– А ну, кто больше?!
– кричит Жетта, порхая среди серых стеблей. Догоняй!

Их пример заражает остальных. Проходит немного времени, и все подножие башни завалено цветами.

Потом они жгут костры и жарят на огне большие куски мяса, насажанные на тонкие длинные прутья. Восхитительный запах шашлыка смешивается с запахом горящих сучьев, будит в памяти какие-то воспоминания, очень древние и очень приятные.

Утолив голод, они лежат на земле у костра, глядя на звезды, большие незнакомые звезды в черном-черном небе.

Когда Арп засыпает у гаснущего костра, в его руке покоится маленькая теплая рука.

x x x

Гаснут костры. Выключены разноцветные лампочки, опоясывающие башню. Внизу, у самой земли, открываются двери, и две исполинские механические лапы сгребают внутрь хлопок.

В застекленном куполе старик с загорелым лицом смотрит на стрелку автоматических весов.

– В пять раз больше, чем у всех предыдущих партий, - говорит он, выключая транспортер.
– Боюсь, что при таком сумасшедшем темпе они и недели не протянут.

– Держу пари на две бутылки, - весело ухмыляется миловидный парнишка в военной форме.
– Протянут обычные двадцать дней. Гипноз - великая штука! Можно подохнуть от смеха, как они жрали эту печеную брюкву! Под гипнозом что угодно сделаешь. Правда, доктор?

Маленькая женщина с тяжелой рыжей косой, обвивающей голову, не торопится с Ответом. Она подходит к окну, включает прожектор и внимательно смотрит на обтянутые кожей, похожие на черепа, лица.

– Вы несколько преувеличиваете возможности электрогипноза, - говорит она, обнажая в улыбке острые зубы вампира.
– Мощное излучение пси-поля способно только задать ритм работы и определить некую общность действий. Основное же - предварительная психическая настройка. Имитация побега, мнимые опасности - все это создало у них ощущение свободы, завоеванной дорогой ценой. Трудно предугадать, какие колоссальные резервы организма могут пробуждаться высшими эмоциями.

СТАРИКИ

Семако сложил бумаги в папку.

– Все?
– спросил Голиков.

– Еще один вопрос, Николай Петрович. Задание Комитета по астронавтике в этом месяце мы не вытянем.

– Почему?

– Не успеем.

– Нужно успеть. План должен быть выполнен любой ценой. В крайнем случае, я вам подкину одного программиста.

– Дело не в программисте. Я давно просил вас дать еще одну машину.

– А я давно вас просил выбросить "Смерч". Ведь эта рухлядь числится у нас на балансе. Поймите, что там мало разбираются в тонкостях. Есть машина и ладно. Мне уже второй раз срезают заявки. "Смерч"! Тоже название придумали!

– Вы забываете, что...

– Ничего я не забываю, - перебил Голиков. Все эти дурацкие попытки моделировать мозг в счетных машинах давно кончились провалом. У нас Вычислительный центр, а не музей. Приезжают комиссии, иностранные делегации. Просто совестно водить их в вашу лабораторию. Никак не могу понять, что вы нашли в этом "Смерче"?!

Семако замялся.

– Видите ли, Николай Петрович, я работаю на "Смерче" уже тридцать лет. Когда-то это была самая совершенная из наших машин. Может быть, это сентиментально, глупо, но у меня просто не поднимается рука...

– Чепуха! Все имеет конец. Нас с вами, уважаемый Юрий Александрович, тоже когда-нибудь отправят на свалку. Ничего не поделаешь, такова жизнь!

– Ну, вам-то еще об этом рано...

– Да нет, - смутился Голиков - Вы меня неправильно поняли. Дело ведь не в возрасте. На пятнадцать лет раньше или позже - разница не велика. Все равно конец один. Но ведь мы с вами - люди, так сказать, хомо сапиенс, а этот, извините за выражение, драндулет - просто неудачная попытка моделирования.

– И все же...

– И все же выбросьте ее к чертям и в следующем квартале я вам обещаю машину самой последней модели. Подумайте над этим.

– Хорошо, подумаю.

– А план нужно выполнить во что бы то ни стало.

– Постараюсь.

x x x

В окружении низких, изящных, как пантеры, машин с молекулярными элементами этот огромный громыхающий шкаф казался доисторическим чудовищем.

– Чем ты занят?
– спросил Семако.

Автомат прервал ход расчета.

– Да вот, проверяю решение задачи, которую решала эта... молекулярная. За ними нужен глаз да глаз. Бездумно ведь считают. Хоть и быстро, да бездумно.

Семако откинул щиток и взглянул на входные данные. Задача номер двадцать четыре. Чтобы повторить все расчеты, "Смерчу" понадобится не менее трех недель. И чего это ему вздумалось?

– Не стоит, - сказал он, закрывая крышку.
– Задача продублирована во второй машине, сходимость вполне удовлетворительная.

– Да я быстро.
– Стук машины перешел в оглушительный скрежет. Лампочки на панели замигали с бешеной скоростью.
– Я ведь ух как быстро умею!

"Крак!" - сработало реле тепловой защиты. Табулятор сбросил все цифры со счетчика. Автомат сконфуженно молчал.