Шрифт:
Дейн ощутил жгучий укол в груди. Она форсировала свое «обучение» ради него. С жезлом в руке и лицом, красным, как помидор, он заключил свою жену в объятия и спрятал ее голову у себя под подбородком. Она прильнула щекой к его груди.
– Ты не обязана этого делать, – ласково пожурил ее виконт. – Я не хочу, чтобы ты слишком форсировала события.
– Мне так не кажется, – покачала головой Оливия. – Не… не знаю, в чем дело, но какими бы огромными эти штуковины ни казались поначалу, стоит мне только подумать о тебе, как всё почему-то подходит.
«Как же мне с ней повезло! Великодушная и самоотверженная женщина».
Дейн сделал прекрасный выбор. Иногда ему казалось, что тут не обошлось без некой всеведущей силы.
Послышался легкий стук в дверь. В комнату торопливо вошли трое слуг с подносами. Не успела Оливия и глазом моргнуть, как на маленьком столике уже красовалась нарядная скатерть, в серебряных подсвечниках горели свечи, на скатерти дымились накрытые крышками блюда, а два удобных кресла стояли рядышком перед камином!
Оливия явно не верила своим глазам. Ухмыльнувшись, Дейн заглянул под серебряные крышки.
– Тушеная говядина с овощами, – радостно сообщил он и поднял бокал, до краев наполненный вином. – Хочешь напоить меня до беспамятства, чтобы добиться своего?
Оливия рассмеялась и присоединилась к нему, поставив жезл раджи посредине стола, словно вазу с цветами.
– Если кто-нибудь спросит, это твое, – игриво предупредила она.
– Ты погубишь мою репутацию. Весь Лондон решит, что я несостоятелен как мужчина.
Дейн пододвинул жезл к ее тарелке, а Оливия вернула его обратно.
– А о моей репутации ты подумал? – спросила она, расплывшись в улыбке.
Он шутливо нахмурил брови.
– Если ты сию минуту не уберешь это, мне придется тебя покарать.
Оливия поджала губы:
– Ах так! Прекрасно.
Она перегнулась через стол и сунула жезл в карман его сюртука. Теперь он непристойно выпирал через ткань. Ни дать ни взять возбужденное мужское отличие, только отклонившееся вбок.
Оливия склонила голову набок и улыбнулась:
– Прямо как у тебя, да? Все время… такой твердый. – Дейн вытаращился на нее, разинув рот от потрясения.
– Ах ты, негодница! – укоризненно воскликнул он. – Сейчас ты за это поплатишься!
Он выхватил жезл из кармана и в шутку угрожающе помахал им. Оливия взвизгнула и прикинулась, будто хочет от него убежать. Виконт вскочил на ноги и случайно наступил ей на подол. И тут они оба повалились на пол.
Час спустя потная Оливия выбралась из-под стола, оправляя корсаж и слегка задыхаясь. Она подняла крышки с тарелок.
– Погляди, что ты наделал, Дейн, – сказана она, обращаясь к паре ног, торчащих из-под скатерти. – Наш обед превратился в лед.
Глава 17
На следующее утро они отправились в путешествие до Керколл-Холла. Оливии представилась еще одна возможность увидеть слуг Дей на в деле. Пока они нагружали дорожными сундуками, бочонками и саквояжами три кареты и повозку, она восхищалась их расторопностью.
Одна карета предназначалась им с Дейном. Это обстоятельство безмерно обрадовало Оливию. Старшие слуги должны были ехать во второй большой карете, а младшие – в третьей.
Самнер и Петти должны были ехать с миссис Хафф, Кинсуортом и Проффитрм. Оливия так решила, чувствуя, что девица сведет ее с ума своей болтовней. Но Петти очень обрадовалась. Только и слышно было: Самнер то да Самнер это.
Оливия ее не винила, прекрасно понимая, каково это, когда мысли о любимом целиком и полностью занимают ум.
Лорд Драйден большую часть пути решил ехать верхом, но все же не исключал, что изредка будет отдыхать в карете. Оливия довольно сухо осведомилась, не хочет ли он, чтобы его они усыновили.
– Я бы тогда совсем разбаловался, миледи, – искренне улыбнулся он.
Несмотря ни на что, Оливия с трудом удерживалась, чтобы не запрыгать от нетерпения. Она никогда не путешествовала, если не считать поездки из Йоркшира в Лондон месячной давности, но и та была омрачена гибелью Уолтера. Оливия почти ничего не помнила, только матушку, которая постоянно причитала. А еще то, как пружины их ветхой коляски шипами впивачись ей в спину.
То ли дело сейчас! Роскошный экипаж Дейна был такой просторный, что легко вместил бы шестерых человек. Он катился так плавно, что при желании можно было даже вздремнуть на широком сиденье.
Миссис Хафф погрузила в карету внушительную корзинку с едой. Затем лакей – черт, она, наверное, никогда не запомнит их всех по именам! – помог Оливии взобраться в карету. В руках она держав ридикюль, где лежал ее дневник, а Самнер по ее просьбе принес резной яшичек с жезлами.
– Моя косметика, – беспечным тоном пояснила она, но Самнер лишь равнодушно кивнул.