Шрифт:
Морган снова склонился над своей тарелкой. Джессамин же поглядывала на него с беспокойством, и беспокойство ее почему-то с каждым мгновением возрастало. Уже после ужина, слушая музыку, она старалась убедить себя, что сама виновата в том, что так разнервничалась. Вероятно, она просто не привыкла проводить весь вечер с молодым мужчиной, тем более – с таким красивым, как Морган. Впрочем, при всей красоте он выглядел необычайно мужественным, вероятно, из-за чересчур настороженных глаз и резко очерченного подбородка. А его губы… Наверное, он умел очень пылко целоваться.
И Джессамин вдруг подумала о том, что, возможно, не смогла бы отказать ему, если бы он захотел поцеловать именно ее.
Возвращаясь домой с Морганом в двухместном экипаже, она представляла, как все было бы, если бы они поженились. Украдкой поглядывая на Моргана, она то и дело ловила себя на мысли, что еще не видела такого красавца, как он.
Когда они приехали, в доме уже царила абсолютная тишина. Стараясь не шуметь, они осторожно прошли на цыпочках к подножию лестницы. Тут Джессамин остановилась и тихо спросила:
– Ты не идешь наверх?
– Нет. – Он погладил ее по руке. – Твой отец поместил меня в комнату рядом с твоей. Будет приличнее, если я выжду час. Чтобы ты заснула.
– Вот как?..
Объяснение Моргана казалось вполне разумным, но ей не хотелось его отпускать. Она впервые провела вечер с молодым человеком, и он оказался истинным джентльменом.
– Знаешь, Джессамин… – Он внезапно умолк, а потом вдруг прижался губами к ее губам.
Она ощутила тепло его дыхания, по телу почему-то пробежал озноб. Прижавшись к Моргану покрепче, она закрыла глаза и обхватила руками его шею. Он целовал ее страстно и неистово, и ей хотелось, чтобы поцелуй этот никогда не прерывался.
Внезапно большие дедовские часы, висевшие где-то в коридоре, разразились оглушительным боем, и Морган, вздрогнув от неожиданности, отшатнулся от нее.
Сердце Джессамин гулко билось в груди. Она машинально облизала губы и тотчас же прижала к ним ладонь.
Оба молчали, а часы тем временем продолжали отбивать полночь.
Наконец Морган коротко кивнул и тихо сказал:
– Доброй ночи. Иди наверх побыстрее.
Приподняв юбки, Джессамин бросилась вверх по ступенькам. Несколько секунд спустя она услышала, как за ним закрылась парадная дверь.
В ту ночь ей снилось, что она стала женой Моргана.
Держа в руке стакан с джином, Морган сидел в притоне на берегу реки и ждал появления информатора. Он, конечно же, обильно разбавлял свою выпивку водой, как его научили. Это был самый простой способ делать вид, что выпиваешь, оставаясь трезвым. Жаль только, что вкусовые качества джина от этого отнюдь не улучшались.
Он сделал очередной глоток – и замер на мгновение: к нему медленно приближался этот бездельник Чарли Джоунс, двоюродный брат Джессамин.
Чарли остановился прямо перед его столом. Одних лет с Морганом, но более плотный и упитанный, он все свои деньги тратил на безвкусные наряды. Его появление привлекло внимание других посетителей, но Чарли не обращал на это внимания.
– Надо же, крестник дяди Хейуарда собственной персоной… Что ты делаешь в этой вонючей дыре?
– «Друзья, оставьте меня здесь ненадолго, – декламировал Морган медленно и очень тихо. – Оставьте ненадолго, пока еще раннее утро».
При первых же словах пароля брови Джоунса взлетели на лоб.
– «Оставьте меня здесь, но если нужда во мне возникнет, протрубите в охотничий рог», – ответил Чарли. Повернув к себе стул, он уселся на него верхом. – Глупо декламировать идиотские фразы только для того, чтобы приступить к делу.
– Первый куплет «Локсли-Холла» Теннисона – по-твоему, глупые фразы? – Морган, как его учили, подтолкнул вперед чистый стакан и, вытащив из-под стола бутылку хорошего бренди, наполнил его.
Чарли кивнул и тут же спросил:
– Сколько ты мне принес?
«Почему с Чарли до сих пор не сняли скальп?» – искренне удивился Морган.
– А что ты мне принес?
Чарли осмотрелся, потом вполголоса проговорил:
– Приказ Гранта о сражении в Чикамоге.
Морган презрительно усмехнулся:
– Устаревшая информация, Чарли. А что еще?
Чарли заговорил почти шепотом:
– Приказ Шермана Грирсону.
Морган насторожился.
– Сколько?
Прежде чем ответить, Чарли отхлебнул из своего стакана.
– Пять сотен долларов.
– Ты спятил!
На них с любопытством стали поглядывать остальные посетители.