт:
– Сколько времени?
– Почти час дня.
– Сколько?! – я постаралась приподняться и сесть, но это плохо получилось.
– Обед уже, голубушка, обед, никак не могла тебя разбудить, думала ты и впрямь померла. Шампусику тебе налить? Холодненькое.
Тошнота душной волной захлестнула мой отравленный пивом организм.
– А минералочки нет?
– Минералочки нет, в буфете была только водка, пиво и вот, шампунь. Слушай, а гостиница какая ужасная, форменный клоповник! У нас еще номер приличный, наверное, люкс.
– А ты куда вчера поселялась? – держа голову обеими руками, я сползла с кровати.
– Не помню, – честно призналась подруга, не прерывая трапезы. – Думаешь, я была трезвее тебя? Как бы не так, просто я человек ответственный, а когда у тебя на руках вещи, деньги, документы и пьяный журналист, поневоле начнешь двигаться. Давай я тебе все-таки плесну шампусику, смотреть на тебя страшно.
– Я умыться хочу, – плаксиво сообщила я. – Где моя зубная щетка?
– Все в ванной.
Пока я трясущимися руками совершала омовение, Тайка закончила обедать и вся из себя довольная жизнью отправилась на балкон любоваться питерскими пейзажами. Мне же было настолько плохо, будто накануне я пила синильную кислоту, а не банальное, пошлое, отвратительное пиво. В Тайкин стакан я налила шампанского, подождала пока осядет пена, и принялась осторожно глотать, прислушиваясь к реакции организма в случае чего, готовая в любой момент броситься к унитазу. Нет, все-таки пить это очень, очень и очень плохо.
– Сен, иди сюда, – позвала с балкона Тая, – вдохни малость кислорода.
Я взяла стакан и поплелась на зов. В Петербурге шел мелкий дождь.
– Что ты там вчера плела про феназепам? – Тая пристально рассматривала обыкновенные типовые многоэтажки, видимо пытаясь среди них отыскать признаки знаменитой питерской архитектуры.
– Что? – я подставила мордашку свежему ветерку и мелким капелькам дождя, надеясь, хоть немного унять боль в голове.
– Вчера ты что-то несла про феназепам, – терпеливо произнесла подруга, – хотела узнать, откуда она взяла такое количество на гастролях.
– И что?
– Так, ясно, ты еще не в форме. Пей шампанское, а я пойду, попробую выяснить у дежурной или администратора, где тут проживает продюсер Ольга.
– Мы не знаем ее фамилии, как ты будешь ее искать?
– Сена, как ты думаешь, где Аида глотала таблетки? Прямо на сцене? Откуда ее увозила скорая? Из гримерной? Она делала это здесь, в гостинице, и уж наверное всем и каждому известна эта история, а значит все знают, где живет продюсер самоубийцы.
Деловая Тайка ушла, а я осталась стоять на балконе, прижимая ко лбу прохладный стакан с шипучкой. В больном мозгу смутно плавали какие-то размытые образы, а тело слегка покачивало, будто я все еще ехала в поезде…
Когда Таюха вернулась, я все еще торчала на балконе.
– Я все выяснила, – в руках у нее был листок бумаги, – Оля живет этажом ниже в триста пятом номере. Ты не хочешь привести себя в человеческий вид и пойти со мной?
Я не хотела.
– Сена, что за дела? Мы зачем сюда приехали? Я что, должна все сама, одна делать? Мы так не договаривались! А ну, собирайся!
Делать нечего, борясь с тошнотой и головокружением, я принялась собираться. Как вести расследование в таком состоянии я не имела ни малейшего представления.
– На, выпей еще, – Тайка плеснула в стакан шампанского и сунула мне в руки.
– Не могу… – пискнула я.
– Пей, кому говорят, – грозно рыкнула подруга, – станет лучше!
– Хуже…
– Хуже уже некуда. Слушай, ты часом тайком не потребляла водку в тамбуре?
– Да ты что!
– Странно, откуда же у тебя такое похмелье?
– Ребята же покупали пиво на каждой станции, видать я слишком много намешала городов.
– Ладно, давай, пей, одевайся и пошли, на вот еще жвачечку пожуй.
Едва ли не силком она влила в меня полстакана шампанского, помогла справиться с одеждой, повозила по голове расческой, сунула в рот четыре подушечки «орбита» и вытолкала из номера. Обалдевая от собственного нечеловечески мятного дыхания, я поползла вслед за Тайкой к лифту. О том, чтобы пешком спуститься на этаж ниже по лестнице не могло быть и речи.
Немного поплутав по плохо освещенному коридору, мы отыскали триста пятый номер, и Тая деликатно постучала. Дверь распахнулась, на пороге стояла высокая красивая девушка с короткой стильной стрижкой. Эффектная брюнетка выжидательно уставилась на Таю, за ее спиной позорно покачивалась я, аки былина на ветру.
– Здравствуйте, – деловито начала Тая, – вы Ольга?
– Да.
– Продюсер Аиды? – на всякий случай уточнила подруга.
– Да, а в чем, собственно дело?
– Мы из детективного агентства «Фараон», хотели бы задать вам несколько вопросов, касательно Светланы Масляковой.
– Я не понимаю, – девица приосанилась, даже не думая пропускать нас в номер, – какое детективное агентство? Причем тут я и Света?
– Если не ошибаемся, у Светланы была попытка суицида?
– Это никого не касается, у нее был обычный нервный срыв после неудачного концерта.