Шрифт:
– Кто-то из родни на Ринкины денежки позарился, – кивнула Тамара Леопольдовна. – Эх! Кабы я знала, что она в моем доме сразу всю свою родню соберет, ни в жизнь бы ей не продала!
– Так это ваш дом? – изумилась Мариша.
– Мой! Я его строила, я проектировала. А что? Хорошо получилось?
– М-да, – промямлила Мариша, не зная, что еще сказать об этом кошмаре.
– А главное, безопасность на самом высоком уровне! Решетки на всех окнах. Ворота под током. Поверху забора битое стекло и шипы. Это мне один строитель посоветовал. Молодец парень! Молодой, а соображает, каким должно быть жилье настоящей бизнес-леди!
– Но если вы строили для себя, зачем продали дом Рине?
– Маловат он мне показался, – вздохнула Тамара Леопольдовна. – Не по моему статусу. Живу-то я одна, ни мужа, ни детей, ни родственников-голодранцев не имею. Но ведь дело не во мне! Дело в том, какие ко мне люди приезжают!
– Какие?
– Министры, вот какие! Сама губернатор меня несколько раз своим визитом осчастливила. А уж олигархи со своей свитой и вовсе через день мотаются. А для их приема этот домик слишком уж простенько выглядел. Нет, не по статусу.
– А Рине нормально?
– У Ринки размах совсем не мой был, – снисходительно пояснила Тамара Леопольдовна. – Хотя и не без способностей была, но время ей другое досталось. В те дни, когда я начинала, ведь как было?
– Как?
– А так. Либо пан, либо пропал. За один месяц я тогда столько миллионов сколачивала, сколько сейчас и за десять лет иной трудяга не скопит. Да и я сама бы сейчас так лихо не обернулась.
– Почему?
– Говорю же, времена другие. Конечно, тогда инфляция много миллионов у меня сожгла. Но кое-что все равно осталось. Могу и министра принять. Или губернатора, если к примеру…
– А у Рины другое положение было?
– Да, ей этот домик очень даже шикарным показался. Да и продавала я его по дешевке.
Ох, что-то сомнительно было Марише, чтобы эта Тамара Леопольдовна сделала что-то себе в убыток. Но факт остается фактом, дом этот Рина купила. Выходит, решетки на окнах, бронированные ворота и прочее – это все пожелания прежней хозяйки. Ее вкус и выбор!
– Верно, – самодовольно кивнула женщина. – Я все и заказывала. И ворота, и охранную систему. И собачек я Рине посоветовала прикупить. У меня дома у самой такие же бегают. Только не двое, а десяток во дворе носится.
Что же, по крайней мере, теперь Марише было понятно, откуда все эти мрачные навороты в доме Серовых. Рина просто приобрела готовый дом, не слишком смутившись странным вкусом его прежней хозяйки.
Тамара Леопольдовна явно любила выглядеть этакой дамой-благодетельницей. И из личной симпатии вполне могла делать Рине различные уступки, помогая той в бизнесе. Разумеется, если это не шло в ущерб ее собственному делу.
– Мариша! – почувствовала девушка в этот момент, как ее теребят за рукав. – А Мариша!
– Что?
– Мы тут просто так сидеть будем или как?
Аю выглядела очень расстроенной и утомленной. Кожа у нее побледнела. А глаза снова полны слезами.
– А где Рустам?
– Пошел по дому бродить.
– Так найди его и скажи, чтобы занялся делом.
– Он уже видел Ульяну.
– И что?
– И она меня тоже увидела.
– Ой! И что сказала?
– Да уж сказала! – вздохнула Аю. – Оказывается, те дизайнеры, которых она наняла, так до нее и не дошли. Поэтому она пребывает в полной уверенности, что дизайнеры – это мы с тобой.
– И Геннадий не объяснил ей ошибку?
– Видимо, нет. Во всяком случае, когда она меня увидела, то сразу же подскочила ко мне и принялась честить на чем свет стоит.
– За что?
– Мы же ее подвели! Пообещали шикарный ремонт, план реконструкции жилых помещений, а сами взяли и исчезли.
– Только сегодня утром с ней виделись.
– Оказывается, она нам уже звонила. Но мы ведь ей оставили не свои телефоны. Так что она поговорила с каким-то сумасшедшим, который пригласил ее покрасить сарай у себя на даче, когда потеплеет. И с какой-то пигалицей, которая тоже ей нахамила. И теперь Ульяна, мягко говоря, в бешенстве.
– Господи! – воскликнула Мариша. – Вот ведь положение! А Геннадий что?
– Не знаю, – мрачно отозвалась Аю. – Я разговаривала только с Ульяной. И знаешь, что самое худшее?
– Что?
– Рустам ее решительно не признал!
Это был удар под дых.
– Не признал… – упавшим голосом повторила Мариша.
– Нет.
– Совсем не признал?
– Совсем, совсем. Ни на полпроцента!
– Но ведь было же темно! Как он может ручаться?!
– А мы специально затащили Ульяну в дальнюю комнату, где тоже не слишком светло было. Да еще я подстроила так, чтобы свет погас.